Фонд А.
Книги автора: Фонд А.
Серега Епиходов продолжает погружаться во все, что ему навалили коллеги, Брыжжак, соседи и авторы. Но барахтается и не сдается, раз судьба дала шанс на новую жизнь! И хоть количество вызовов и проблем не уменьшается, опыт и таинственная Система помог…
Серега Епиходов продолжает погружаться во все, что ему навалили коллеги, Брыжжак, соседи и авторы. Но барахтается и не сдается, раз судьба дала шанс на новую жизнь! И хоть количество вызовов и проблем не уменьшается, опыт и таинственная Система помог…
Бывает, что человек лег спать никому не известным, а наутро проснулся знаменитым. А если наоборот?
Известный пожилой врач-академик умирает на операционном столе, чтобы воскреснуть в теле молодого спившегося хирурга-неудачника. С тем же именем. С трем…
Бывает, что человек лег спать никому не известным, а наутро проснулся знаменитым. А если наоборот?
Известный пожилой врач-академик умирает на операционном столе, чтобы воскреснуть в теле молодого спившегося хирурга-неудачника. С тем же именем. С трем…
Так может ли кухарка управлять государством? А простая продавщица из «Пятёрочки» вернуть СССР после его развала? Ой, не факт. Но если за дело взялась баба Люба, то предугадать, чем всё закончится, сложно.История о самой обычной пенсионерке, которая ж…
Так может ли кухарка управлять государством? А простая продавщица из «Пятёрочки» вернуть СССР после его развала? Ой, не факт. Но если за дело взялась баба Люба, то предугадать, чем всё закончится, сложно.История о самой обычной пенсионерке, которая ж…
Наш современник попадает в воспитанника трудовой школы при рабфаке Генку Капустина. А на дворе 1927 год, СССР, НЭП, агитбригады культстроителей коммунизма ведут беспощадную идеологическую войну против суеверий, религиозных предрассудков у крестьян, и…
Наш современник попадает в воспитанника трудовой школы при рабфаке Генку Капустина. А на дворе 1927 год, СССР, НЭП, агитбригады культстроителей коммунизма ведут беспощадную идеологическую войну против суеверий, религиозных предрассудков у крестьян, и…
Что будет, если простую пенсионерку, которая спокойно себе подрабатывает в «Пятёрочке» и никого не трогает, перенести в 1992 год? А если перед нею вдобавок ещё и поставить жёсткое условие? Не знаю, как другие, но баба Люба, если разозлится, то покаже…
Что будет, если простую пенсионерку, которая спокойно себе подрабатывает в «Пятёрочке» и никого не трогает, перенести в 1992 год? А если перед нею вдобавок ещё и поставить жёсткое условие? Не знаю, как другие, но баба Люба, если разозлится, то покаже…
Жизнь попаданца, а нынче воспитанника трудовой школы при рабфаке, спокойной не назовёшь. Ведь на дворе 1927 год, СССР, НЭП, агитбригады культстроителей коммунизма ведут беспощадную идеологическую войну против мракобесия и религиозных предрассудков. Н…
Жизнь попаданца, а нынче воспитанника трудовой школы при рабфаке, спокойной не назовёшь. Ведь на дворе 1927 год, СССР, НЭП, агитбригады культстроителей коммунизма ведут беспощадную идеологическую войну против мракобесия и религиозных предрассудков. Н…
1927 год, СССР, НЭП, агитбригады культстроителей коммунизма ведут беспощадную идеологическую войну против мракобесия и религиозных предрассудков.
1927 год, СССР, НЭП, агитбригады культстроителей коммунизма ведут беспощадную идеологическую войну против мракобесия и религиозных предрассудков.
Приключения обычной пенсионерки, которая вдруг попала в 1992 год, продолжаются. Баба Люба всё так же идёт к своей цели, стараясь поудобнее пристроиться в новом мире. Теперь уже легче: есть семья, друзья, соратники. Да и в делах сердечных кое-что наме…
Приключения обычной пенсионерки, которая вдруг попала в 1992 год, продолжаются. Баба Люба всё так же идёт к своей цели, стараясь поудобнее пристроиться в новом мире. Теперь уже легче: есть семья, друзья, соратники. Да и в делах сердечных кое-что наме…
1927 год, СССР, НЭП, агитбригады культстроителей коммунизма ведут беспощадную идеологическую войну против мракобесия и религиозных предрассудков.
1927 год, СССР, НЭП, агитбригады культстроителей коммунизма ведут беспощадную идеологическую войну против мракобесия и религиозных предрассудков.
Как хорошо быть молодым, когда вся жизнь впереди!
И вроде уже всё налаживается: быт, работа, отношения с родственниками и соседями.
Но пытаться отобрать у Мули его советско-югославский проект – не самая удачная идея.
Как хорошо быть молодым, когда вся жизнь впереди!
И вроде уже всё налаживается: быт, работа, отношения с родственниками и соседями.
Но пытаться отобрать у Мули его советско-югославский проект – не самая удачная идея.
Муля Бубнов продолжает менять мир. И теперь перед ним новые вызовы – пора создавать свою команду. Да и Злой Фуфе надо помочь. А тут ещё вдруг маменька вознамерилась сына женить.
Муля Бубнов продолжает менять мир. И теперь перед ним новые вызовы – пора создавать свою команду. Да и Злой Фуфе надо помочь. А тут ещё вдруг маменька вознамерилась сына женить.
Топ-менеджер из нашего времени попадает в тело конторской служащей в 1980-м году!
Попаданка во времена брежневского застоя, где женщина не только хранительница очага, но и активный строитель коммунизма. Директор по управлению персоналом крупной корп…
Топ-менеджер из нашего времени попадает в тело конторской служащей в 1980-м году!
Попаданка во времена брежневского застоя, где женщина не только хранительница очага, но и активный строитель коммунизма. Директор по управлению персоналом крупной корп…
Топ-менеджер из нашего времени попадает в тело конторской служащей в 1980-м году!
Приключения попаданки продолжаются – на носу Олимпиада!
Попаданка во времена брежневского застоя месяц спустя. Лидия Горшкова адаптировалась к производственной жизни де…
Топ-менеджер из нашего времени попадает в тело конторской служащей в 1980-м году!
Приключения попаданки продолжаются – на носу Олимпиада!
Попаданка во времена брежневского застоя месяц спустя. Лидия Горшкова адаптировалась к производственной жизни де…
Что будет, если простую пенсионерку, которая спокойно себе подрабатывает в «Пятёрочке» и никого не трогает, перенести в 1992 год? А если перед нею вдобавок ещё и поставить жёсткое условие? Не знаю, как другие, но баба Люба, если разозлится, то покаже…
Что будет, если простую пенсионерку, которая спокойно себе подрабатывает в «Пятёрочке» и никого не трогает, перенести в 1992 год? А если перед нею вдобавок ещё и поставить жёсткое условие? Не знаю, как другие, но баба Люба, если разозлится, то покаже…















