Михаил Соломонов

Книги чтеца: Михаил Соломонов

Он
3
«Я был пьян от радости, я благодарил судьбу: мне, голодному студенту, уже выгнанному из университета за невзнос платы, на последние сорок копеек сделавшему объявление о занятиях, вдруг попался богатейший урок. Это было в конце октября, в темное петер…
«Я был пьян от радости, я благодарил судьбу: мне, голодному студенту, уже выгнанному из университета за невзнос платы, на последние сорок копеек сделавшему объявление о занятиях, вдруг попался богатейший урок. Это было в конце октября, в темное петер…
Белые ночи
3
Сентиментальный роман «Белые ночи» – одно из самых лиричных произведений Достоевского. Проза Федора Михайловича необычайно поэтична, музыкальна, и сегодня она вновь завораживает читателя, чтобы опять где-то на берегу реки Фонтанки встретились Настень…
Сентиментальный роман «Белые ночи» – одно из самых лиричных произведений Достоевского. Проза Федора Михайловича необычайно поэтична, музыкальна, и сегодня она вновь завораживает читателя, чтобы опять где-то на берегу реки Фонтанки встретились Настень…
Кроткая
3
«Я прошу извинения у моих читателей, что на сей раз, вместо „Дневника“ в обычной его форме, даю лишь повесть. Но я действительно занят был этой повестью большую часть месяца. Теперь о самом рассказе. Я озаглавил его «фантастическим», тогда как считаю…
«Я прошу извинения у моих читателей, что на сей раз, вместо „Дневника“ в обычной его форме, даю лишь повесть. Но я действительно занят был этой повестью большую часть месяца. Теперь о самом рассказе. Я озаглавил его «фантастическим», тогда как считаю…
Тайны 144 катастроф, или Русский Рокамболь
4
В книгу включены юмористические рассказы А. Чехова о любви. Содержание: 1. Тайны 144 катастроф, или Русский Рокамболь 2. Зеленая коса 3. Живой товар
В книгу включены юмористические рассказы А. Чехова о любви. Содержание: 1. Тайны 144 катастроф, или Русский Рокамболь 2. Зеленая коса 3. Живой товар
Шалость (сборник)
5
В книгу включен первый, не вышедший при жизни писателя сборник рассказов Антоши Чехонте «Шалость».
В книгу включен первый, не вышедший при жизни писателя сборник рассказов Антоши Чехонте «Шалость».
О страстях и пороках (сборник)
3
Когда страх и трепет полнее овладевают читательской душой? Когда Мастер вызывает Дьявола и отправляется в полет над околдованной Москвой, когда в лабораториях его фантазии лопаются, выпуская на свет чудовищ, роковые яйца и заполоняют улицы люди с соб…
Когда страх и трепет полнее овладевают читательской душой? Когда Мастер вызывает Дьявола и отправляется в полет над околдованной Москвой, когда в лабораториях его фантазии лопаются, выпуская на свет чудовищ, роковые яйца и заполоняют улицы люди с соб…
Куколка для монстра
3
Женщиной, потерявшей память, легко манипулировать. Сделать из нее идеальную машину для убийства – сложнее, но и это возможно. Невозможно лишь заставить ее не думать о том, какой она была раньше, кем она была. Кого любила и кого потеряла. Что, если че…
Женщиной, потерявшей память, легко манипулировать. Сделать из нее идеальную машину для убийства – сложнее, но и это возможно. Невозможно лишь заставить ее не думать о том, какой она была раньше, кем она была. Кого любила и кого потеряла. Что, если че…
Миллионер
4
«На третий день рождества, вечером, у холостого журналиста почтовой конторы Ракитина собралось несколько гостей. Это происходило в крошечном пограничном местечке Красилове, очень грязном и очень скучном, населенном тысячами тремя евреев и крестьян-ма…
«На третий день рождества, вечером, у холостого журналиста почтовой конторы Ракитина собралось несколько гостей. Это происходило в крошечном пограничном местечке Красилове, очень грязном и очень скучном, населенном тысячами тремя евреев и крестьян-ма…
Жрец
5
«Доктору Чудинову надоела его городская квартира, с зеркалами и альбомами для развлечения посетителей, опротивели и сами пациенты: вновь заболевшие – испуганные, бестолковые; старые, уже привыкшие – уныло-покорные. И все они казались Чудинову ужасно …
«Доктору Чудинову надоела его городская квартира, с зеркалами и альбомами для развлечения посетителей, опротивели и сами пациенты: вновь заболевшие – испуганные, бестолковые; старые, уже привыкшие – уныло-покорные. И все они казались Чудинову ужасно …