Влас Михайлович Дорошевич
Книги автора: Влас Михайлович Дорошевич
«– К Чайковскому позвали Бертенсона!
– Да не может быть?!
Г-н Бертенсон – хороший доктор.
Но доктор! Бертенсон – последнее, что видит на этом свете выдающийся русский ученый, писатель, художник, музыкант, артист…»
«– К Чайковскому позвали Бертенсона!
– Да не может быть?!
Г-н Бертенсон – хороший доктор.
Но доктор! Бертенсон – последнее, что видит на этом свете выдающийся русский ученый, писатель, художник, музыкант, артист…»
«„Сегодняшний день есть день величайшего торжества!“
С этой знаменитой поприщинской фразой проснутся сегодня все балетоманы.
Сегодня – юбилейный бенефис Марии Мариусовны Петипа.
Юбилей, совершенно не похожий на все юбилеи!..»
«„Сегодняшний день есть день величайшего торжества!“
С этой знаменитой поприщинской фразой проснутся сегодня все балетоманы.
Сегодня – юбилейный бенефис Марии Мариусовны Петипа.
Юбилей, совершенно не похожий на все юбилеи!..»
«– Марья Гавриловна.
Так фамильярно зовет ее Петербург, Одесса, Нижний Новгород, Тифлис, Варшава, Москва, Ростов-на-Дону, Казань, Полтава, – вся Россия.
В Париже вы не услышите слова „Бернар“, – Париж зовет свою великую артистку просто „Сарой“…»
«– Марья Гавриловна.
Так фамильярно зовет ее Петербург, Одесса, Нижний Новгород, Тифлис, Варшава, Москва, Ростов-на-Дону, Казань, Полтава, – вся Россия.
В Париже вы не услышите слова „Бернар“, – Париж зовет свою великую артистку просто „Сарой“…»
«Иванов-Козельский.
Какие светлые, какие мрачные воспоминания вызываешь ты, – это имя.
Я знал двух Ивановых-Козельских. Одного – артиста, находившегося на вершине своей славы, полного таланта, сил, любви к искусству; его глаза горели восторгом, когда…
«Иванов-Козельский.
Какие светлые, какие мрачные воспоминания вызываешь ты, – это имя.
Я знал двух Ивановых-Козельских. Одного – артиста, находившегося на вершине своей славы, полного таланта, сил, любви к искусству; его глаза горели восторгом, когда…
«Интеллигентская голова на солидном, плотном, грузном туловище.
– Это наш знаменитый критик. Музыкант Кругликов.
Поджарый, весь высушенный, весь нервы, – немец-музыкант, которому я указал С. Н. Кругликова, в отчаянии схватился за голову…»
«Интеллигентская голова на солидном, плотном, грузном туловище.
– Это наш знаменитый критик. Музыкант Кругликов.
Поджарый, весь высушенный, весь нервы, – немец-музыкант, которому я указал С. Н. Кругликова, в отчаянии схватился за голову…»
«После П. А. Стрепетовой осталось немного образов. Но ярких.
Катерина в «Грозе», Лизавета в «Горькой судьбине», жена Бессудного – «На бойком месте»…
Она играла Марию Стюарт. Страдающей королевы не было. Играла Адриану Лекуврёр. Блестящей артистки у б…
«После П. А. Стрепетовой осталось немного образов. Но ярких.
Катерина в «Грозе», Лизавета в «Горькой судьбине», жена Бессудного – «На бойком месте»…
Она играла Марию Стюарт. Страдающей королевы не было. Играла Адриану Лекуврёр. Блестящей артистки у б…
«Пусть на этом скромном надгробном памятнике, моем фельетоне, будет ласковое имя, каким его звали, под которым его любили.
Лентовский рассказывал, как создался «давыдовский жанр»…»
«Пусть на этом скромном надгробном памятнике, моем фельетоне, будет ласковое имя, каким его звали, под которым его любили.
Лентовский рассказывал, как создался «давыдовский жанр»…»
«Десять лет тому назад, в этот день, в Художественном театре весь зал, поднявшись как один человек, стоя аплодировал горячо и восторженно. И только тому, к кому неслись эти аплодисменты, кричали:
– Сядьте!.. сядьте!..
Антон Павлович Чехов был болен и…
«Десять лет тому назад, в этот день, в Художественном театре весь зал, поднявшись как один человек, стоя аплодировал горячо и восторженно. И только тому, к кому неслись эти аплодисменты, кричали:
– Сядьте!.. сядьте!..
Антон Павлович Чехов был болен и…
«Умер Е.М. Рахимов.
У Томмазо Сальвини не стало больше злейшего врага.
Сальвини играл в Одессе с русской труппой.
Рахимову дали роль Яго…»
«Умер Е.М. Рахимов.
У Томмазо Сальвини не стало больше злейшего врага.
Сальвини играл в Одессе с русской труппой.
Рахимову дали роль Яго…»
«Завтра в театре „Аквариум“ празднует свой 35-летний юбилей М.А. Дмитриев.
– М.А. Дмитриев? Кто такой М.А. Дмитриев?
– Дмитриев? Это – Шпоня!
– А! Шпоня!…»
«Завтра в театре „Аквариум“ празднует свой 35-летний юбилей М.А. Дмитриев.
– М.А. Дмитриев? Кто такой М.А. Дмитриев?
– Дмитриев? Это – Шпоня!
– А! Шпоня!…»
«Мне кажется, – я вижу кладбище, и принц Гамлет в черном плаще, с бледным, печальным лицом, – бродит среди памятников. Вместо „друга Горацио“ с ним „1-ый актер“, – тот самый, который со слезами читал рассказ о бедствиях Гекубы, – хотя „что он Гекубе,…
«Мне кажется, – я вижу кладбище, и принц Гамлет в черном плаще, с бледным, печальным лицом, – бродит среди памятников. Вместо „друга Горацио“ с ним „1-ый актер“, – тот самый, который со слезами читал рассказ о бедствиях Гекубы, – хотя „что он Гекубе,…
«Скончался A.A. Рассказов.
Какое старое это имя!
Какого далекого, какого другого времени!
Все те светила, среди которых небольшой, но яркой звездочкой горел в Малом театре его талант, давным-давно перешли в „труппу Ваганьковского кладбища“…»
«Скончался A.A. Рассказов.
Какое старое это имя!
Какого далекого, какого другого времени!
Все те светила, среди которых небольшой, но яркой звездочкой горел в Малом театре его талант, давным-давно перешли в „труппу Ваганьковского кладбища“…»
«Гердт 50 лет был королем.
И пользуется общими симпатиями.
Случай, который следует отметить.
Гердт был тысячи раз королем Испании, Сицилии, Сардинии, – как какой-нибудь американский миллиардер, – шоколадным королем, королем цветов, королем кукол, раз…
«Гердт 50 лет был королем.
И пользуется общими симпатиями.
Случай, который следует отметить.
Гердт был тысячи раз королем Испании, Сицилии, Сардинии, – как какой-нибудь американский миллиардер, – шоколадным королем, королем цветов, королем кукол, раз…
«Есть человек, который мог бы составить:
– Путеводитель по России.
Для гг. актеров.
Город такой-то.
Какой в нем театр? Сколько сбору? И что надо тамошней публике?..»
«Есть человек, который мог бы составить:
– Путеводитель по России.
Для гг. актеров.
Город такой-то.
Какой в нем театр? Сколько сбору? И что надо тамошней публике?..»
«Герой дня, бесспорно, г. Литвин.
О нем говорит вся русская пресса.
И благодаря нескромности газет, мы знаем имя этой „прелестной маски“.
Его зовут…»
«Герой дня, бесспорно, г. Литвин.
О нем говорит вся русская пресса.
И благодаря нескромности газет, мы знаем имя этой „прелестной маски“.
Его зовут…»
«Г-н Тимковский (со сцены. Наставительно): – Ученье (с просветительным лицом) – свет. Неученье (мрачно сдвигает брови) – тьма. (Убежденно). Мрак есть зло! (Сжимая кулаки). С мраком надо бороться!
Зритель (вынимая часы. Болезненно): – Николай Иванович…
«Г-н Тимковский (со сцены. Наставительно): – Ученье (с просветительным лицом) – свет. Неученье (мрачно сдвигает брови) – тьма. (Убежденно). Мрак есть зло! (Сжимая кулаки). С мраком надо бороться!
Зритель (вынимая часы. Болезненно): – Николай Иванович…
«Г-н Теляковский приехал в Москву. Г-н Обухов делал ему доклад.
– Ну, а певец такой-то?
– Температура – тридцать девять и шесть, пульс – сто двадцать.
– Лежит?
– Никак нет-с. Поет…»
«Г-н Теляковский приехал в Москву. Г-н Обухов делал ему доклад.
– Ну, а певец такой-то?
– Температура – тридцать девять и шесть, пульс – сто двадцать.
– Лежит?
– Никак нет-с. Поет…»
«Вчера мы, – без помощи медиума, – беседовали с автором „Преступления и наказания“.
Мы говорим, разумеется, о г. Дельере.
Знаменитый писатель живет в квартире, где раньше жил Достоевский.
По стенам – портреты великих писателей. Все в гробу…»
«Вчера мы, – без помощи медиума, – беседовали с автором „Преступления и наказания“.
Мы говорим, разумеется, о г. Дельере.
Знаменитый писатель живет в квартире, где раньше жил Достоевский.
По стенам – портреты великих писателей. Все в гробу…»
«Около славного города Багдада поселился пришлый человек. Его имя было Ахмет, но скоро все прозвали его:
– Озорник.
Он не давал пройти никому: ни мужчине, ни женщине, ни седому, ни кудрявому…»
«Около славного города Багдада поселился пришлый человек. Его имя было Ахмет, но скоро все прозвали его:
– Озорник.
Он не давал пройти никому: ни мужчине, ни женщине, ни седому, ни кудрявому…»
«Мудрый Джиаффар, заботливый правитель города, заметил, что по улицам и базарам Каира бродят, пошатываясь, люди с бледными, словно восковыми, лицами, крупными каплями пота на лбу и мутными глазами. Презренные курильщики, опиума. Их было много, очень …
«Мудрый Джиаффар, заботливый правитель города, заметил, что по улицам и базарам Каира бродят, пошатываясь, люди с бледными, словно восковыми, лицами, крупными каплями пота на лбу и мутными глазами. Презренные курильщики, опиума. Их было много, очень …