Дина Ильинична Рубина
Книги автора: Дина Ильинична Рубина
Новые истории человеческих судеб от одного из самых популярных современных писателей – Дины Рубиной, рассказанные ей самой.
Тополев переулок давно снесен с лица земли…
Он протекал в районе Мещанских улиц, – булыжная мостовая, дома не выше двух-трех …
Новые истории человеческих судеб от одного из самых популярных современных писателей – Дины Рубиной, рассказанные ей самой.
Тополев переулок давно снесен с лица земли…
Он протекал в районе Мещанских улиц, – булыжная мостовая, дома не выше двух-трех …
Леон Этингер, уникальный контратенор и бывший оперативник израильских спецслужб, которого никак не отпустят на волю, и Айя, глухая бродяжка, вместе отправляются в лихорадочное странствие – то ли побег, то ли преследование – через всю Европу, от Лондо…
Леон Этингер, уникальный контратенор и бывший оперативник израильских спецслужб, которого никак не отпустят на волю, и Айя, глухая бродяжка, вместе отправляются в лихорадочное странствие – то ли побег, то ли преследование – через всю Европу, от Лондо…
В какой то момент я поняла, что эта терраса с платаном Гаргантюа, пиршественный стол, на который под наши протестующие стоны все несли и ставили какие то еще миски и тарелки, приветливо невозмутимый Василис, дающий имена еде, как Всевышний давал имен…
В какой то момент я поняла, что эта терраса с платаном Гаргантюа, пиршественный стол, на который под наши протестующие стоны все несли и ставили какие то еще миски и тарелки, приветливо невозмутимый Василис, дающий имена еде, как Всевышний давал имен…
В центре повествования этой, подчас шокирующей, резкой и болевой книги – Женщина. Героиня, в юности – парашютистка и пилот воздушного шара, пережив личную трагедию, вынуждена заняться совсем иным делом в другой стране, можно сказать, в зазеркалье: он…
В центре повествования этой, подчас шокирующей, резкой и болевой книги – Женщина. Героиня, в юности – парашютистка и пилот воздушного шара, пережив личную трагедию, вынуждена заняться совсем иным делом в другой стране, можно сказать, в зазеркалье: он…
«Когда-то… мы впервые оказались за границей – в Амстердаме. Вышли из здания вокзала и увидели ряд старых домов над каналом – строй забулдыг, отбывающих пятнадцать суток за мелкое хулиганство. Особо старые дома кренились набок, приваливаясь плечом к с…
«Когда-то… мы впервые оказались за границей – в Амстердаме. Вышли из здания вокзала и увидели ряд старых домов над каналом – строй забулдыг, отбывающих пятнадцать суток за мелкое хулиганство. Особо старые дома кренились набок, приваливаясь плечом к с…
«Случилось так, что в начале той осени, в день своего рождения, я проснулась в Риме, в отеле на виа Систина, – как всегда, в пять тридцать утра.
Сначала я неподвижно лежала, следя за тем, как вкрадчиво ползет по высокому потолку стебель солнечного св…
«Случилось так, что в начале той осени, в день своего рождения, я проснулась в Риме, в отеле на виа Систина, – как всегда, в пять тридцать утра.
Сначала я неподвижно лежала, следя за тем, как вкрадчиво ползет по высокому потолку стебель солнечного св…
«Любимая тема в жизни – путешествия. Я готова ехать куда угодно, зачем угодно, на какой угодно срок. Путешествия – то, ради чего стоит жить, писать книги… В жизни ведь ко всему привыкаешь и к жизни самой привыкаешь – она надоедает. Все ситуации повто…
«Любимая тема в жизни – путешествия. Я готова ехать куда угодно, зачем угодно, на какой угодно срок. Путешествия – то, ради чего стоит жить, писать книги… В жизни ведь ко всему привыкаешь и к жизни самой привыкаешь – она надоедает. Все ситуации повто…
«Бывавшие на творческих вечерах Дины Рубиной знают: в своем импровизационном общении с читателями она талантлива не меньше, чем в прозе. Впрочем, и прозу свою Рубина тоже читает превосходно – почти с актерским профессионализмом, но по-авторски умно, …
«Бывавшие на творческих вечерах Дины Рубиной знают: в своем импровизационном общении с читателями она талантлива не меньше, чем в прозе. Впрочем, и прозу свою Рубина тоже читает превосходно – почти с актерским профессионализмом, но по-авторски умно, …
Только в одном чувстве человек велик и беззащитен одновременно. Только одно чувство способно заставить его совершить безумный подвиг или преступление. Только одно чувство он обожествляет, проклинает, зовет и ждет всю жизнь с исступленным упорством. Э…
Только в одном чувстве человек велик и беззащитен одновременно. Только одно чувство способно заставить его совершить безумный подвиг или преступление. Только одно чувство он обожествляет, проклинает, зовет и ждет всю жизнь с исступленным упорством. Э…
Рассказ Дины Рубиной «Фарфоровые затеи» – одно из произведений авторского цикла «Цыганка».
Посвящено памяти Асты Давыдовны Бржезицкой.
Это история скитаний, история повседневности. Простые, но в то же время поразительные человеческие реалистичные сю…
Рассказ Дины Рубиной «Фарфоровые затеи» – одно из произведений авторского цикла «Цыганка».
Посвящено памяти Асты Давыдовны Бржезицкой.
Это история скитаний, история повседневности. Простые, но в то же время поразительные человеческие реалистичные сю…
Рассказ Дины Рубиной «Душегубица» – одно из произведений авторского цикла «Цыганка».
Как это часто бывает, судьба детей в больших еврейских семьях складывается весьма интересно, исходя из жизненных перипетий и характера. Так и у главной героини расс…
Рассказ Дины Рубиной «Душегубица» – одно из произведений авторского цикла «Цыганка».
Как это часто бывает, судьба детей в больших еврейских семьях складывается весьма интересно, исходя из жизненных перипетий и характера. Так и у главной героини расс…
Иерусалим – взгляд изнутри. Смешные и грустные, реальные и невероятные истории о великом городе, в котором автор живет уже «третий десяток лет».
«…А сейчас мне бы хотелось – как в фильме – навести резкость на тот же кадр, наехать камерой в самую гущу…
Иерусалим – взгляд изнутри. Смешные и грустные, реальные и невероятные истории о великом городе, в котором автор живет уже «третий десяток лет».
«…А сейчас мне бы хотелось – как в фильме – навести резкость на тот же кадр, наехать камерой в самую гущу…
Новый рассказ Дины Рубиной «Любовь – штука деликатная». Знакомьтесь – Шерлок!
И все же тоска по собачьему другу взяла свое: однажды, гуляя по нашему району, мы повстречали человека с собакой. Обаяние лохматого пса, его пепельной морды, умнейших глаз …
Новый рассказ Дины Рубиной «Любовь – штука деликатная». Знакомьтесь – Шерлок!
И все же тоска по собачьему другу взяла свое: однажды, гуляя по нашему району, мы повстречали человека с собакой. Обаяние лохматого пса, его пепельной морды, умнейших глаз …
Художник – герой этой книги. Тревожный, мнительный, вздорный, трагичный – личность, как правило, необаятельная… и все же чертовски для людей привлекательная!
То, что у обывателя зовется «творчеством» и подразумевает богемную легкость жизни, безделье,…
Художник – герой этой книги. Тревожный, мнительный, вздорный, трагичный – личность, как правило, необаятельная… и все же чертовски для людей привлекательная!
То, что у обывателя зовется «творчеством» и подразумевает богемную легкость жизни, безделье,…
«Она догадалась за несколько мгновений до того, как Юрик взял в руки протокол рентгеновского исследования. Просто: вдруг поняла. Такое с ней изредка случалось за игрой в преферанс, она внезапно понимала – видела – карты в прикупе…»
«Она догадалась за несколько мгновений до того, как Юрик взял в руки протокол рентгеновского исследования. Просто: вдруг поняла. Такое с ней изредка случалось за игрой в преферанс, она внезапно понимала – видела – карты в прикупе…»
«Когда-нибудь я обязательно опишу его. Раскрою толстую тетрадь в клетку, чуть-чуть отступлю от края и подумаю, с чего бы начать… Да, когда-нибудь я обязательно опишу его. И, безусловно, начну с глаз…»
«Когда-нибудь я обязательно опишу его. Раскрою толстую тетрадь в клетку, чуть-чуть отступлю от края и подумаю, с чего бы начать… Да, когда-нибудь я обязательно опишу его. И, безусловно, начну с глаз…»
Эти странные картинки «за жизнь», торопливые картинки из записной книжки, которые – считала я – и права быть опубликованными не имеют, возникли так давно, что, называя год и обстоятельства, я обязана кое что обстоятельно пояснить.
Что касается свобо…
Эти странные картинки «за жизнь», торопливые картинки из записной книжки, которые – считала я – и права быть опубликованными не имеют, возникли так давно, что, называя год и обстоятельства, я обязана кое что обстоятельно пояснить.
Что касается свобо…
…Любое путешествие таит неожиданную встречу с соотечественниками, которых разметало по всему свету, за душой у которых обязательно есть новелла о жизни, о перенесенных трудностях, о победе над судьбой или о поражении. А иногда… иногда ты встречаешь н…
…Любое путешествие таит неожиданную встречу с соотечественниками, которых разметало по всему свету, за душой у которых обязательно есть новелла о жизни, о перенесенных трудностях, о победе над судьбой или о поражении. А иногда… иногда ты встречаешь н…
Дина Рубина дебютировала как прозаик в журнале «Юность» в 1970 году. Впоследствии ее повести и рассказы публиковались в журналах «Огонек», «Новый мир», «Континент», в российских и западных литературных альманахах. Сборники ее повестей и рассказов пер…
Дина Рубина дебютировала как прозаик в журнале «Юность» в 1970 году. Впоследствии ее повести и рассказы публиковались в журналах «Огонек», «Новый мир», «Континент», в российских и западных литературных альманахах. Сборники ее повестей и рассказов пер…





















