Вадим Морозов
Книги автора: Вадим Морозов
Он не спит трое суток. В висках стучит, как молот по наковальне. Следователь Громов ищет пропавшую женщину — жену писателя Вереса. Нет тела. Нет свидетелей. Есть только муж — слишком спокойный, слишком вежлив, слишком охотно наливающий чай с запахом …
Он не спит трое суток. В висках стучит, как молот по наковальне. Следователь Громов ищет пропавшую женщину — жену писателя Вереса. Нет тела. Нет свидетелей. Есть только муж — слишком спокойный, слишком вежлив, слишком охотно наливающий чай с запахом …
Это мир Solo Leveling (Поднятие уровня в одиночку) — современное городское фэнтези (урбан-фэнтези) с охотниками, вратами (подземельями), монстрами и системами.
Но мы сделали свой оригинальный спин-офф (AU) в этом сеттинге:
Действие происходит в том ж…
Это мир Solo Leveling (Поднятие уровня в одиночку) — современное городское фэнтези (урбан-фэнтези) с охотниками, вратами (подземельями), монстрами и системами.
Но мы сделали свой оригинальный спин-офф (AU) в этом сеттинге:
Действие происходит в том ж…
Это мир Solo Leveling (Поднятие уровня в одиночку) — современное городское фэнтези (урбан-фэнтези) с охотниками, вратами (подземельями), монстрами и системами.
Но мы сделали свой оригинальный спин-офф (AU) в этом сеттинге:
Действие происходит в том ж…
Это мир Solo Leveling (Поднятие уровня в одиночку) — современное городское фэнтези (урбан-фэнтези) с охотниками, вратами (подземельями), монстрами и системами.
Но мы сделали свой оригинальный спин-офф (AU) в этом сеттинге:
Действие происходит в том ж…
Вереск умеет невозможное: лепить из глины живые вещи. Без печи. Без огня. Одним прикосновением.
Это не дар. Это приговор. За такую магию Совет Семи стирает имена и обжигает людей в печах до пепла.
Но однажды её видит чужак. Он не кричит. Не зовёт стр…
Вереск умеет невозможное: лепить из глины живые вещи. Без печи. Без огня. Одним прикосновением.
Это не дар. Это приговор. За такую магию Совет Семи стирает имена и обжигает людей в печах до пепла.
Но однажды её видит чужак. Он не кричит. Не зовёт стр…
Случайная находка на чердаке открывает Алексею тайну мультивселенной. Пройдя Зеркальный коридор и Космическую Библиотеку, он видит свои альтернативные жизни. Получив шанс уйти в идеальный мир, он делает неожиданный выбор. Притча о том, что каждый из …
Случайная находка на чердаке открывает Алексею тайну мультивселенной. Пройдя Зеркальный коридор и Космическую Библиотеку, он видит свои альтернативные жизни. Получив шанс уйти в идеальный мир, он делает неожиданный выбор. Притча о том, что каждый из …
Они ждали ангела сто лет. Он пришёл. И оказался страшнее любого демона.
В глухой деревне Чертополох произошло падение. С неба сошла сущность из вращающихся колец и сотен глаз — библейский ангел в его истинном обличии. Не вестник добра, а безжалостный…
Они ждали ангела сто лет. Он пришёл. И оказался страшнее любого демона.
В глухой деревне Чертополох произошло падение. С неба сошла сущность из вращающихся колец и сотен глаз — библейский ангел в его истинном обличии. Не вестник добра, а безжалостный…
Они ждали ангела сто лет. Он пришёл. И оказался страшнее любого демона.
В глухой деревне Чертополох произошло падение. С неба сошла сущность из вращающихся колец и сотен глаз — библейский ангел в его истинном обличии. Не вестник добра, а безжалостный…
Они ждали ангела сто лет. Он пришёл. И оказался страшнее любого демона.
В глухой деревне Чертополох произошло падение. С неба сошла сущность из вращающихся колец и сотен глаз — библейский ангел в его истинном обличии. Не вестник добра, а безжалостный…
Случайная находка на чердаке открывает Алексею тайну мультивселенной. Пройдя Зеркальный коридор и Космическую Библиотеку, он видит свои альтернативные жизни. Получив шанс уйти в идеальный мир, он делает неожиданный выбор. Притча о том, что каждый из …
Случайная находка на чердаке открывает Алексею тайну мультивселенной. Пройдя Зеркальный коридор и Космическую Библиотеку, он видит свои альтернативные жизни. Получив шанс уйти в идеальный мир, он делает неожиданный выбор. Притча о том, что каждый из …
Петербург, ноябрь. Туман, пахнущий угольным дымом. Тусклые газовые рожки на Миллионной улице. И мёртвый присяжный поверенный в кабинете, похожем на храм, воздвигнутый в честь самого себя.
Следователь по важнейшим делам Ипполит Ардальонович Вельский п…
Петербург, ноябрь. Туман, пахнущий угольным дымом. Тусклые газовые рожки на Миллионной улице. И мёртвый присяжный поверенный в кабинете, похожем на храм, воздвигнутый в честь самого себя.
Следователь по важнейшим делам Ипполит Ардальонович Вельский п…
Он не спит трое суток. В висках стучит, как молот по наковальне. Следователь Громов ищет пропавшую женщину — жену писателя Вереса. Нет тела. Нет свидетелей. Есть только муж — слишком спокойный, слишком вежлив, слишком охотно наливающий чай с запахом …
Он не спит трое суток. В висках стучит, как молот по наковальне. Следователь Громов ищет пропавшую женщину — жену писателя Вереса. Нет тела. Нет свидетелей. Есть только муж — слишком спокойный, слишком вежлив, слишком охотно наливающий чай с запахом …
Что, если за каждым нашим решением скрывается целая вселенная?
Алексей покупает старый особняк в поисках тишины, но на пыльном чердаке обнаруживает мерцающую трещину в пространстве. Шаг сквозь неё — и он оказывается в Зеркальном коридоре, где отражаю…
Что, если за каждым нашим решением скрывается целая вселенная?
Алексей покупает старый особняк в поисках тишины, но на пыльном чердаке обнаруживает мерцающую трещину в пространстве. Шаг сквозь неё — и он оказывается в Зеркальном коридоре, где отражаю…
Санкт-Петербург, 1900–1901. Зима сменяется оттепелью, а метель — туманом. Следователь по важнейшим делам Ипполит Вельский ведёт пять дел в пяти районах города: от Дворцовой набережной до Сенной площади. Каждое преступление — не только загадка, но и в…
Санкт-Петербург, 1900–1901. Зима сменяется оттепелью, а метель — туманом. Следователь по важнейшим делам Ипполит Вельский ведёт пять дел в пяти районах города: от Дворцовой набережной до Сенной площади. Каждое преступление — не только загадка, но и в…
Город Морхейвен охвачен страшной чумой: люди засыпают и не просыпаются. Единственная надежда на спасение — древний Обряд Полуночного Венчания. Элара должна провести три ночи в замке с лордом Каспианом — «эхом» человека, застрявшим во времени на сто л…
Город Морхейвен охвачен страшной чумой: люди засыпают и не просыпаются. Единственная надежда на спасение — древний Обряд Полуночного Венчания. Элара должна провести три ночи в замке с лордом Каспианом — «эхом» человека, застрявшим во времени на сто л…
Город Морхейвен охвачен страшной чумой: люди засыпают и не просыпаются. Единственная надежда на спасение — древний Обряд Полуночного Венчания. Элара должна провести три ночи в замке с лордом Каспианом — «эхом» человека, застрявшим во времени на сто л…
Город Морхейвен охвачен страшной чумой: люди засыпают и не просыпаются. Единственная надежда на спасение — древний Обряд Полуночного Венчания. Элара должна провести три ночи в замке с лордом Каспианом — «эхом» человека, застрявшим во времени на сто л…
Петербург, ноябрь. Туман, пахнущий угольным дымом. Тусклые газовые рожки на Миллионной улице. И мёртвый присяжный поверенный в кабинете, похожем на храм, воздвигнутый в честь самого себя.
Следователь по важнейшим делам Ипполит Ардальонович Вельский п…
Петербург, ноябрь. Туман, пахнущий угольным дымом. Тусклые газовые рожки на Миллионной улице. И мёртвый присяжный поверенный в кабинете, похожем на храм, воздвигнутый в честь самого себя.
Следователь по важнейшим делам Ипполит Ардальонович Вельский п…
Санкт-Петербург, 1900–1901. Зима сменяется оттепелью, а метель — туманом. Следователь по важнейшим делам Ипполит Вельский ведёт пять дел в пяти районах города: от Дворцовой набережной до Сенной площади. Каждое преступление — не только загадка, но и в…
Санкт-Петербург, 1900–1901. Зима сменяется оттепелью, а метель — туманом. Следователь по важнейшим делам Ипполит Вельский ведёт пять дел в пяти районах города: от Дворцовой набережной до Сенной площади. Каждое преступление — не только загадка, но и в…
Я родился в Щербинке, в 1976 году, на заводе, который тогда назывался Щербинский лифтостроительный. Меня делали почти полгода. Меня обшили дерматином цвета «морская волна». Меня привезли в Бердск и встроили в шахту панельного дома на улице Ленина.
Я …
Я родился в Щербинке, в 1976 году, на заводе, который тогда назывался Щербинский лифтостроительный. Меня делали почти полгода. Меня обшили дерматином цвета «морская волна». Меня привезли в Бердск и встроили в шахту панельного дома на улице Ленина.
Я …
Я родился в Щербинке, в 1976 году, на заводе, который тогда назывался Щербинский лифтостроительный. Меня делали почти полгода. Меня обшили дерматином цвета «морская волна». Меня привезли в Бердск и встроили в шахту панельного дома на улице Ленина.
Я …
Я родился в Щербинке, в 1976 году, на заводе, который тогда назывался Щербинский лифтостроительный. Меня делали почти полгода. Меня обшили дерматином цвета «морская волна». Меня привезли в Бердск и встроили в шахту панельного дома на улице Ленина.
Я …



















