Владислав Петрович Крапивин
Книги автора: Владислав Петрович Крапивин
Сколько ярких эмоций может быть связано с самой обыкновенной чернильницей-непроливашкой! Этот предмет заставляет автора вспомнить о старом графе Андрее Гаврилыче Трубчинском, о своем детстве и о многом другом…
Сколько ярких эмоций может быть связано с самой обыкновенной чернильницей-непроливашкой! Этот предмет заставляет автора вспомнить о старом графе Андрее Гаврилыче Трубчинском, о своем детстве и о многом другом…
Эта повесть из знаменитого цикла «В глубине Великого Кристалла» – история преданной дружбы Стасика, которого за мечту стать моряком прозвали Матросом Вильсоном, и Белого шарика, маленькой звезды, которая научилась превращаться в мальчика. Верные друз…
Эта повесть из знаменитого цикла «В глубине Великого Кристалла» – история преданной дружбы Стасика, которого за мечту стать моряком прозвали Матросом Вильсоном, и Белого шарика, маленькой звезды, которая научилась превращаться в мальчика. Верные друз…
Альке семь и он всего на три года младше своего родного города. Но жизнь этого мальчишки полна увлекательных событий. И вместе со своими друзьями ему предстоит пережить немало замечательных приключений…
Альке семь и он всего на три года младше своего родного города. Но жизнь этого мальчишки полна увлекательных событий. И вместе со своими друзьями ему предстоит пережить немало замечательных приключений…
Одно из лучших произведений В.П.Крапивина, рассказывающее о сложной, но увлекательной жизни мальчика Дани по прозвищу Кинтель. В нем через судьбу обыкновенного подростка отображается вся сложность современной жизни. Когда читаешь эту историю, начинае…
Одно из лучших произведений В.П.Крапивина, рассказывающее о сложной, но увлекательной жизни мальчика Дани по прозвищу Кинтель. В нем через судьбу обыкновенного подростка отображается вся сложность современной жизни. Когда читаешь эту историю, начинае…
Одно из лучших произведений В.П.Крапивина, рассказывающее о сложной, но увлекательной жизни мальчика Дани по прозвищу Кинтель. В нем через судьбу обыкновенного подростка отображается вся сложность современной жизни. Когда читаешь эту историю, начинае…
Одно из лучших произведений В.П.Крапивина, рассказывающее о сложной, но увлекательной жизни мальчика Дани по прозвищу Кинтель. В нем через судьбу обыкновенного подростка отображается вся сложность современной жизни. Когда читаешь эту историю, начинае…
«– Всё, – сказал Валерий, отстегивая крепление сломанной лыжи. Он поискал глазами какой-нибудь пенек и, не найдя, сел прямо в снег. – Приехали…
– Так и будем сидеть? – спросил Лешка.
– Помалкивай уж! – взорвалась Галя. – Сам ведь потащил нас сюда! Вс…
«– Всё, – сказал Валерий, отстегивая крепление сломанной лыжи. Он поискал глазами какой-нибудь пенек и, не найдя, сел прямо в снег. – Приехали…
– Так и будем сидеть? – спросил Лешка.
– Помалкивай уж! – взорвалась Галя. – Сам ведь потащил нас сюда! Вс…
«– Дальше так не может продолжаться, – грозно сказала Инна Павловна и стукнула указкой по классному журналу. Указка щёлкнула, словно хлыст дрессировщика. – Казаков, встань, когда о тебе говорят! Я обращаюсь к нашему классному активу: до каких пор мы …
«– Дальше так не может продолжаться, – грозно сказала Инна Павловна и стукнула указкой по классному журналу. Указка щёлкнула, словно хлыст дрессировщика. – Казаков, встань, когда о тебе говорят! Я обращаюсь к нашему классному активу: до каких пор мы …
«Жил-был Мальчик. Очень обыкновенный. Светлоглазый и чуть веснушчатый. Он жил в новом городе, в новом доме и ходил в новую школу.
В комнате Мальчика на стене висела синяя Карта Всех Морей и Океанов. А на письменном столике, рядом с пластмассовым стак…
«Жил-был Мальчик. Очень обыкновенный. Светлоглазый и чуть веснушчатый. Он жил в новом городе, в новом доме и ходил в новую школу.
В комнате Мальчика на стене висела синяя Карта Всех Морей и Океанов. А на письменном столике, рядом с пластмассовым стак…
«Густели темно-синие сумерки. Луна, похожая на щит из красной меди, поднималась над заросшим прудом. На другом берегу, касаясь черными кронами редких зеленых звезд, стояли одинокие сосны, а за ними светились окна заводского поселка. На листьях кустар…
«Густели темно-синие сумерки. Луна, похожая на щит из красной меди, поднималась над заросшим прудом. На другом берегу, касаясь черными кронами редких зеленых звезд, стояли одинокие сосны, а за ними светились окна заводского поселка. На листьях кустар…
В первую книгу трехтомника «Паруса „Эспады“ вошел роман-трилогия „Мальчик со шпагой“ – произведение, еще в семидесятых годах, сразу после выхода в свет, получившее статус культового. По образу и подобию пионерского отряда „Эспада“, изображенного в ро…
В первую книгу трехтомника «Паруса „Эспады“ вошел роман-трилогия „Мальчик со шпагой“ – произведение, еще в семидесятых годах, сразу после выхода в свет, получившее статус культового. По образу и подобию пионерского отряда „Эспада“, изображенного в ро…
Чудеса происходят сплошь и рядом, с самыми обыкновенными мальчишками и девчонками. Если, конечно, они этого захотят, и фраза: `Я больше не буду` – окажется не обычными словами провинившегося мальчишки, а названием парусника, которым когда-то командов…
Чудеса происходят сплошь и рядом, с самыми обыкновенными мальчишками и девчонками. Если, конечно, они этого захотят, и фраза: `Я больше не буду` – окажется не обычными словами провинившегося мальчишки, а названием парусника, которым когда-то командов…
«В Минске поезд стоял сорок минут. Мой сосед по купе – высокий, седоватый подполковник медицины – предложил пройтись по привокзальной улице. Мы прошли два квартала и, оказавшись в небольшом сквере, сели на скамейку.
Был пасмурный октябрьский день…»
«В Минске поезд стоял сорок минут. Мой сосед по купе – высокий, седоватый подполковник медицины – предложил пройтись по привокзальной улице. Мы прошли два квартала и, оказавшись в небольшом сквере, сели на скамейку.
Был пасмурный октябрьский день…»
«Никто, кроме Лёньки, не называл его морским волком. Был он высок, сутуловат, носил длинный вязаный жилет и курил не короткую трубку-носогрейку, а обычные сигареты «Прима». Только выцветшая чёрная фуражка с якорем говорила о капитанском звании…»
«Никто, кроме Лёньки, не называл его морским волком. Был он высок, сутуловат, носил длинный вязаный жилет и курил не короткую трубку-носогрейку, а обычные сигареты «Прима». Только выцветшая чёрная фуражка с якорем говорила о капитанском звании…»
Новый роман классика детской литературы – Владислава Крапивина. Время детства и юности, простор больших рек, друзья, первое знакомство с городом на Неве, стихи запрещенных в ту давнюю пору (более чем полвека назад!) поэтов… Это осталось в памяти авто…
Новый роман классика детской литературы – Владислава Крапивина. Время детства и юности, простор больших рек, друзья, первое знакомство с городом на Неве, стихи запрещенных в ту давнюю пору (более чем полвека назад!) поэтов… Это осталось в памяти авто…
Фантастическая повесть из цикла «В глубине Великого Кристалла», герои которого попадают в новые приключения.
Научно-исследовательская группа «Кристалл-2», в которой работает отец Витьки Мохова, бьется над проблемой перехода из одного пространства Все…
Фантастическая повесть из цикла «В глубине Великого Кристалла», герои которого попадают в новые приключения.
Научно-исследовательская группа «Кристалл-2», в которой работает отец Витьки Мохова, бьется над проблемой перехода из одного пространства Все…
Увлекательные мемуары знаменитого писателя и публициста Владислава Крапивина. Читая их, погружаешься в удивительный мир этого умудренного жизненным опытом человека, которому удалось остаться немного романтиком…
Увлекательные мемуары знаменитого писателя и публициста Владислава Крапивина. Читая их, погружаешься в удивительный мир этого умудренного жизненным опытом человека, которому удалось остаться немного романтиком…
«Ревёт ветер… Юрка, лёжа на диване, видит в окно деревянный забор и приколоченный к доскам самодельный флюгерок. Забор вздрагивает под напором ветра. Захлёбываясь в стремительном потоке воздуха, отчаянно вращается на флюгере вертушка. Стрелка флюгера…
«Ревёт ветер… Юрка, лёжа на диване, видит в окно деревянный забор и приколоченный к доскам самодельный флюгерок. Забор вздрагивает под напором ветра. Захлёбываясь в стремительном потоке воздуха, отчаянно вращается на флюгере вертушка. Стрелка флюгера…
В первую книгу трехтомника «Паруса „Эспады“ вошел роман-трилогия „Мальчик со шпагой“ – произведение, еще в семидесятых годах, сразу после выхода в свет, получившее статус культового. По образу и подобию пионерского отряда „Эспада“, изображенного в ро…
В первую книгу трехтомника «Паруса „Эспады“ вошел роман-трилогия „Мальчик со шпагой“ – произведение, еще в семидесятых годах, сразу после выхода в свет, получившее статус культового. По образу и подобию пионерского отряда „Эспада“, изображенного в ро…
Этот сборник объединяет в себе произведения, созданные автором на протяжении нескольких десятилетий. В него вошли художественные и документальные повести-воспоминания, в которых переплелись эпизоды послевоенного детства автора и события взрослой жизн…
Этот сборник объединяет в себе произведения, созданные автором на протяжении нескольких десятилетий. В него вошли художественные и документальные повести-воспоминания, в которых переплелись эпизоды послевоенного детства автора и события взрослой жизн…
«В Минске поезд стоял сорок минут. Мой сосед по купе – высокий, седоватый подполковник медицины – предложил пройтись по привокзальной улице. Мы прошли два квартала и, оказавшись в небольшом сквере, сели на скамейку.
Был пасмурный октябрьский день…»
«В Минске поезд стоял сорок минут. Мой сосед по купе – высокий, седоватый подполковник медицины – предложил пройтись по привокзальной улице. Мы прошли два квартала и, оказавшись в небольшом сквере, сели на скамейку.
Был пасмурный октябрьский день…»