Елена Порошина
Книги чтеца: Елена Порошина
– Значит, собралась делать вид, что мы не знакомы?Влад делает еще один шаг ко мне.Почти вплотную. Чувствую его горячее дыхание, опаляющее мои губы.Боюсь пошевелиться.– Да… Тот вечер был случайностью.– И давно для тебя поцелуи со взрослыми мужчинами –…
– Значит, собралась делать вид, что мы не знакомы?Влад делает еще один шаг ко мне.Почти вплотную. Чувствую его горячее дыхание, опаляющее мои губы.Боюсь пошевелиться.– Да… Тот вечер был случайностью.– И давно для тебя поцелуи со взрослыми мужчинами –…
– Я всё слышала.Он замер. Улыбка сползла с его лица. Он напрягся, как зверь, почуявший опасность.– Что ты слышала?– Всё.– Аня, это не то, что ты думаешь. Это… это сложно. Позволь мне объяснить.– Объяснить? – я усмехнулась. – О, я прекрасно знаю все о…
– Я всё слышала.Он замер. Улыбка сползла с его лица. Он напрягся, как зверь, почуявший опасность.– Что ты слышала?– Всё.– Аня, это не то, что ты думаешь. Это… это сложно. Позволь мне объяснить.– Объяснить? – я усмехнулась. – О, я прекрасно знаю все о…
– То, что случилось прошлой ночью ничего не значит, я с тобой развожусь, – произносит монстр, застёгивая пуговицы на сорочке.
Всю ночь он занимался со мной любовью, как голодный зверь, а теперь глядит так, словно я никчёмная букашка под его сапогом.…
– То, что случилось прошлой ночью ничего не значит, я с тобой развожусь, – произносит монстр, застёгивая пуговицы на сорочке.
Всю ночь он занимался со мной любовью, как голодный зверь, а теперь глядит так, словно я никчёмная букашка под его сапогом.…
Он – царевич Венцеслав, в народе его кличут Кощеем за бессмертие, полученное за подвиги. Я – Златоцвета, простого мельника дочь, в которой проснулся дар Ягини.Мы слишком разные, чтобы быть вместе, но нас тянет друг к другу, словно мы половинки одного…
Он – царевич Венцеслав, в народе его кличут Кощеем за бессмертие, полученное за подвиги. Я – Златоцвета, простого мельника дочь, в которой проснулся дар Ягини.Мы слишком разные, чтобы быть вместе, но нас тянет друг к другу, словно мы половинки одного…
Что испытывает человек, когда все его планы на жизнь рушатся в одночасье? Счастье? Однозначно! А ещё азарт.Потрясающий (во всех отношениях) Руслан Нагорный был сыном богатых родителей и не слишком переживал об отсутствии собственных значимых достижен…
Что испытывает человек, когда все его планы на жизнь рушатся в одночасье? Счастье? Однозначно! А ещё азарт.Потрясающий (во всех отношениях) Руслан Нагорный был сыном богатых родителей и не слишком переживал об отсутствии собственных значимых достижен…
У меня есть девяносто дней, чтобы спасти свое тело. В моем мире я попала в аварию и лежу в медикаментозном сне. В этом – павшая леди Алисия Госси, которую муж поймал на измене. Заброшенная чайная – мое приданое. Чтобы вернуться, мне нужно сделать чай…
У меня есть девяносто дней, чтобы спасти свое тело. В моем мире я попала в аварию и лежу в медикаментозном сне. В этом – павшая леди Алисия Госси, которую муж поймал на измене. Заброшенная чайная – мое приданое. Чтобы вернуться, мне нужно сделать чай…
Он держит весь город под контролем. Его слово – закон. Его желание – приказ. Его возможности безграничны.По сравнению с ним я чувствую себя фруктовой мушкой, которую прихлопнуть – делать нечего.И я обманула его. Теперь он думает, что я его истинная п…
Он держит весь город под контролем. Его слово – закон. Его желание – приказ. Его возможности безграничны.По сравнению с ним я чувствую себя фруктовой мушкой, которую прихлопнуть – делать нечего.И я обманула его. Теперь он думает, что я его истинная п…
Правильно, это про то самое, о чем вы подумали, прочитав название. И еще о попаданцах. Как же без них? Кто-то должен объяснить женщинам, что им нравится на самом деле)). Если угодно, это сказка для мужчин. И для женщин тоже. Те представительницы прек…
Правильно, это про то самое, о чем вы подумали, прочитав название. И еще о попаданцах. Как же без них? Кто-то должен объяснить женщинам, что им нравится на самом деле)). Если угодно, это сказка для мужчин. И для женщин тоже. Те представительницы прек…
– Что ты творишь? – зашипела, изучая его невозмутимый профиль.– Забираю своё, – коротко отозвался он и, скользнув взглядом по моему лицу, поинтересовался: – Вика, ты и правда поверила, что так просто от меня скроешься?– Своё? – проигнорировав его воп…
– Что ты творишь? – зашипела, изучая его невозмутимый профиль.– Забираю своё, – коротко отозвался он и, скользнув взглядом по моему лицу, поинтересовался: – Вика, ты и правда поверила, что так просто от меня скроешься?– Своё? – проигнорировав его воп…
– Простите, мы знакомы? – поднимаю на мужчину взгляд, до хруста сжав под столом пальцы. Он изменился. Десять лет прошло с нашей последней встречи, когда он сломал мне жизнь, бросив беременной на произвол судьбы. Тогда я выжила, смогла стать другим че…
– Простите, мы знакомы? – поднимаю на мужчину взгляд, до хруста сжав под столом пальцы. Он изменился. Десять лет прошло с нашей последней встречи, когда он сломал мне жизнь, бросив беременной на произвол судьбы. Тогда я выжила, смогла стать другим че…
«Дружба между соседями? Не-а, не слышали!»«Взаимопомощь и поддержка? Да никогда!»«Холодная (иногда не очень) война? В точку!»Именно так ответит Муза Малышко – юная хозяйка пекарни «Изюминка». И дело не в том, что объект ее нелюбви – сексуален, привле…
«Дружба между соседями? Не-а, не слышали!»«Взаимопомощь и поддержка? Да никогда!»«Холодная (иногда не очень) война? В точку!»Именно так ответит Муза Малышко – юная хозяйка пекарни «Изюминка». И дело не в том, что объект ее нелюбви – сексуален, привле…
Детектив Истен решил навестить своего бывшего учителя истории, который в своё время поддержал его стремление поступить на юридический факультет. Но по прибытии в село, где когда-то жил он сам и сейчас живет учитель, Истен узнаёт, что в местном коллед…
Детектив Истен решил навестить своего бывшего учителя истории, который в своё время поддержал его стремление поступить на юридический факультет. Но по прибытии в село, где когда-то жил он сам и сейчас живет учитель, Истен узнаёт, что в местном коллед…
Эта книга – призыв к осознанности, чтобы перестать быть рабами систем, которые мы сами создали. Для тех, кто готов задать себе сложные вопросы и искать ответы.
Эта книга – призыв к осознанности, чтобы перестать быть рабами систем, которые мы сами создали. Для тех, кто готов задать себе сложные вопросы и искать ответы.
«…В понедельник на Фоминой рано утром Влас Мигушкин вышел из своей избы. Это был мужик лет тридцати, среднего роста, прямой и крепкий, с светло-русой бородой и чистым взглядом голубых глаз. Помолившись на четыре стороны, он не спеша надел на голову к…
«…В понедельник на Фоминой рано утром Влас Мигушкин вышел из своей избы. Это был мужик лет тридцати, среднего роста, прямой и крепкий, с светло-русой бородой и чистым взглядом голубых глаз. Помолившись на четыре стороны, он не спеша надел на голову к…
«Мне случилось уже писать о реализме; теперь еще раз скажу: реализм картины, статуи, повести, музыкальной пьесы составляет не то, что в них реально изображено, а то, что просто, ясно, понятно вводит нас в известный момент интимной или общественной жи…
«Мне случилось уже писать о реализме; теперь еще раз скажу: реализм картины, статуи, повести, музыкальной пьесы составляет не то, что в них реально изображено, а то, что просто, ясно, понятно вводит нас в известный момент интимной или общественной жи…
Если спросят, о чем думала в эти бесконечно длинные секунды до смерти, я отвечу, что больше всего хотела… жить! Для всех я сумасшедшая. Преступница, лишенная семьи, друзей и доброго имени. Отрезанный ломоть, от которого общество предпочло избавиться.…
Если спросят, о чем думала в эти бесконечно длинные секунды до смерти, я отвечу, что больше всего хотела… жить! Для всех я сумасшедшая. Преступница, лишенная семьи, друзей и доброго имени. Отрезанный ломоть, от которого общество предпочло избавиться.…
– Чего пришла? – рычит он. – Я же сказал, держись от меня подальше! И захлопывает дверь перед моим носом. А я стою, глотаю слезы, и не знаю, что делать. Я совершила все ошибки, какие только могла. Я нарушила запрет отца. Я не послушала подруг. Я связ…
– Чего пришла? – рычит он. – Я же сказал, держись от меня подальше! И захлопывает дверь перед моим носом. А я стою, глотаю слезы, и не знаю, что делать. Я совершила все ошибки, какие только могла. Я нарушила запрет отца. Я не послушала подруг. Я связ…
Тексты из картона – это тексты, которые не имеют слов. Это слова, в которых не обнаруживаются смыслы. Это смыслы, которые потеряны в сознании. В сознании человека, который пишет тексты из картона. Добро пожаловать в миры, где вы найдёте человека, кот…
Тексты из картона – это тексты, которые не имеют слов. Это слова, в которых не обнаруживаются смыслы. Это смыслы, которые потеряны в сознании. В сознании человека, который пишет тексты из картона. Добро пожаловать в миры, где вы найдёте человека, кот…
Если спросят, о чем думала в эти бесконечно длинные секунды до смерти, я отвечу, что больше всего хотела… жить! Для всех я сумасшедшая. Преступница, лишенная семьи, друзей и доброго имени. Отрезанный ломоть, от которого общество предпочло избавиться.…
Если спросят, о чем думала в эти бесконечно длинные секунды до смерти, я отвечу, что больше всего хотела… жить! Для всех я сумасшедшая. Преступница, лишенная семьи, друзей и доброго имени. Отрезанный ломоть, от которого общество предпочло избавиться.…
Вот и закончилась черная полоса жизни. Я вернулась домой и, наконец, отомстила тому, кто меня растоптал. Впервые за долгое время с надеждой смотрю в будущее. Вот только от прежней меня мало что осталось. Я все чаще тоскую по оранжево-красной планете.…
Вот и закончилась черная полоса жизни. Я вернулась домой и, наконец, отомстила тому, кто меня растоптал. Впервые за долгое время с надеждой смотрю в будущее. Вот только от прежней меня мало что осталось. Я все чаще тоскую по оранжево-красной планете.…





















