Владимир Александрович Сединкин
Книги автора: Владимир Александрович Сединкин
xix век, сестра-милосердия, русско-турецкая война, башибузуки и история рассказанная за чашкой кофе.
В книге использованы музыкальные вставки:
композиция: Feuillet d'album
исполнитель: Markus Staab
лицензия: CC BY 3.0.
xix век, сестра-милосердия, русско-турецкая война, башибузуки и история рассказанная за чашкой кофе.
В книге использованы музыкальные вставки:
композиция: Feuillet d'album
исполнитель: Markus Staab
лицензия: CC BY 3.0.
Империя, корабль несущийся сквозь космос, сладкая парочка, абордаж и фотография.
Империя, корабль несущийся сквозь космос, сладкая парочка, абордаж и фотография.
Империя, заслуженный военный пенсионер, сосна, когда смерть стучится в окно, буду физруком и поручик исполняет
Империя, заслуженный военный пенсионер, сосна, когда смерть стучится в окно, буду физруком и поручик исполняет
30-е годы XX века, но совсем другая Россия, оперативник, Романовы, перестрелка в вагоне и поцелуй.
30-е годы XX века, но совсем другая Россия, оперативник, Романовы, перестрелка в вагоне и поцелуй.
Когда зло выступает на стороне добра, захватчики из космоса рано празднуют победу, триумфальная речь которая не будет произнесена, ведьмы. магия и слабые-слабые мозги.
Когда зло выступает на стороне добра, захватчики из космоса рано празднуют победу, триумфальная речь которая не будет произнесена, ведьмы. магия и слабые-слабые мозги.
Лучший огнемётчик, тайны немецкого дота, кортик, пистолет ТТ, монстр из кошмаров и песня.
Лучший огнемётчик, тайны немецкого дота, кортик, пистолет ТТ, монстр из кошмаров и песня.
Начало XX века. Другая Россия. Бывший офицер, женщина в окне, любовь на кончике дула снайперской винтовки.
Начало XX века. Другая Россия. Бывший офицер, женщина в окне, любовь на кончике дула снайперской винтовки.
1944 год, маскарад, снова Женька Легкоступов, Берия, страшная бомба, новое невыполнимое задание, детская книжка, красный галстук... и обещание.
1944 год, маскарад, снова Женька Легкоступов, Берия, страшная бомба, новое невыполнимое задание, детская книжка, красный галстук... и обещание.
1944 год, маскарад, снова Женька Легкоступов, Берия, страшная бомба, новое невыполнимое задание, детская книжка, красный галстук... и обещание.
1944 год, маскарад, снова Женька Легкоступов, Берия, страшная бомба, новое невыполнимое задание, детская книжка, красный галстук... и обещание.
Будущее, Империя, Октябрь, Пограничная стража, настоящие офицеры, оборотни в погонах, замарать руки, братское плечо и браслет чтобы никого не бояться
Будущее, Империя, Октябрь, Пограничная стража, настоящие офицеры, оборотни в погонах, замарать руки, братское плечо и браслет чтобы никого не бояться
Афганистан, ноябрь 1987 года, рассказ младшего лейтенанта, странный капитан, операция спецназа, в кольце врагов, монстры в ночи, гули и Кукушка
Афганистан, ноябрь 1987 года, рассказ младшего лейтенанта, странный капитан, операция спецназа, в кольце врагов, монстры в ночи, гули и Кукушка
Постапокалипсис. «Новый мир» который убивает. Крепость «Застава», новые беженцы, мы обязательно должны остаться здесь, монстры, и нет ничего лучше старого доброго напалма.
Постапокалипсис. «Новый мир» который убивает. Крепость «Застава», новые беженцы, мы обязательно должны остаться здесь, монстры, и нет ничего лучше старого доброго напалма.
Я умерла, чтобы вернуть самого близкого для меня человека, я либо спасу его, либо останусь там вместе с ним... третьего не надо.
Я умерла, чтобы вернуть самого близкого для меня человека, я либо спасу его, либо останусь там вместе с ним... третьего не надо.
Техас. 50-е годы XX века. Другая Америка. Я русская, мой брат-американец разводящий трицератопсов на ферме погиб при странных обстоятельствах...
Техас. 50-е годы XX века. Другая Америка. Я русская, мой брат-американец разводящий трицератопсов на ферме погиб при странных обстоятельствах...
Двадцатые годы XX века, консервная фабрика, трогательная мечта ветерана Первой мировой войны, романтика, месть и дорожка из жёлтого кирпича.
Двадцатые годы XX века, консервная фабрика, трогательная мечта ветерана Первой мировой войны, романтика, месть и дорожка из жёлтого кирпича.
Двадцатые годы XX века, консервная фабрика, трогательная мечта ветерана Первой мировой войны, романтика, месть и дорожка из жёлтого кирпича.
Двадцатые годы XX века, консервная фабрика, трогательная мечта ветерана Первой мировой войны, романтика, месть и дорожка из жёлтого кирпича.
Далёкое будущее, Империя, двое это отряд, синекожий шаман, космические десантники и много-много зубастых тварей, которых срочно необходимо уничтожить…
Далёкое будущее, Империя, двое это отряд, синекожий шаман, космические десантники и много-много зубастых тварей, которых срочно необходимо уничтожить…
Будущее. Русский космос. Наш снайпер на чужой планете, охота на противника, один в поле воин, и я чёрт знает где... и мне это нравится...
Будущее. Русский космос. Наш снайпер на чужой планете, охота на противника, один в поле воин, и я чёрт знает где... и мне это нравится...
США. 40-е годы XX века. Марго всегда спокойна, русские сёстры, плохие люди, мы победим и проклятый рубин.
США. 40-е годы XX века. Марго всегда спокойна, русские сёстры, плохие люди, мы победим и проклятый рубин.
Таверна. Вечер. Воины, гномы, эльфы, люди пьют пиво и рассказывают друг другу истории. Замечательные истории. Одна из них... в общем когда правда чудеснее вымысла
Таверна. Вечер. Воины, гномы, эльфы, люди пьют пиво и рассказывают друг другу истории. Замечательные истории. Одна из них... в общем когда правда чудеснее вымысла





















