Юрий Александрович Никитин
Книги автора: Юрий Александрович Никитин
«Сквозь темные провалы и звездные вихри, через разорванное полотно пространства и гравитационные ямы – впервые корабль добрался к звезде, что столетие не давала покоя астрономам и астронавигаторам.
В главной рубке сгрудились все члены экипажа. Капита…
«Сквозь темные провалы и звездные вихри, через разорванное полотно пространства и гравитационные ямы – впервые корабль добрался к звезде, что столетие не давала покоя астрономам и астронавигаторам.
В главной рубке сгрудились все члены экипажа. Капита…
«Неудобства начались с первых же минут. Администратор почему-то очень уж тщательно изучал мою трудовую книжку, трижды перечитывал анкету. Естественно, это меня раздражало. Мне пятьдесят пять лет, доктор наук, у меня ряд серьезных научных работ. Я не …
«Неудобства начались с первых же минут. Администратор почему-то очень уж тщательно изучал мою трудовую книжку, трижды перечитывал анкету. Естественно, это меня раздражало. Мне пятьдесят пять лет, доктор наук, у меня ряд серьезных научных работ. Я не …
Вадима мучают непонятные сны – его генетическую память тяготит неизвестный комплекс… Перепробовав все способы лечения, врачи, наконец, решаются отправить его в путешествие во времени, надеясь, что это поможет пациенту обрести душевный покой.
Вадима мучают непонятные сны – его генетическую память тяготит неизвестный комплекс… Перепробовав все способы лечения, врачи, наконец, решаются отправить его в путешествие во времени, надеясь, что это поможет пациенту обрести душевный покой.
«Бывают люди, один вид которых вызывает неприязнь, хотя и трудно иной раз объяснить, чем это вызвано. Однако в арктических экспедициях добрые отношения просто необходимы. Мало ли в Заполярье побывало совершенно беспомощных горе-геологов, которым букв…
«Бывают люди, один вид которых вызывает неприязнь, хотя и трудно иной раз объяснить, чем это вызвано. Однако в арктических экспедициях добрые отношения просто необходимы. Мало ли в Заполярье побывало совершенно беспомощных горе-геологов, которым букв…
В глухой уссурийской тайге геологи наталкиваются на странную деревушку. А живут в ней не аборигены Дальнего Востока и даже не русские старообрядцы, а загадочные люди, поклоняющиеся древним богам и хранящие память о событиях многовековой давности…
В глухой уссурийской тайге геологи наталкиваются на странную деревушку. А живут в ней не аборигены Дальнего Востока и даже не русские старообрядцы, а загадочные люди, поклоняющиеся древним богам и хранящие память о событиях многовековой давности…
«Перелом произошел как-то сразу. На столе лежали почти готовые к сдаче три повести, два десятка невычитанных рассказов, со стола не исчезал роман – уже готова первая треть. Лампов готовился отдать все вместе, приближался первый юбилей – пятидесятилет…
«Перелом произошел как-то сразу. На столе лежали почти готовые к сдаче три повести, два десятка невычитанных рассказов, со стола не исчезал роман – уже готова первая треть. Лампов готовился отдать все вместе, приближался первый юбилей – пятидесятилет…
«Я катил его, упираясь плечом, руками, подталкивая спиной, содранная кожа повисла как лохмотья, руки в ссадинах, едкий пот выедает глаза. И вдруг я услышал голос:
– Сизиф!
Наискось по склону поднималась молодая женщина. Кувшин на голове, красивая рук…
«Я катил его, упираясь плечом, руками, подталкивая спиной, содранная кожа повисла как лохмотья, руки в ссадинах, едкий пот выедает глаза. И вдруг я услышал голос:
– Сизиф!
Наискось по склону поднималась молодая женщина. Кувшин на голове, красивая рук…
«Сергей Сергеевич забеспокоился, когда они проскочили на красный свет, лихо и на большой скорости пронеслись мимо щита с надписью: «Скорость контролируется радарами», на что Вадим только усмехнулся:
– Пугают! Где возьмут столько радаров, чтобы расста…
«Сергей Сергеевич забеспокоился, когда они проскочили на красный свет, лихо и на большой скорости пронеслись мимо щита с надписью: «Скорость контролируется радарами», на что Вадим только усмехнулся:
– Пугают! Где возьмут столько радаров, чтобы расста…
«В операционную медсестра ввела, придерживая сзади за локти, молоденькую женщину в непомерно длинном больничном халате. Я машинально скользнул по ней взглядом, вздрогнул, всмотрелся. Таня, насмешливая Таня с нашего двора, самая яркая девчонка улицы?.…
«В операционную медсестра ввела, придерживая сзади за локти, молоденькую женщину в непомерно длинном больничном халате. Я машинально скользнул по ней взглядом, вздрогнул, всмотрелся. Таня, насмешливая Таня с нашего двора, самая яркая девчонка улицы?.…
«Они прыгнули в вагон на последней секунде. Сразу же зашипело, пневматические створки дверей с глухим стуком упруго ударились друг о друга, толпа в тамбуре качнулась, и электричка пошла, резво набирая скорость.
Тержовский сразу же стал проталкиваться…
«Они прыгнули в вагон на последней секунде. Сразу же зашипело, пневматические створки дверей с глухим стуком упруго ударились друг о друга, толпа в тамбуре качнулась, и электричка пошла, резво набирая скорость.
Тержовский сразу же стал проталкиваться…
Они воскрешают наших предков. Где предел гуманизму, когда следом за повешенными декабристами возвращают их палачей? Роман-предупреждение, о возможном будущем смелых разработок.
Знаменитый Юрий Никитин, о близком будущем и пугающих перспективах технол…
Они воскрешают наших предков. Где предел гуманизму, когда следом за повешенными декабристами возвращают их палачей? Роман-предупреждение, о возможном будущем смелых разработок.
Знаменитый Юрий Никитин, о близком будущем и пугающих перспективах технол…
«Он вздрогнул. Сузились размеры комнаты. Квартира неузнаваемо изменилась. Исчезла старинная мебель, исчезли ковры. Повеяло холодом, неуютом.
Он находился в малогабаритной комнате. Открытая дверь вела в крохотную прихожую. Из совмещенного санузла доно…
«Он вздрогнул. Сузились размеры комнаты. Квартира неузнаваемо изменилась. Исчезла старинная мебель, исчезли ковры. Повеяло холодом, неуютом.
Он находился в малогабаритной комнате. Открытая дверь вела в крохотную прихожую. Из совмещенного санузла доно…
«– Любимая, – шептал он в смертельной тоске. – Любимая…
Слезы застилали глаза. Стало трудно дышать, он прижался лицом к холодному мраморному пьедесталу. Галатея стояла над ним прекрасная, холодная, недоступная.
Его сотрясало отчаяние. Он вскинул голо…
«– Любимая, – шептал он в смертельной тоске. – Любимая…
Слезы застилали глаза. Стало трудно дышать, он прижался лицом к холодному мраморному пьедесталу. Галатея стояла над ним прекрасная, холодная, недоступная.
Его сотрясало отчаяние. Он вскинул голо…
«– Лена, а вы знаете, кто больше всего страдает сердечно-сосудистыми заболеваниями? Кто чаще всего скопытивается от инфаркта?
– Нет, – ответила она.
– Мы, санитарные врачи.
Елена, элегантно откинувшись на спинку сиденья, с любопытством посматривала н…
«– Лена, а вы знаете, кто больше всего страдает сердечно-сосудистыми заболеваниями? Кто чаще всего скопытивается от инфаркта?
– Нет, – ответила она.
– Мы, санитарные врачи.
Елена, элегантно откинувшись на спинку сиденья, с любопытством посматривала н…
«Я позвонил три раза, коммуналка есть коммуналка, но открыла мне соседка Володи: разговаривала в коридоре по телефону и потянулась до защелки одного замка, другого, сняла цепочку, а сама все радостно верещала в трубку: молодая, рыхлая, теплая со сна,…
«Я позвонил три раза, коммуналка есть коммуналка, но открыла мне соседка Володи: разговаривала в коридоре по телефону и потянулась до защелки одного замка, другого, сняла цепочку, а сама все радостно верещала в трубку: молодая, рыхлая, теплая со сна,…
«Степь неслась навстречу, проскакивала внизу под мелькающими копытами коня. Трег пригнулся к шее своего любимца, и они мчались вперед, оба сильные и молодые, а палящее солнце одинаково нещадно жгло обоих.
У Трега из одежды только набедренная повязка …
«Степь неслась навстречу, проскакивала внизу под мелькающими копытами коня. Трег пригнулся к шее своего любимца, и они мчались вперед, оба сильные и молодые, а палящее солнце одинаково нещадно жгло обоих.
У Трега из одежды только набедренная повязка …
«Всеволод к своим тридцати пяти успел сменить десяток мест, что непросто рядовому инженеру, которых пока что хоть пруд пруди. Слесаря или грузчика, рассуждал он, хватают всюду, а инженера берут с неохотой, да и то лишь затем, чтобы бросать на картошк…
«Всеволод к своим тридцати пяти успел сменить десяток мест, что непросто рядовому инженеру, которых пока что хоть пруд пруди. Слесаря или грузчика, рассуждал он, хватают всюду, а инженера берут с неохотой, да и то лишь затем, чтобы бросать на картошк…
Трое дикарей-невров, вышедших из дремучего Леса, сражаются со всем миром за счастье и Правду. Они уничтожили державу киммеров, но теперь знают – не каганы, вожди, цари и короли правят миром. А управляют миром маги, колдуны, волхвы, для которых цари и…
Трое дикарей-невров, вышедших из дремучего Леса, сражаются со всем миром за счастье и Правду. Они уничтожили державу киммеров, но теперь знают – не каганы, вожди, цари и короли правят миром. А управляют миром маги, колдуны, волхвы, для которых цари и…
Вторая трилогия культового цикла от одного из родоначальников славянского фэнтези. Детально проработанный мир, полный чудес. Харизматичные герои, чей путь из глухих доисторических лесов устремлен в космические дали. Непростая авторская философия, при…
Вторая трилогия культового цикла от одного из родоначальников славянского фэнтези. Детально проработанный мир, полный чудес. Харизматичные герои, чей путь из глухих доисторических лесов устремлен в космические дали. Непростая авторская философия, при…





















