Влас Михайлович Дорошевич
Книги автора: Влас Михайлович Дорошевич
«Это было в далекие-далекие времена, когда и Машук и Бештау, и весь этот край вплоть до дальних снеговых кряжей принадлежали хану Аббасу.
Был Аббас стар и силен, храбр и мудр.
И все Аббаса уважали, потому что все Аббаса боялись…»
«Это было в далекие-далекие времена, когда и Машук и Бештау, и весь этот край вплоть до дальних снеговых кряжей принадлежали хану Аббасу.
Был Аббас стар и силен, храбр и мудр.
И все Аббаса уважали, потому что все Аббаса боялись…»
«Вот уже восемь лет, как г-жа Иветта Гильбер состоит несменяемою „любимицей“ парижской публики.
Так долго в Париже не держалось ни одно министерство!
И вы понимаете, с каким интересом я шел в Café Ambassadeurs посмотреть на эту удивительную женщину, …
«Вот уже восемь лет, как г-жа Иветта Гильбер состоит несменяемою „любимицей“ парижской публики.
Так долго в Париже не держалось ни одно министерство!
И вы понимаете, с каким интересом я шел в Café Ambassadeurs посмотреть на эту удивительную женщину, …
«Иванов-Козельский.
Какие светлые, какие мрачные воспоминания вызываешь ты, – это имя.
Я знал двух Ивановых-Козельских. Одного – артиста, находившегося на вершине своей славы, полного таланта, сил, любви к искусству; его глаза горели восторгом, когда…
«Иванов-Козельский.
Какие светлые, какие мрачные воспоминания вызываешь ты, – это имя.
Я знал двух Ивановых-Козельских. Одного – артиста, находившегося на вершине своей славы, полного таланта, сил, любви к искусству; его глаза горели восторгом, когда…
«В Китае, как это всем известно, существует обычай, что богдыхан дерет за косу придворного звездочета, когда тот сообщает ему, что дни стали убывать.
Обычай этот ведется издавна, – и еще в глубокой древности всегда делалось так…»
«В Китае, как это всем известно, существует обычай, что богдыхан дерет за косу придворного звездочета, когда тот сообщает ему, что дни стали убывать.
Обычай этот ведется издавна, – и еще в глубокой древности всегда делалось так…»
«Во славу аллаха, великого и всемогущего. Я буду рассказывать вам сказку, а вы сидите и слушайте. Жил-был на свете маленький мальчик. Так – лет семи.
В этом нет ничего удивительного. Мальчик был – прелесть. Любил своего папу и своих мам. Его папа был…
«Во славу аллаха, великого и всемогущего. Я буду рассказывать вам сказку, а вы сидите и слушайте. Жил-был на свете маленький мальчик. Так – лет семи.
В этом нет ничего удивительного. Мальчик был – прелесть. Любил своего папу и своих мам. Его папа был…
«Вишну забавлялся. Кликнул веселый клич своим ангелам. Клич прозвенел по вселенной.
И, как слетаются бабочки на ветку, покрытую цветками, так слетались белые ангелы и, радостно трепеща крыльями, облепили престол бога. Вишну сказал:
– Ангелы! Спустите…
«Вишну забавлялся. Кликнул веселый клич своим ангелам. Клич прозвенел по вселенной.
И, как слетаются бабочки на ветку, покрытую цветками, так слетались белые ангелы и, радостно трепеща крыльями, облепили престол бога. Вишну сказал:
– Ангелы! Спустите…
«При дворе, ведь, любят делать шум, хотя, по этикету, и полагается полнейшая тишина.
В Пекине однажды случилось следующее происшествие. Богдыхан Юн-Хо-Зан проснулся поздно и в дурном расположении духа…»
«При дворе, ведь, любят делать шум, хотя, по этикету, и полагается полнейшая тишина.
В Пекине однажды случилось следующее происшествие. Богдыхан Юн-Хо-Зан проснулся поздно и в дурном расположении духа…»
«Проклятый Касьянов год!
Горе за горем несет он России.
Со дня смерти Тургенева мы, русское интеллигентное общество, не несли такой потери, какую понесли сейчас.
Умер Антон Павлович Чехов.
Вот истинное национальное горе…»
«Проклятый Касьянов год!
Горе за горем несет он России.
Со дня смерти Тургенева мы, русское интеллигентное общество, не несли такой потери, какую понесли сейчас.
Умер Антон Павлович Чехов.
Вот истинное национальное горе…»
«Анжело I, король теноров.
В древней Греции его сделали бы богом пения, но и у нас он носит титул „божественного“.
Из своих психопаток он мог бы составить армию, которая ни по численности, ни по ярости не уступала бы армии амазонок короля Дагомейског…
«Анжело I, король теноров.
В древней Греции его сделали бы богом пения, но и у нас он носит титул „божественного“.
Из своих психопаток он мог бы составить армию, которая ни по численности, ни по ярости не уступала бы армии амазонок короля Дагомейског…
«Это было в далекие-далекие времена, когда и Машук и Бештау, и весь этот край вплоть до дальних снеговых кряжей принадлежали хану Аббасу.
Был Аббас стар и силен, храбр и мудр.
И все Аббаса уважали, потому что все Аббаса боялись…»
«Это было в далекие-далекие времена, когда и Машук и Бештау, и весь этот край вплоть до дальних снеговых кряжей принадлежали хану Аббасу.
Был Аббас стар и силен, храбр и мудр.
И все Аббаса уважали, потому что все Аббаса боялись…»
«Всесильный богдыхан много видел при своем дворе людей ловких, людей хитрых, и ему захотелось увидеть счастливых людей.
– Я – солнце, которое золотит только вершины гор и лучи которого никогда не падают в долины! – сказал он себе и приказал своему гл…
«Всесильный богдыхан много видел при своем дворе людей ловких, людей хитрых, и ему захотелось увидеть счастливых людей.
– Я – солнце, которое золотит только вершины гор и лучи которого никогда не падают в долины! – сказал он себе и приказал своему гл…
«Это было в Индии.
В Индии, где боги ближе к земле, и от их благодатного дыхания на земле случаются чудеса.
Такое чудо случилось в Пенджабе. Жил-был в Пенджабе великий раджа. Премудрый и славный…»
«Это было в Индии.
В Индии, где боги ближе к земле, и от их благодатного дыхания на земле случаются чудеса.
Такое чудо случилось в Пенджабе. Жил-был в Пенджабе великий раджа. Премудрый и славный…»
«У султана Азиса была жена.
Ее звали Зорайба, а потом стали звать первой красавицей в мире.
От этого и произошли все несчастья.
Вот что случилось, и вот как случилось все, что случилось…»
«У султана Азиса была жена.
Ее звали Зорайба, а потом стали звать первой красавицей в мире.
От этого и произошли все несчастья.
Вот что случилось, и вот как случилось все, что случилось…»
Влас Михайлович Дорошевич (1865–1922) – выдающийся журналист, публицист, писатель, блестящий театральный критик, «король фельетонов». Учился в нескольких московских гимназиях, откуда неоднократно исключался; гимназический курс завершил экстерном. Был…
Влас Михайлович Дорошевич (1865–1922) – выдающийся журналист, публицист, писатель, блестящий театральный критик, «король фельетонов». Учился в нескольких московских гимназиях, откуда неоднократно исключался; гимназический курс завершил экстерном. Был…
«Однажды Истине пришло в голову попасть во дворец. Во дворец самого Гарун-аль-Рашида. Аллах акбар!
Создав женщину, ты создал фантазию.
Она сказала себе:
– А почему бы и нет? Много гурий в раю пророка, много красавиц в земном раю, – в гареме халифа…»
«Однажды Истине пришло в голову попасть во дворец. Во дворец самого Гарун-аль-Рашида. Аллах акбар!
Создав женщину, ты создал фантазию.
Она сказала себе:
– А почему бы и нет? Много гурий в раю пророка, много красавиц в земном раю, – в гареме халифа…»
«Празднуют 35-летний юбилей Ф. П. Горева.
Всё был Макс Холмин, – и вдруг „Старый барин“.
Как быстро несётся поток жизни!
Словно это было только вчера…»
«Празднуют 35-летний юбилей Ф. П. Горева.
Всё был Макс Холмин, – и вдруг „Старый барин“.
Как быстро несётся поток жизни!
Словно это было только вчера…»
«Летний сезон умирает.
Мы знали почти покойного лично.
Почти покойный был лакейского происхождения.
В самом деле! Петербург удивительно эволюционировал…»
«Летний сезон умирает.
Мы знали почти покойного лично.
Почти покойный был лакейского происхождения.
В самом деле! Петербург удивительно эволюционировал…»
«Неделя о Максе Линдере, и – неделя негодования.
– Так, как Макса Линдера, встречали Толстого.
О, господи!
Мне вспоминается брошюрка, изданная на правах рукописи, которая лет 25 тому назад рассылалась по редакциям…»
«Неделя о Максе Линдере, и – неделя негодования.
– Так, как Макса Линдера, встречали Толстого.
О, господи!
Мне вспоминается брошюрка, изданная на правах рукописи, которая лет 25 тому назад рассылалась по редакциям…»
«Мудрый Джиаффар, заботливый правитель города, заметил, что по улицам и базарам Каира бродят, пошатываясь, люди с бледными, словно восковыми, лицами, крупными каплями пота на лбу и мутными глазами. Презренные курильщики, опиума. Их было много, очень …
«Мудрый Джиаффар, заботливый правитель города, заметил, что по улицам и базарам Каира бродят, пошатываясь, люди с бледными, словно восковыми, лицами, крупными каплями пота на лбу и мутными глазами. Презренные курильщики, опиума. Их было много, очень …