Евгений Лебедев
Книги чтеца: Евгений Лебедев
Военный корреспондент Юрий Хоба являет читателю контраст между красотой донбасской земли и горечью войны. Короткие новеллы этого сборника проникают вглубь русской души, раскрывая ее суть – непокоренную и непокоряемую, раздираемую чувством потери, но …
Военный корреспондент Юрий Хоба являет читателю контраст между красотой донбасской земли и горечью войны. Короткие новеллы этого сборника проникают вглубь русской души, раскрывая ее суть – непокоренную и непокоряемую, раздираемую чувством потери, но …
История полярных экспедиций – от горьких разочарований до невероятных удач.
Увлекательное и подробное повествование о самых значимых русских экспедициях и о судьбе исследователей!
На географических картах Арктики можно встретить немало русских назван…
История полярных экспедиций – от горьких разочарований до невероятных удач.
Увлекательное и подробное повествование о самых значимых русских экспедициях и о судьбе исследователей!
На географических картах Арктики можно встретить немало русских назван…
Жил-был смешной слонёнок, а может, не слонёнок, а может, поросёнок? Кто же жил в огромном парке, а может, и не в парке? Малыши прочтут сами по слогам весёлое стихотворение Эдуарда Успенского «Жил-был слонёнок» и узнают, почему очень важно всегда помн…
Жил-был смешной слонёнок, а может, не слонёнок, а может, поросёнок? Кто же жил в огромном парке, а может, и не в парке? Малыши прочтут сами по слогам весёлое стихотворение Эдуарда Успенского «Жил-был слонёнок» и узнают, почему очень важно всегда помн…
«Попаданка: миссия вернуться на Землю» – фантастический роман Санны Сью, третья книга цикла «Переселенцы в будущее», жанр космическая фантастика, космоопера.
Подобрать находку – легко. Избавиться от последствий – сложно. Мне, к примеру, придется оказ…
«Попаданка: миссия вернуться на Землю» – фантастический роман Санны Сью, третья книга цикла «Переселенцы в будущее», жанр космическая фантастика, космоопера.
Подобрать находку – легко. Избавиться от последствий – сложно. Мне, к примеру, придется оказ…
«Превозмоганец-прогрессор» – фантастический роман Серга Усова, четвертая книга одноименного цикла, жанр боевое фэнтези, героическое фэнтези, попаданцы.
Игорь, казалось бы, совсем ещё недавно избежавший участи каторжника и раба, не только обрёл магиче…
«Превозмоганец-прогрессор» – фантастический роман Серга Усова, четвертая книга одноименного цикла, жанр боевое фэнтези, героическое фэнтези, попаданцы.
Игорь, казалось бы, совсем ещё недавно избежавший участи каторжника и раба, не только обрёл магиче…
Шесть подростков убиты. Подозреваемый за решеткой. Отчаявшийся отец верит, что настоящий убийца все еще на свободе. В настолько запутанном деле правду очень легко скрыть.
Психиатр доктор Гвен Мур – эксперт по убийцам. Она потратила десять лет на леч…
Шесть подростков убиты. Подозреваемый за решеткой. Отчаявшийся отец верит, что настоящий убийца все еще на свободе. В настолько запутанном деле правду очень легко скрыть.
Психиатр доктор Гвен Мур – эксперт по убийцам. Она потратила десять лет на леч…
Вдохновляющая история о любви, стирающей границы между мирами!
Стирание – древняя техника, пришедшая из черной магии.
В наши дни уже мало кто в такое верит – и уж точно не следователь О Чэдо, ведущий дело об исчезновении девушки Со Хаюн. Опытный пол…
Вдохновляющая история о любви, стирающей границы между мирами!
Стирание – древняя техника, пришедшая из черной магии.
В наши дни уже мало кто в такое верит – и уж точно не следователь О Чэдо, ведущий дело об исчезновении девушки Со Хаюн. Опытный пол…
Самые интересные романы о сталинском спецназе – СМЕРШе.
Сентябрь 1944 года. Офицеры СМЕРШа Николай Коновалов и Василий Рябцев направляются со спецзаданием в небольшой городок Липень под Минском. По донесению разведки, в этих краях действуют немецкие …
Самые интересные романы о сталинском спецназе – СМЕРШе.
Сентябрь 1944 года. Офицеры СМЕРШа Николай Коновалов и Василий Рябцев направляются со спецзаданием в небольшой городок Липень под Минском. По донесению разведки, в этих краях действуют немецкие …
«Для всех историй Музолино характерна глубина, невероятные мгновения экзистенциального ужаса, когда герои из своего обычного мира попадают в реальность сводящей с ума неопределенности и отчаяния». Publishers Weekly
Здесь пробежка перед ужином может …
«Для всех историй Музолино характерна глубина, невероятные мгновения экзистенциального ужаса, когда герои из своего обычного мира попадают в реальность сводящей с ума неопределенности и отчаяния». Publishers Weekly
Здесь пробежка перед ужином может …
Рельсоморье. Обширные пространства отравленной земли, покрытые сетью стальных рельсов и деревянных шпал. Колеи, соединяющие времена & страны, проложены во всех направлениях, куда ни глянь. Они уходят в вечность. Но с острова на остров ходят слухи…
Рельсоморье. Обширные пространства отравленной земли, покрытые сетью стальных рельсов и деревянных шпал. Колеи, соединяющие времена & страны, проложены во всех направлениях, куда ни глянь. Они уходят в вечность. Но с острова на остров ходят слухи…
«Превозмоганец-прогрессор» – фантастический роман Серга Усова, восьмая книга одноименного цикла, жанр боевое фэнтези, героическое фэнтези, попаданцы.
Заключительная книга про нашего современника, оказавшегося в средневековом магическом мире.
Игорь уж…
«Превозмоганец-прогрессор» – фантастический роман Серга Усова, восьмая книга одноименного цикла, жанр боевое фэнтези, героическое фэнтези, попаданцы.
Заключительная книга про нашего современника, оказавшегося в средневековом магическом мире.
Игорь уж…
В сборник вошли сказки «Проказы Шапокляк», «Шапокляк не унимается». Все слова разбиты на слоги с ударениями, что поможет начинающим читателям с лёгкостью самим прочитать всю книжку от начала и до конца.
В сборник вошли сказки «Проказы Шапокляк», «Шапокляк не унимается». Все слова разбиты на слоги с ударениями, что поможет начинающим читателям с лёгкостью самим прочитать всю книжку от начала и до конца.
«… – Здесь знаменитый дворец Вогезов! – сообщил переводчик. – Желаете посмотреть?
Никодим Петрович послушно шагнул под арку, ведущую к ансамблю Вогезов.
И это было в его скромной жизни величайшей ошибкой.
Никодим Петрович уселся на скамейке в сквере …
«… – Здесь знаменитый дворец Вогезов! – сообщил переводчик. – Желаете посмотреть?
Никодим Петрович послушно шагнул под арку, ведущую к ансамблю Вогезов.
И это было в его скромной жизни величайшей ошибкой.
Никодим Петрович уселся на скамейке в сквере …
Анатолий Карпов не требует представления. Имя двенадцатого чемпиона мира по шахматам знают даже те, кто совсем не интересуется этой игрой. Количество его званий, титулов, наград, регалий, интересов и занятий зашкаливает, график всё ещё расписан на не…
Анатолий Карпов не требует представления. Имя двенадцатого чемпиона мира по шахматам знают даже те, кто совсем не интересуется этой игрой. Количество его званий, титулов, наград, регалий, интересов и занятий зашкаливает, график всё ещё расписан на не…
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
Чарльз Диккенс – наверное, лучший английский романист Викторианской эпохи. Но удавались ему и рассказы. В них он запечатлевал портреты своих современников – аристократов и простого люда. И для тех, и для других находился свой занятный сюжет.
«… Сергей голову поднял, но смотрел не на Лелю, а куда-то в пространство.
– А ну, не отворачивайтесь! – прикрикнула Леля. – Осталось последнее – лифчик. Внимание! Р-раз! – Леля сдернула лифчик, выпрямилась, развернула плечи и слегка отвела их назад, …
«… Сергей голову поднял, но смотрел не на Лелю, а куда-то в пространство.
– А ну, не отворачивайтесь! – прикрикнула Леля. – Осталось последнее – лифчик. Внимание! Р-раз! – Леля сдернула лифчик, выпрямилась, развернула плечи и слегка отвела их назад, …
«Двенадцать лет тому назад я гостил долго на Святой Горе. Все, не только подвижническое, но и просто сказать – христианское, для меня тогда было как будто ново; но это, новое, было не в самом деле чем-то новым, но непростительно и легкомысленно забыт…
«Двенадцать лет тому назад я гостил долго на Святой Горе. Все, не только подвижническое, но и просто сказать – христианское, для меня тогда было как будто ново; но это, новое, было не в самом деле чем-то новым, но непростительно и легкомысленно забыт…





















