Юрий Гуржий
Книги чтеца: Юрий Гуржий
Антиутопия-лауреат премии «Рукопись года»!
Ты навсегда останешься лишь скромной строчкой в массиве данных…
Мир, в котором Вторая мировая война имела иной – шокирующий – исход.
Мир, в котором человечество внезапно открыло, что уже довольно давно делит…
Антиутопия-лауреат премии «Рукопись года»!
Ты навсегда останешься лишь скромной строчкой в массиве данных…
Мир, в котором Вторая мировая война имела иной – шокирующий – исход.
Мир, в котором человечество внезапно открыло, что уже довольно давно делит…
Окунитесь вновь в незабываемый мир пионерлагеря «Совёнок», в котором вы сможете встретить как новых, так и старых персонажей истории, некоторые из которых раскроются с неожиданной стороны.
Разгадайте загадки лагеря и найдите ответы на те вопросы, к…
Окунитесь вновь в незабываемый мир пионерлагеря «Совёнок», в котором вы сможете встретить как новых, так и старых персонажей истории, некоторые из которых раскроются с неожиданной стороны.
Разгадайте загадки лагеря и найдите ответы на те вопросы, к…
Второй роман автора «Последней сессии Фрэнки» оказался слишком тяжёлым для критиков 70-х – и слишком откровенным даже для самого Селби, который 20 лет не мог его перечитать. «Комната» – это не просто тюремный роман, это анатомия ненависти к себе, ког…
Второй роман автора «Последней сессии Фрэнки» оказался слишком тяжёлым для критиков 70-х – и слишком откровенным даже для самого Селби, который 20 лет не мог его перечитать. «Комната» – это не просто тюремный роман, это анатомия ненависти к себе, ког…
Чем закончится битва за Амур?
Волки подстерегают Муравьева и его единомышленников на каждом шагу. Волки в обличье французского императора и главы его разведки, премьер-министра Великобритании и английских агентов, российского канцлера и военного мини…
Чем закончится битва за Амур?
Волки подстерегают Муравьева и его единомышленников на каждом шагу. Волки в обличье французского императора и главы его разведки, премьер-министра Великобритании и английских агентов, российского канцлера и военного мини…
Любовь в эпоху катастроф. Иван и Цзинь – две души, разлученные революционными бурями России и Китая 1918-1923 годов. Их история – о том, как сохранить человеческое тепло и веру в светлое будущее, даже в самые тяжелые времена." добавьте этот продающий…
Любовь в эпоху катастроф. Иван и Цзинь – две души, разлученные революционными бурями России и Китая 1918-1923 годов. Их история – о том, как сохранить человеческое тепло и веру в светлое будущее, даже в самые тяжелые времена." добавьте этот продающий…
«Саша Чёрный стоит совершенно особняком», – писал Куприн больше ста лет назад, и эти слова до сих пор правда.
Именно эта горькая, убийственно жесткая, искренняя и беспощадная Муза делает его сатирическую лирику и лирическую сатиру уникальным явлени…
«Саша Чёрный стоит совершенно особняком», – писал Куприн больше ста лет назад, и эти слова до сих пор правда.
Именно эта горькая, убийственно жесткая, искренняя и беспощадная Муза делает его сатирическую лирику и лирическую сатиру уникальным явлени…
«По сути, каждый рассказ, каждая повесть в этом собрании сочинений – попытка прислушаться, уловить слова, доносящиеся извне, из дальней дали, негромкие, едва различимые, однако исполненные глубочайшего смысла». – Филип К. Дик
Филип К. Дик – классик н…
«По сути, каждый рассказ, каждая повесть в этом собрании сочинений – попытка прислушаться, уловить слова, доносящиеся извне, из дальней дали, негромкие, едва различимые, однако исполненные глубочайшего смысла». – Филип К. Дик
Филип К. Дик – классик н…
Меньше всего Ребекка думала о замужестве. Когда болезнь измучила душу и тело – не до мыслей о подвенечном платье. Но роду де Грейсторов не отказывают. Только зачем герцогу дурнушка, да еще и чуть живая? За мужчиной тянется вереница разбитых сердец, а…
Меньше всего Ребекка думала о замужестве. Когда болезнь измучила душу и тело – не до мыслей о подвенечном платье. Но роду де Грейсторов не отказывают. Только зачем герцогу дурнушка, да еще и чуть живая? За мужчиной тянется вереница разбитых сердец, а…
“Постфактум” – это роман, в котором переплетается постапокалиптическая фантастика и славянское фэнтези. Книга впитала в себя самые разнообразные черты искусства нынешнего времени: смешались стили и жанры, неоднозначными кажутся герои и их взгляды, ре…
“Постфактум” – это роман, в котором переплетается постапокалиптическая фантастика и славянское фэнтези. Книга впитала в себя самые разнообразные черты искусства нынешнего времени: смешались стили и жанры, неоднозначными кажутся герои и их взгляды, ре…
Книга раскрывает секреты нейрофизиологии и психологии труда, чтобы перестать бороться с апатией и научиться управлять истинной мотивацией – той, что превращает рутину в осмысленное движение к цели.
Что делает одних сотрудников активными и вовлечённы…
Книга раскрывает секреты нейрофизиологии и психологии труда, чтобы перестать бороться с апатией и научиться управлять истинной мотивацией – той, что превращает рутину в осмысленное движение к цели.
Что делает одних сотрудников активными и вовлечённы…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Культурный кризис конца XIX века глазами психиатра: диагн…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.
Культурный кризис конца XIX века глазами психиатра: диагн…
Я оказался в доме Ипатьева, в тот самый момент, когда, последнего царя Российской империи, должны расстрелять вместе с семьёй. В их истории готовятся поставить точку. Смогу ли я их спасти, и вместо точки поставить запятую? Пусть это кажется невозможн…
Я оказался в доме Ипатьева, в тот самый момент, когда, последнего царя Российской империи, должны расстрелять вместе с семьёй. В их истории готовятся поставить точку. Смогу ли я их спасти, и вместо точки поставить запятую? Пусть это кажется невозможн…
Он родился в мире, укрытом небосводом цвета сухой глины. Он лишился матери в шесть лет, никогда не знал отца. Его нынешний удел – жизнь бродячего циркача и редкое, но изощренное воровство. Его названные родные такие же изгои, как и он сам. В его душе…
Он родился в мире, укрытом небосводом цвета сухой глины. Он лишился матери в шесть лет, никогда не знал отца. Его нынешний удел – жизнь бродячего циркача и редкое, но изощренное воровство. Его названные родные такие же изгои, как и он сам. В его душе…
Перевод в общественном достоянии (Марко Вовчок). Отважные исследователи профессор Лиденброк и его племянник находят таинственное письмо... Им предстоит спуститься к центру Земли, следуя инструкции древнего путешественника.
Перевод в общественном достоянии (Марко Вовчок). Отважные исследователи профессор Лиденброк и его племянник находят таинственное письмо... Им предстоит спуститься к центру Земли, следуя инструкции древнего путешественника.
Перевод в общественном достоянии (Марко Вовчок). В годы гражданской войны в США в Балтиморе был основан «Пушечный клуб», участники которого занимались изобретением и производством всё более и более мощной и современной артиллерии. Однако, когда наста…
Перевод в общественном достоянии (Марко Вовчок). В годы гражданской войны в США в Балтиморе был основан «Пушечный клуб», участники которого занимались изобретением и производством всё более и более мощной и современной артиллерии. Однако, когда наста…
Перевод в общественном достоянии (Марко Вовчок). Февраль 1873 года. Шхуна-бриг «Пилигрим» под командованием капитана Гуля находится в Южной части Тихого океана, возвращаясь в Сан-Франциско после китобойного сезона. На борту шхуны находятся члены семь…
Перевод в общественном достоянии (Марко Вовчок). Февраль 1873 года. Шхуна-бриг «Пилигрим» под командованием капитана Гуля находится в Южной части Тихого океана, возвращаясь в Сан-Франциско после китобойного сезона. На борту шхуны находятся члены семь…
История китов как история культуры, языка и памяти, которые существуют рядом с нами уже миллионы лет.
Уже несколько десятилетий человечество тщетно ищет в глубинах Вселен ной следы разумных собратьев, втайне надеясь на контакт с ними. Но что, если в…
История китов как история культуры, языка и памяти, которые существуют рядом с нами уже миллионы лет.
Уже несколько десятилетий человечество тщетно ищет в глубинах Вселен ной следы разумных собратьев, втайне надеясь на контакт с ними. Но что, если в…
Часть сборника «Чей труп?».
Дебютный роман о детективе-аристократе лорде Питере Уимзи, расследующем появление незнакомого трупа в чужой ванне.
В сборник также вошли рассказы о его приключениях.
Однажды утром уважаемый в округе архитектор мистер Т…
Часть сборника «Чей труп?».
Дебютный роман о детективе-аристократе лорде Питере Уимзи, расследующем появление незнакомого трупа в чужой ванне.
В сборник также вошли рассказы о его приключениях.
Однажды утром уважаемый в округе архитектор мистер Т…
Часть сборника «Чей труп?».
Дебютный роман о детективе-аристократе лорде Питере Уимзи, расследующем появление незнакомого трупа в чужой ванне.
В сборник также вошли рассказы о его приключениях.
Однажды утром уважаемый в округе архитектор мистер Т…
Часть сборника «Чей труп?».
Дебютный роман о детективе-аристократе лорде Питере Уимзи, расследующем появление незнакомого трупа в чужой ванне.
В сборник также вошли рассказы о его приключениях.
Однажды утром уважаемый в округе архитектор мистер Т…
ПЕРЕВОД В ОБЩЕСТВЕННОМ ДОСТОЯНИИ! Заключительная часть трилогии о «Пушечном клубе». Члены клуба приобретают необследованную территорию Арктики, где, как они предполагают, есть залежи угля. Чтобы добраться до них, члены клуба намерены повернуть земную…
ПЕРЕВОД В ОБЩЕСТВЕННОМ ДОСТОЯНИИ! Заключительная часть трилогии о «Пушечном клубе». Члены клуба приобретают необследованную территорию Арктики, где, как они предполагают, есть залежи угля. Чтобы добраться до них, члены клуба намерены повернуть земную…