Christina Fillatova
Книги чтеца: Christina Fillatova
Социопат – это человек, не признающий социальные нормы. Социопат опасен, агрессивен, неконтролируем. Он полностью лишён привязанностей и чувств, которые делают нас людьми… У социопатов нет совести, сочувствия. Они не умеют любить.Так о нём говорят ст…
Социопат – это человек, не признающий социальные нормы. Социопат опасен, агрессивен, неконтролируем. Он полностью лишён привязанностей и чувств, которые делают нас людьми… У социопатов нет совести, сочувствия. Они не умеют любить.Так о нём говорят ст…
Когда-то я мечтала, чтобы он взял меня в жёны, теперь же мечтаю, чтобы отпустил. Но Таир Абаев решил сделать меня своей женщиной и понемногу его желание превращается в одержимость.
Когда-то я мечтала, чтобы он взял меня в жёны, теперь же мечтаю, чтобы отпустил. Но Таир Абаев решил сделать меня своей женщиной и понемногу его желание превращается в одержимость.
– Офигел, братишка? – отталкиваю Глеба от себя, когда он подходит ко мне опасно близко. – Ты же не забыл, что я тут делаю?
– Выбираешь свадебное платье, – кивает он. – Ты же помнишь, что мне плевать?
– Если сделаешь еще шаг, я позову маму, – решитель…
– Офигел, братишка? – отталкиваю Глеба от себя, когда он подходит ко мне опасно близко. – Ты же не забыл, что я тут делаю?
– Выбираешь свадебное платье, – кивает он. – Ты же помнишь, что мне плевать?
– Если сделаешь еще шаг, я позову маму, – решитель…
Они говорят, что я должна соответствовать своей фамилии и знатному роду Моран.
Светские гала-ужины, вечные правила и этикет, невыносимая жизнь наследницы огромного состояния – всё это мне кажется просто абсурдом.
Его зовут Дэмиан Лионель Голденштерн.…
Они говорят, что я должна соответствовать своей фамилии и знатному роду Моран.
Светские гала-ужины, вечные правила и этикет, невыносимая жизнь наследницы огромного состояния – всё это мне кажется просто абсурдом.
Его зовут Дэмиан Лионель Голденштерн.…
– Я не искал бабу, но не отказался, когда подвернулась! Я хотел развеяться. Встряхнуться. Думал, это поможет перестать злиться. Ты раздражаешь меня, Машка. Бесишь. Я не хочу развода. Я изменил не для того, чтобы строить отношения с кем-то другим. Но …
– Я не искал бабу, но не отказался, когда подвернулась! Я хотел развеяться. Встряхнуться. Думал, это поможет перестать злиться. Ты раздражаешь меня, Машка. Бесишь. Я не хочу развода. Я изменил не для того, чтобы строить отношения с кем-то другим. Но …
Ты – мой наркотик. Ты в моей крови. Ты во мне.
Разумом я ненавижу тебя, но сердце и тело бьются в ломке, когда ты не со мной. Ты – все, что я презираю в этой жизни. Твои руки запятнаны кровью. У тебя нет сердца, нет души. Ты живешь по законам другого…
Ты – мой наркотик. Ты в моей крови. Ты во мне.
Разумом я ненавижу тебя, но сердце и тело бьются в ломке, когда ты не со мной. Ты – все, что я презираю в этой жизни. Твои руки запятнаны кровью. У тебя нет сердца, нет души. Ты живешь по законам другого…
Он любит боль. Она любит риск. Он дорожит свободой. Она задыхается от нее. Он считает женщин игрушками. Она презирает мужчин. Он – это воплощение безумия. А она одержима этим безумием. Они два кольца одной цепочки, замкнутые в круг. От одержимости не…
Он любит боль. Она любит риск. Он дорожит свободой. Она задыхается от нее. Он считает женщин игрушками. Она презирает мужчин. Он – это воплощение безумия. А она одержима этим безумием. Они два кольца одной цепочки, замкнутые в круг. От одержимости не…
Когда ты просто товар на рынке рабов, единственное чувство, которое остается внутри – это отчаянье. Слезы кончились, мольба забыта, а веры в будущее просто нет. Ты всего лишь вещь. Однако стоило Софи увидеть задумчивые глаза напротив своей клетки, ка…
Когда ты просто товар на рынке рабов, единственное чувство, которое остается внутри – это отчаянье. Слезы кончились, мольба забыта, а веры в будущее просто нет. Ты всего лишь вещь. Однако стоило Софи увидеть задумчивые глаза напротив своей клетки, ка…
Я берегла себя для «того самого» мужчины и думала, что наконец его обрела.
Теперь внутри меня маленькое чудо, а на руках… брачный контракт.
Он властный и требовательный. Шаг в сторону – я лишусь всего. Даже счастье моих близких в его руках!
И все же,…
Я берегла себя для «того самого» мужчины и думала, что наконец его обрела.
Теперь внутри меня маленькое чудо, а на руках… брачный контракт.
Он властный и требовательный. Шаг в сторону – я лишусь всего. Даже счастье моих близких в его руках!
И все же,…
Он укрыл меня от всех бед, а я пытаюсь укрыться от него. Он дал мне шанс на жизнь, я мечтаю спрятаться от его пронзающего взгляда. Он тот, кого все боятся, а я, кажется, начинаю в него влюбляться.
Содержит нецензурную брань.
Он укрыл меня от всех бед, а я пытаюсь укрыться от него. Он дал мне шанс на жизнь, я мечтаю спрятаться от его пронзающего взгляда. Он тот, кого все боятся, а я, кажется, начинаю в него влюбляться.
Содержит нецензурную брань.
Он – неконтролируемый зверь. Циничный и жестокий, не знающий сострадания и сочувствия. Он – брат моего жениха, свадьбы с которым мне удалось избежать. Только от него мне не скрыться… Он везде. Он рыщет, как хищник, выслеживая и загоняя свою жертву в …
Он – неконтролируемый зверь. Циничный и жестокий, не знающий сострадания и сочувствия. Он – брат моего жениха, свадьбы с которым мне удалось избежать. Только от него мне не скрыться… Он везде. Он рыщет, как хищник, выслеживая и загоняя свою жертву в …
Он давно закостенел в своём коконе жестокости и безразличия. Человеческие жертвы – невелика цена за деньги и власть. Не прогибаясь под чувства, которым навсегда закрыл дверь в свою душу, он всё чаще ощущает себя вершителем судеб. И вершит, не жалея н…
Он давно закостенел в своём коконе жестокости и безразличия. Человеческие жертвы – невелика цена за деньги и власть. Не прогибаясь под чувства, которым навсегда закрыл дверь в свою душу, он всё чаще ощущает себя вершителем судеб. И вершит, не жалея н…
Пять лет назад я вышла замуж за властного, взрослого и бессердечного манипулятора. Роберт Кинг беспощадно выпил мою душу до дна.
Его сын, Дэниел – такой же виртуозный манипулятор, как и его отец.
– У нас с тобой общий враг, Эри. Ты хочешь отомстить т…
Пять лет назад я вышла замуж за властного, взрослого и бессердечного манипулятора. Роберт Кинг беспощадно выпил мою душу до дна.
Его сын, Дэниел – такой же виртуозный манипулятор, как и его отец.
– У нас с тобой общий враг, Эри. Ты хочешь отомстить т…
Лежа на лестничной площадке, я истекала кровью и думала о том, как несправедливо и обидно будет погибнуть вот так. Сквозь дымку во взгляде увидела склонившуюся надо мной тень, а в следующую секунду чья-то огромная ручища схватила меня за шиворот и дё…
Лежа на лестничной площадке, я истекала кровью и думала о том, как несправедливо и обидно будет погибнуть вот так. Сквозь дымку во взгляде увидела склонившуюся надо мной тень, а в следующую секунду чья-то огромная ручища схватила меня за шиворот и дё…
Он друг моего брата. Взрослый, сексуальный, опасный. Он никогда не смотрел в мою сторону, пока однажды мы не столкнулись с ним в клубе. Он меня не узнал, а я не стала ему признаваться. Мы провели вместе ночь, а на утро я сбежала в уверенности, что мы…
Он друг моего брата. Взрослый, сексуальный, опасный. Он никогда не смотрел в мою сторону, пока однажды мы не столкнулись с ним в клубе. Он меня не узнал, а я не стала ему признаваться. Мы провели вместе ночь, а на утро я сбежала в уверенности, что мы…
Он – руководитель самой крупной строительной компании города. Я – безнадежно в него влюблена. Я знала, что он не настроен на серьезные отношения, но все равно позволила ему стать моим первым мужчиной. Тогда я была уверена, что мы больше никогда не ув…
Он – руководитель самой крупной строительной компании города. Я – безнадежно в него влюблена. Я знала, что он не настроен на серьезные отношения, но все равно позволила ему стать моим первым мужчиной. Тогда я была уверена, что мы больше никогда не ув…
Он – руководитель самой крупной строительной компании города. Я – безнадежно в него влюблена. Я знала, что он не настроен на серьезные отношения, но все равно позволила ему стать моим первым мужчиной. Тогда я была уверена, что мы больше никогда не ув…
Он – руководитель самой крупной строительной компании города. Я – безнадежно в него влюблена. Я знала, что он не настроен на серьезные отношения, но все равно позволила ему стать моим первым мужчиной. Тогда я была уверена, что мы больше никогда не ув…
– Моя прекрасная Райхана, – его тёмные глаза обещают мне муки. А рука, сжимающая запястье, будто стальным прутом, причиняет боль. – Сопротивляться нет смысла.– Я не хочу, Халим. Не хочу, – закрываю глаза, силясь сдержать слёзы. Чтобы не явить свою сл…
– Моя прекрасная Райхана, – его тёмные глаза обещают мне муки. А рука, сжимающая запястье, будто стальным прутом, причиняет боль. – Сопротивляться нет смысла.– Я не хочу, Халим. Не хочу, – закрываю глаза, силясь сдержать слёзы. Чтобы не явить свою сл…
Кто-то зажимает мне рот, приставляет к горлу нож. Скользит лезвием по шее, и я узнаю его. Мужчину, который меня удерживает. Его запах, прикосновения, холод лезвия в его руках… Да, это Он. Пришёл за тем, что принадлежит ему.
Кто-то зажимает мне рот, приставляет к горлу нож. Скользит лезвием по шее, и я узнаю его. Мужчину, который меня удерживает. Его запах, прикосновения, холод лезвия в его руках… Да, это Он. Пришёл за тем, что принадлежит ему.
Цыган Ману, чья нижняя часть лица всегда скрыта под черной полумаской, похищает дочь известного олигарха Лебединского и делает ее своей женой насильно. За что он так люто ненавидит свою пленницу и ее отца? И за что так жестоко мстит? Между ним и семь…
Цыган Ману, чья нижняя часть лица всегда скрыта под черной полумаской, похищает дочь известного олигарха Лебединского и делает ее своей женой насильно. За что он так люто ненавидит свою пленницу и ее отца? И за что так жестоко мстит? Между ним и семь…





















