Елена Рахманина
Книги автора: Елена Рахманина
– Кто вы и что я здесь делаю? – спрашиваю, вытирая дрожащими пальцами слёзы со щек.Мужчина впивается в меня взглядом. Орлиным. Острым. Презрительным. Так смотрят на добычу, за которой гонятся. Так же он смотрел на меня и этой ночью. Если только это б…
– Кто вы и что я здесь делаю? – спрашиваю, вытирая дрожащими пальцами слёзы со щек.Мужчина впивается в меня взглядом. Орлиным. Острым. Презрительным. Так смотрят на добычу, за которой гонятся. Так же он смотрел на меня и этой ночью. Если только это б…
Ульяна – девочка из образцово-показательной семьи, и всем окружающим кажется, что её холят, лелеют и любят. Богдан – переступил закон, испачкав руки кровью, чтобы заплатить по чужим долгам.
Но мало кто знает, что она заложница в собственной семье без…
Ульяна – девочка из образцово-показательной семьи, и всем окружающим кажется, что её холят, лелеют и любят. Богдан – переступил закон, испачкав руки кровью, чтобы заплатить по чужим долгам.
Но мало кто знает, что она заложница в собственной семье без…
– Ты же понимаешь, что ему от тебя нужно, – вкрадчиво начала вдова моего отца.– И что же? – защищаясь, выпускаю шипы.Дядя. Мой самый близкий человек. Тот, кому я доверяла. Единственный, кому я доверяла.– Верочка, – продолжает тем же тоном, – как толь…
– Ты же понимаешь, что ему от тебя нужно, – вкрадчиво начала вдова моего отца.– И что же? – защищаясь, выпускаю шипы.Дядя. Мой самый близкий человек. Тот, кому я доверяла. Единственный, кому я доверяла.– Верочка, – продолжает тем же тоном, – как толь…
– Я ведь уже сказал тебе, что это был порыв! Ошибка! Я всё равно люблю тебя, даже несмотря на то, что ты не можешь родить мне!Вжимаюсь спиной в диван, испытывая горькую смесь боли и разочарования.– Думаешь, мне легко? – голос ломается и переходит на …
– Я ведь уже сказал тебе, что это был порыв! Ошибка! Я всё равно люблю тебя, даже несмотря на то, что ты не можешь родить мне!Вжимаюсь спиной в диван, испытывая горькую смесь боли и разочарования.– Думаешь, мне легко? – голос ломается и переходит на …
– За то, что скрыла от меня ребёнка, ты будешь наказана, – бывший муж так больно сжимает мою руку, что я едва могу дышать.– Прекрати, Матвей. Да, я совершила ошибку. Но ты сможешь видеться с сыном, – проглатываю боль, мечтая лишь о том моменте, когда…
– За то, что скрыла от меня ребёнка, ты будешь наказана, – бывший муж так больно сжимает мою руку, что я едва могу дышать.– Прекрати, Матвей. Да, я совершила ошибку. Но ты сможешь видеться с сыном, – проглатываю боль, мечтая лишь о том моменте, когда…
– Георгий Александрович, – дрожащим от волнения голосом протягиваю имя своего шефа, – дело в том, что я беременна. От вас.Стрелец смотрит на меня холодным серым взглядом, от которого почему-то кровь стынет в жилах.– Это шутка какая-то? – раздаётся не…
– Георгий Александрович, – дрожащим от волнения голосом протягиваю имя своего шефа, – дело в том, что я беременна. От вас.Стрелец смотрит на меня холодным серым взглядом, от которого почему-то кровь стынет в жилах.– Это шутка какая-то? – раздаётся не…
– Отец рассказал, что в случае развода тебе ничего не перепадет, так ради чего этот брак?
– Я получила нечто гораздо более ценное, выйдя замуж за твоего отца. Проводит острым ноготком по моей щеке, приподнимаясь на цыпочках, почти выдыхая ответ мне в…
– Отец рассказал, что в случае развода тебе ничего не перепадет, так ради чего этот брак?
– Я получила нечто гораздо более ценное, выйдя замуж за твоего отца. Проводит острым ноготком по моей щеке, приподнимаясь на цыпочках, почти выдыхая ответ мне в…
– Ты точно уверена, что этот ребёнок от Антона, а не от кого-то другого? – спросил меня Ярослав Воронцов, старший брат моего погибшего парня.Я смотрела в его холодные, как айсберг, глаза и ощущала, как его слова убивают меня не меньше, чем известие о…
– Ты точно уверена, что этот ребёнок от Антона, а не от кого-то другого? – спросил меня Ярослав Воронцов, старший брат моего погибшего парня.Я смотрела в его холодные, как айсберг, глаза и ощущала, как его слова убивают меня не меньше, чем известие о…
Незнакомец, впившись пальцами в предплечье, удерживает меня на ногах.
– Отпусти её. Вздрагиваю от до боли знакомого голоса.
Пальцы тут же разжимаются, и я падаю на колени, измотанная страхом и ожиданием.
Мой палач изучает меня, словно давно не видел.…
Незнакомец, впившись пальцами в предплечье, удерживает меня на ногах.
– Отпусти её. Вздрагиваю от до боли знакомого голоса.
Пальцы тут же разжимаются, и я падаю на колени, измотанная страхом и ожиданием.
Мой палач изучает меня, словно давно не видел.…
Ульяна – девочка из образцово-показательной семьи, и всем окружающим кажется, что её холят, лелеют и любят. Богдан – переступил закон, испачкав руки кровью, чтобы заплатить по чужим долгам.
Но мало кто знает, что она заложница в собственной семье без…
Ульяна – девочка из образцово-показательной семьи, и всем окружающим кажется, что её холят, лелеют и любят. Богдан – переступил закон, испачкав руки кровью, чтобы заплатить по чужим долгам.
Но мало кто знает, что она заложница в собственной семье без…
– Я ведь уже сказал тебе, что это был порыв! Ошибка! Я всё равно люблю тебя, даже несмотря на то, что ты не можешь родить мне!
Вжимаюсь спиной в диван, испытывая горькую смесь боли и разочарования.
– Думаешь, мне легко? – голос ломается и переходит н…
– Я ведь уже сказал тебе, что это был порыв! Ошибка! Я всё равно люблю тебя, даже несмотря на то, что ты не можешь родить мне!
Вжимаюсь спиной в диван, испытывая горькую смесь боли и разочарования.
– Думаешь, мне легко? – голос ломается и переходит н…
Увидел Софию впервые, когда ей было девятнадцать; она сидела на коленях у моего кореша, покачивая тонкой ножкой в капроновом чулке, край которого виднелся под короткой юбочкой, и смотрела на меня так, будто во всей комнате, кроме нас, не было никого.…
Увидел Софию впервые, когда ей было девятнадцать; она сидела на коленях у моего кореша, покачивая тонкой ножкой в капроновом чулке, край которого виднелся под короткой юбочкой, и смотрела на меня так, будто во всей комнате, кроме нас, не было никого.…
– Слушай, если ты беременна от меня, я хочу знать, как ты это сделала. Я ведь предохранялся. Я всегда предохраняюсь. А ты, – он смерил меня медленным взглядом с явным пренебрежением и чувством собственного превосходства, – наверняка уже потеряла наде…
– Слушай, если ты беременна от меня, я хочу знать, как ты это сделала. Я ведь предохранялся. Я всегда предохраняюсь. А ты, – он смерил меня медленным взглядом с явным пренебрежением и чувством собственного превосходства, – наверняка уже потеряла наде…
– Марат, мы разводимся. Я не смогу тебя простить. Впрочем, ты не просил извинений. Но я так не могу, – выдаю на одном дыхании.
И надо было бы бросить трубку. Но я не решаюсь. Почему-то хочу услышать, что он мне ответит.
– Можешь даже не мечтать, Вика…
– Марат, мы разводимся. Я не смогу тебя простить. Впрочем, ты не просил извинений. Но я так не могу, – выдаю на одном дыхании.
И надо было бы бросить трубку. Но я не решаюсь. Почему-то хочу услышать, что он мне ответит.
– Можешь даже не мечтать, Вика…
– Взамен на информацию мне требуется от тебя одна услуга, – очень мягко, вкрадчиво доносит до меня мысль мужчина. Хмурюсь. Я готова была многое отдать, только бы знать имя убийцы отца.
– Какая? – тихо спрашиваю.
– Ты должна устроиться в дом к хозяину…
– Взамен на информацию мне требуется от тебя одна услуга, – очень мягко, вкрадчиво доносит до меня мысль мужчина. Хмурюсь. Я готова была многое отдать, только бы знать имя убийцы отца.
– Какая? – тихо спрашиваю.
– Ты должна устроиться в дом к хозяину…
– Георгий Александрович, – дрожащим от волнения голосом протягиваю имя своего шефа, – дело в том, что я беременна. От вас.
Стрелец смотрит на меня холодным серым взглядом, от которого почему-то кровь стынет в жилах.
– Это шутка какая-то? – раздаётся …
– Георгий Александрович, – дрожащим от волнения голосом протягиваю имя своего шефа, – дело в том, что я беременна. От вас.
Стрелец смотрит на меня холодным серым взглядом, от которого почему-то кровь стынет в жилах.
– Это шутка какая-то? – раздаётся …
– Ты точно уверена, что этот ребёнок от Антона, а не от кого-то другого? – спросил меня Ярослав Воронцов, старший брат моего погибшего парня.
Я смотрела в его холодные, как айсберг, глаза и ощущала, как его слова убивают меня не меньше, чем известие …
– Ты точно уверена, что этот ребёнок от Антона, а не от кого-то другого? – спросил меня Ярослав Воронцов, старший брат моего погибшего парня.
Я смотрела в его холодные, как айсберг, глаза и ощущала, как его слова убивают меня не меньше, чем известие …
Когда-то она ненавидела его всей душой, а потом полюбила с той же силой. Когда-то он любил её больше всего на свете, чтобы возненавидеть, как никого и никогда. Теперь, спустя десять лет, судьба вновь их сводит.
Он хочет лишь причинять ей боль и наблю…
Когда-то она ненавидела его всей душой, а потом полюбила с той же силой. Когда-то он любил её больше всего на свете, чтобы возненавидеть, как никого и никогда. Теперь, спустя десять лет, судьба вновь их сводит.
Он хочет лишь причинять ей боль и наблю…
Один неверный поступок мог поставить крест на спортивной карьере перспективной гимнастки Алены Комар в тот злополучный день, когда она попала под машину богатого мальчика, не знавшего ни в чём отказа.
Он олицетворение всего, что она ненавидит: богаты…
Один неверный поступок мог поставить крест на спортивной карьере перспективной гимнастки Алены Комар в тот злополучный день, когда она попала под машину богатого мальчика, не знавшего ни в чём отказа.
Он олицетворение всего, что она ненавидит: богаты…
Один неверный поступок мог поставить крест на спортивной карьере перспективной гимнастки Алены Комар в тот злополучный день, когда она попала под машину богатого мальчика, не знавшего ни в чём отказа.
Он олицетворение всего, что она ненавидит: богаты…
Один неверный поступок мог поставить крест на спортивной карьере перспективной гимнастки Алены Комар в тот злополучный день, когда она попала под машину богатого мальчика, не знавшего ни в чём отказа.
Он олицетворение всего, что она ненавидит: богаты…























