Андрей Брежнев
Книги чтеца: Андрей Брежнев
Князь Бездушный… Хмм… А звучит забавно!
Учитывая, что я был абсолютно равнодушен как к людям, так и к их титулам в прошлой жизни. Однако сейчас, я начинаю постепенно понимать людей и их мотивы и поступки.
Стоп! Феликс бездушный становится более чел…
Князь Бездушный… Хмм… А звучит забавно!
Учитывая, что я был абсолютно равнодушен как к людям, так и к их титулам в прошлой жизни. Однако сейчас, я начинаю постепенно понимать людей и их мотивы и поступки.
Стоп! Феликс бездушный становится более чел…
«Жить! Гореть и не угасать, жить, а не существовать!» Пожалуй, эти слова из известной песни наиболее точно характеризуют данный роман-трилогию. Помимо развития любовной линии, автор уделяет огромное внимание тому, как непросто найти свой жизненный пу…
«Жить! Гореть и не угасать, жить, а не существовать!» Пожалуй, эти слова из известной песни наиболее точно характеризуют данный роман-трилогию. Помимо развития любовной линии, автор уделяет огромное внимание тому, как непросто найти свой жизненный пу…
Обычно, после смены тел, к этому времени я уже обретаю былую мощь и продолжаю свои дела в Многомерной Вселенной. Сейчас же, у меня кроме Сириуса есть всего несколько слабеньких дронов.
Зато есть кофе, шаурма, четыре гопника и две сестры. Похоже, жизн…
Обычно, после смены тел, к этому времени я уже обретаю былую мощь и продолжаю свои дела в Многомерной Вселенной. Сейчас же, у меня кроме Сириуса есть всего несколько слабеньких дронов.
Зато есть кофе, шаурма, четыре гопника и две сестры. Похоже, жизн…
Родная Земля осталась позади, сменившись новым миром.
Миром Скверны!
Где деревья пронзают само небо, а твари могут сжирать даже сильнейших игроков, где властвует древняя энергия чакры, и где адепты Абсолюта уже тысячи лет противостоят Системе.
Родная Земля осталась позади, сменившись новым миром.
Миром Скверны!
Где деревья пронзают само небо, а твари могут сжирать даже сильнейших игроков, где властвует древняя энергия чакры, и где адепты Абсолюта уже тысячи лет противостоят Системе.
«Это было в 1878 году, когда я защитил при Лондонском университете свою диссертацию на степень доктора медицины. Пополнив мои познания в Нетлей (что необходимо для желающих делать карьеру военного врача), я поступил старшим помощником военного врача …
«Это было в 1878 году, когда я защитил при Лондонском университете свою диссертацию на степень доктора медицины. Пополнив мои познания в Нетлей (что необходимо для желающих делать карьеру военного врача), я поступил старшим помощником военного врача …
«Холмс внимательно читал письмо, полученное им последней почтой. Затем, с сухой усмешкой, которая у него заменяла смех, он протянул письмо мне.
– Мне кажется, это предел помеси средневековья и современности, реализма и дикой фантастичности, – сказал …
«Холмс внимательно читал письмо, полученное им последней почтой. Затем, с сухой усмешкой, которая у него заменяла смех, он протянул письмо мне.
– Мне кажется, это предел помеси средневековья и современности, реализма и дикой фантастичности, – сказал …
«На второй день Рождества я зашел поздравить моего друга Шерлока Холмса. Он лежал в ярко-красном халате на софе, курил трубку, весь закрытый целой кучей утренних газет. Рядом с софой стоял деревянный стул, на спинке которого была повешена грязная, об…
«На второй день Рождества я зашел поздравить моего друга Шерлока Холмса. Он лежал в ярко-красном халате на софе, курил трубку, весь закрытый целой кучей утренних газет. Рядом с софой стоял деревянный стул, на спинке которого была повешена грязная, об…
«Как-то летом, несколько месяцев спустя после моей свадьбы, я сидел у себя в кабинете и дремал над каким-то романом, докуривая последнюю трубку. Моя дневная работа была окончена; жена уже ушла к себе в спальню, а внизу в передней прислуга запирала на…
«Как-то летом, несколько месяцев спустя после моей свадьбы, я сидел у себя в кабинете и дремал над каким-то романом, докуривая последнюю трубку. Моя дневная работа была окончена; жена уже ушла к себе в спальню, а внизу в передней прислуга запирала на…
«Было девять часов вечера 2-го августа – самого грозного к страшного из всех августов в истории мира. Казалось, Божье проклятие тяготело над грешной землей: какая-то жуткая тишина стояла в безветренном и душном воздухе – какое-то смутное ожидание. Со…
«Было девять часов вечера 2-го августа – самого грозного к страшного из всех августов в истории мира. Казалось, Божье проклятие тяготело над грешной землей: какая-то жуткая тишина стояла в безветренном и душном воздухе – какое-то смутное ожидание. Со…
«С 1894 по 1901 год включительно Шерлок Холмс был чрезвычайно занят. Можно без преувеличения сказать, что почти не было какого-нибудь более или менее трудного случая, имевшего общественный интерес, к которому он не был привлечен за эти годы. Кроме то…
«С 1894 по 1901 год включительно Шерлок Холмс был чрезвычайно занят. Можно без преувеличения сказать, что почти не было какого-нибудь более или менее трудного случая, имевшего общественный интерес, к которому он не был привлечен за эти годы. Кроме то…
«– С точки зрения криминалиста, – сказал однажды Шерлок Холмс, – Лондон сделался со дня смерти блаженной памяти профессора Мориарти самым неинтересным городом.
– Не думаю, чтобы ваше мнение разделяло много почтенных граждан, – возразил я.
– Ну, конеч…
«– С точки зрения криминалиста, – сказал однажды Шерлок Холмс, – Лондон сделался со дня смерти блаженной памяти профессора Мориарти самым неинтересным городом.
– Не думаю, чтобы ваше мнение разделяло много почтенных граждан, – возразил я.
– Ну, конеч…
«Просматривая свои заметки о тех семидесяти с чем-то случаях, по которым я в эти восемь лет изучал способ расследований друга моего – Шерлока Холмса, я нахожу между ними много трагических, несколько комических, большое количество просто странных, но …
«Просматривая свои заметки о тех семидесяти с чем-то случаях, по которым я в эти восемь лет изучал способ расследований друга моего – Шерлока Холмса, я нахожу между ними много трагических, несколько комических, большое количество просто странных, но …
«С болью в сердце принимаюсь я за перо, чтобы написать последние воспоминания о моем необыкновенно даровитом друге, м-ре Шерлоке Холмсе. В бессвязных и, признаюсь, не всегда удачных очерках я пытался описать кое-что из пережитого мною вместе с ним, н…
«С болью в сердце принимаюсь я за перо, чтобы написать последние воспоминания о моем необыкновенно даровитом друге, м-ре Шерлоке Холмсе. В бессвязных и, признаюсь, не всегда удачных очерках я пытался описать кое-что из пережитого мною вместе с ним, н…
«Посещение инспектора сыскной полиции Лестрада были нам не в диковину, и когда он заглядывал по вечерам в наше скромное жилище, то всегда являлся желанным гостем для Шерлока Холмса, который, таким образом, имел возможность следить за тем, что происхо…
«Посещение инспектора сыскной полиции Лестрада были нам не в диковину, и когда он заглядывал по вечерам в наше скромное жилище, то всегда являлся желанным гостем для Шерлока Холмса, который, таким образом, имел возможность следить за тем, что происхо…
«– Боюсь, что мне придется ехать, Уотсон, – сказал Холмс однажды утром, когда мы сели завтракать.
– Ехать! Куда?
– В Дартмур, в Кингс-Пайлэнд.
Меня это нисколько не удивило. Напротив, странно казалось, что он не принимает участия в интереснейшем деле…
«– Боюсь, что мне придется ехать, Уотсон, – сказал Холмс однажды утром, когда мы сели завтракать.
– Ехать! Куда?
– В Дартмур, в Кингс-Пайлэнд.
Меня это нисколько не удивило. Напротив, странно казалось, что он не принимает участия в интереснейшем деле…
Мир скверны остался позади. А проблемы Земли и всего человечества вновь встают на первое место.
Мир скверны остался позади. А проблемы Земли и всего человечества вновь встают на первое место.
В этот сборник вошли две повести, погружающие в самые тёмные и пугающие лабиринты человеческого сознания. «Бездна» начинается как вечерняя прогулка влюблённого студента и его спутницы, но случайное столкновение с шайкой бродяг внезапно обнажает перво…
В этот сборник вошли две повести, погружающие в самые тёмные и пугающие лабиринты человеческого сознания. «Бездна» начинается как вечерняя прогулка влюблённого студента и его спутницы, но случайное столкновение с шайкой бродяг внезапно обнажает перво…
Шерлок Холмс – литературный персонаж, созданный талантом английского писателя Артура Конан Дойла (1859–1930). Его произведения, посвященные приключениям знаменитого лондонского частного сыщика, по праву считаются классикой детективного жанра. Обществ…
Шерлок Холмс – литературный персонаж, созданный талантом английского писателя Артура Конан Дойла (1859–1930). Его произведения, посвященные приключениям знаменитого лондонского частного сыщика, по праву считаются классикой детективного жанра. Обществ…
Пелопоннес остается позади. Впереди – война!
Противостояние воле Коринфа достигло своего апогея, Мегары стали костью в горле двух армий. Противник не гнушается самых низких методов, мы же давим своей мощью. Мир изменился. И мы меняемся вместе с ним. …
Пелопоннес остается позади. Впереди – война!
Противостояние воле Коринфа достигло своего апогея, Мегары стали костью в горле двух армий. Противник не гнушается самых низких методов, мы же давим своей мощью. Мир изменился. И мы меняемся вместе с ним. …
Ох, не нужно было шаману трогать те артефакты… Тогда в болотах не появился бы тролль-убийца со съехавшей кукухой, у гномов не взорвалась бы мастерская, а гоблины и дальше барыжили бы краденными товарами. Орки кромсали бы огров топорами, а не бегали б…
Ох, не нужно было шаману трогать те артефакты… Тогда в болотах не появился бы тролль-убийца со съехавшей кукухой, у гномов не взорвалась бы мастерская, а гоблины и дальше барыжили бы краденными товарами. Орки кромсали бы огров топорами, а не бегали б…