Татьяна Рудакова
Книги чтеца: Татьяна Рудакова
– Он вчера из тюрьмы вышел. Совсем бешеный стал. Долго без женщины, сам понимаешь.
– Тогда найди ему какую-нибудь девку.
– Нет. Он хочет только ее.
Слушаю разговор за дверью и боюсь шевельнуться, чтобы себя не выдать. Холодею от страха.
Что мне делат…
– Он вчера из тюрьмы вышел. Совсем бешеный стал. Долго без женщины, сам понимаешь.
– Тогда найди ему какую-нибудь девку.
– Нет. Он хочет только ее.
Слушаю разговор за дверью и боюсь шевельнуться, чтобы себя не выдать. Холодею от страха.
Что мне делат…
Моя сестра Анабель красива, благородна и хорошо воспитана. И ее матушка, в отличие от моей, – настоящая аристократка. Так найдите хоть одну причину, почему наследный принц Асландии женится на мне, а не на ней?
Ах, да, старинное проклятие! Первая жена…
Моя сестра Анабель красива, благородна и хорошо воспитана. И ее матушка, в отличие от моей, – настоящая аристократка. Так найдите хоть одну причину, почему наследный принц Асландии женится на мне, а не на ней?
Ах, да, старинное проклятие! Первая жена…
Раньше я думала, что нет ничего более постыдного, чем продать свою девственность.
Но я ошибалась.
Гораздо хуже, когда в безвыходной ситуации, приходится продавать невинность сразу двоим…
безумно сексуальным…
очень опасным…
и ненавидящим друг друга…
.…
Раньше я думала, что нет ничего более постыдного, чем продать свою девственность.
Но я ошибалась.
Гораздо хуже, когда в безвыходной ситуации, приходится продавать невинность сразу двоим…
безумно сексуальным…
очень опасным…
и ненавидящим друг друга…
.…
Когда-то я считала его своим Спасителем.
Защитником, что послан мне Свыше.
Я полюбила его, и он взял всё, что полагается любимому мужчине. А взамен… просто разбил моё бедное сердце. Растоптал доверие и предал.
Похитил из дома отца.
И теперь… только о…
Когда-то я считала его своим Спасителем.
Защитником, что послан мне Свыше.
Я полюбила его, и он взял всё, что полагается любимому мужчине. А взамен… просто разбил моё бедное сердце. Растоптал доверие и предал.
Похитил из дома отца.
И теперь… только о…
С самой первой встречи он относился ко мне с равнодушным презрением.
Мой сводный брат. Считал тупой малолеткой, которая украдкой следит за ним. Называл Ядовитым Скорпионом.
Мне не было места в его жизни. Но все изменилось одной ночью.
Закрытый клуб, …
С самой первой встречи он относился ко мне с равнодушным презрением.
Мой сводный брат. Считал тупой малолеткой, которая украдкой следит за ним. Называл Ядовитым Скорпионом.
Мне не было места в его жизни. Но все изменилось одной ночью.
Закрытый клуб, …
Если тебя приметил охранитель сумрака – берегись. Заберет в свой мрачный чертог, где мечутся тени и клубится тьма, затуманит разум, околдует жаркими поцелуями, назовет своей суженой и не отпустит, покуда не получит желаемое.
А может, и сама не захоче…
Если тебя приметил охранитель сумрака – берегись. Заберет в свой мрачный чертог, где мечутся тени и клубится тьма, затуманит разум, околдует жаркими поцелуями, назовет своей суженой и не отпустит, покуда не получит желаемое.
А может, и сама не захоче…
– Жить будешь в этом доме, пока носишь моего ребёнка, – произносит Андрей холодным тоном.
Он стал другим. Ещё жестче и опаснее. Если бы у меня был выбор, я никогда бы к нему не пришла, потому что знаю, как сильно он меня ненавидит.
– А дальше? – спра…
– Жить будешь в этом доме, пока носишь моего ребёнка, – произносит Андрей холодным тоном.
Он стал другим. Ещё жестче и опаснее. Если бы у меня был выбор, я никогда бы к нему не пришла, потому что знаю, как сильно он меня ненавидит.
– А дальше? – спра…
Что делать, если чувства угасли, а на любимого когда-то мужа смотреть даже не хочется?
Но ведь раньше были такие яркие чувства… страсть, любовь. Как поступить теперь, если всё это прошло? Разводиться? Дать себе шанс найти новую любовь?
А возможно ли …
Что делать, если чувства угасли, а на любимого когда-то мужа смотреть даже не хочется?
Но ведь раньше были такие яркие чувства… страсть, любовь. Как поступить теперь, если всё это прошло? Разводиться? Дать себе шанс найти новую любовь?
А возможно ли …
Два злейших врага объединились, чтобы расквитаться со мной.
Когда-то я любила обоих…
Сгорала от их жадных ласк.
Но в ответ негодяи лишили меня невинности и опозорили.
У этих мужчин нет ни сердца, ни жалости…
Они забирают не спрашивая…
И сейчас они хо…
Два злейших врага объединились, чтобы расквитаться со мной.
Когда-то я любила обоих…
Сгорала от их жадных ласк.
Но в ответ негодяи лишили меня невинности и опозорили.
У этих мужчин нет ни сердца, ни жалости…
Они забирают не спрашивая…
И сейчас они хо…
Викторианский городок Локшер мирно загнивал в пристойном благочестии, но тут появилась она – Астонция Дульсемори, маленькая вампирша, желающая творить справедливость любой ценой. Она вознамерилась стать городской легендой и уверенно идёт к своей цели…
Викторианский городок Локшер мирно загнивал в пристойном благочестии, но тут появилась она – Астонция Дульсемори, маленькая вампирша, желающая творить справедливость любой ценой. Она вознамерилась стать городской легендой и уверенно идёт к своей цели…
Ой, вы тоже тут? Здрасьте! Меня зовут Ника, мне восемнадцать, и я почти умерла. Спокойно, только без драмы – это должно было случиться уже давно. Пока опухоль обнимает меня покрепче токсичного бывшего, а шизофрения деловито натаскивает в космонавты, …
Ой, вы тоже тут? Здрасьте! Меня зовут Ника, мне восемнадцать, и я почти умерла. Спокойно, только без драмы – это должно было случиться уже давно. Пока опухоль обнимает меня покрепче токсичного бывшего, а шизофрения деловито натаскивает в космонавты, …
Что может быть сложнее первой любви?
Лишь безответная любовь к своему… учителю.
Безответная, но… не безнадежная!
– Ты меня…ЧТО? – холодно переспросил мужчина.
– Я люблю Вас! – проскрипела пересохшим горлом.
– Я сделаю вид, будто ничего не слышал! – п…
Что может быть сложнее первой любви?
Лишь безответная любовь к своему… учителю.
Безответная, но… не безнадежная!
– Ты меня…ЧТО? – холодно переспросил мужчина.
– Я люблю Вас! – проскрипела пересохшим горлом.
– Я сделаю вид, будто ничего не слышал! – п…
Он – идеальный человек, которого вырастили «на заказ» в качестве слуги для одной странной девушки. Она выбирала ему внешность. Рост, голос, телосложение и лицо. А чтобы раб не брыкался, ему в мозг был вживлен чип коррекции поведения.
Встреча с ней – …
Он – идеальный человек, которого вырастили «на заказ» в качестве слуги для одной странной девушки. Она выбирала ему внешность. Рост, голос, телосложение и лицо. А чтобы раб не брыкался, ему в мозг был вживлен чип коррекции поведения.
Встреча с ней – …
Я никогда ничего не выигрывала – ни в игры, ни в лотерею. Если верить поговорке, мне должно было везти в любви, но и в любви не особо везло. Лотерейный билет, навязанный кассиршей, я чуть не выбросила, а он вдруг выиграл отпуск мечты – тихоокеанский …
Я никогда ничего не выигрывала – ни в игры, ни в лотерею. Если верить поговорке, мне должно было везти в любви, но и в любви не особо везло. Лотерейный билет, навязанный кассиршей, я чуть не выбросила, а он вдруг выиграл отпуск мечты – тихоокеанский …
–Чей это ребенок?!– металлическим голосом спрашивает бывший муж.
–Мой, Илья. Этот ребенок мой!
–Не прикидывайся, Лина. Ты понимаешь, о чем я спрашиваю. Кто его отец?! – в его тоне такая ярость, что меня подкашивает.
–Не ты!– кричу в ответ, сжимая руч…
–Чей это ребенок?!– металлическим голосом спрашивает бывший муж.
–Мой, Илья. Этот ребенок мой!
–Не прикидывайся, Лина. Ты понимаешь, о чем я спрашиваю. Кто его отец?! – в его тоне такая ярость, что меня подкашивает.
–Не ты!– кричу в ответ, сжимая руч…
– Ты все это время живешь в моем доме и делаешь то, что я скажу. Ты общаешься только с теми, с кем я позволю, – от его голоса по коже ползут ледяные мурашки.
– Четыре года? – вмешивается Уильям. – Зачем она тебе на такой срок, Кит? Она же тебе надоес…
– Ты все это время живешь в моем доме и делаешь то, что я скажу. Ты общаешься только с теми, с кем я позволю, – от его голоса по коже ползут ледяные мурашки.
– Четыре года? – вмешивается Уильям. – Зачем она тебе на такой срок, Кит? Она же тебе надоес…
– Какое у тебя желание? – выдавливаю хрипло.
В горле пересохло, пить хочу. Но не воду. Лилю. До дна. Всю без остатка.
– Ты уверен, что хочешь знать?
– Да.
Лиля отрывается от стены и, не разрывая зрительного контакта, придвигается. Тихо шепчет:
– Орга…
– Какое у тебя желание? – выдавливаю хрипло.
В горле пересохло, пить хочу. Но не воду. Лилю. До дна. Всю без остатка.
– Ты уверен, что хочешь знать?
– Да.
Лиля отрывается от стены и, не разрывая зрительного контакта, придвигается. Тихо шепчет:
– Орга…
Он – ее большущая проблема…
Наглый, заносчивый, циничный, ожесточившийся на весь белый свет профессор экономики, получивший среди студентов громкое прозвище «Серп». В период сессии он же – судья, палач, дьявол.
Она – заноза в его грешных мыслях…
Дево…
Он – ее большущая проблема…
Наглый, заносчивый, циничный, ожесточившийся на весь белый свет профессор экономики, получивший среди студентов громкое прозвище «Серп». В период сессии он же – судья, палач, дьявол.
Она – заноза в его грешных мыслях…
Дево…
– А Вика ничего такая, – говорит Владу его лучший друг. – Свежая кровь в нашем застоявшемся болоте.
– Даже не вздумай соваться к ней.
– Почему? Хочешь ее себе?
Я стою ни жива ни мертва, подслушивая разговор. В страхе ожидаю, что ответит Влад.
– Нет. …
– А Вика ничего такая, – говорит Владу его лучший друг. – Свежая кровь в нашем застоявшемся болоте.
– Даже не вздумай соваться к ней.
– Почему? Хочешь ее себе?
Я стою ни жива ни мертва, подслушивая разговор. В страхе ожидаю, что ответит Влад.
– Нет. …
Любовь бывает разной! Трепетной. Окрыляющей. Нежной.
А бывает и первой! Неправильной. Болезненной. Токсичной.
Где одержимость легко спутать с ненавистью.
А зависимость с неприязнью. Но зависимость – болезнь!
И он пойдет на все, лишь бы удержать ее ря…
Любовь бывает разной! Трепетной. Окрыляющей. Нежной.
А бывает и первой! Неправильной. Болезненной. Токсичной.
Где одержимость легко спутать с ненавистью.
А зависимость с неприязнью. Но зависимость – болезнь!
И он пойдет на все, лишь бы удержать ее ря…





















