Оптимисты

– Ты хочешь развестись? – Да, – просто ответила Маша. – Как же в болезни и здравии, любовь моя? Мы давали клятвы. – Не давали мы таких клятв, Ярик. Та тетка в ЗАГСе что-то болтала о любви и уважении. У меня с этим все в порядке. Я хорошо к тебе отношусь. Это жизнь тебя побила, а не я. Я кивал. Говорить больше не хотелось. Видеть Машу тоже. Зато она явно не закончила. – Помнишь, как мы шутили, что если ты умрешь, мне лучше выйти замуж за Володю? Забавно обернулось… Она то ли икнула, то ли хихикнула. Я не нашел в словах когда-то родной женщины ни капли забавного. – Только я еще жив, Маша, – напомнил я мрачно. Я помог девушке со скорой справиться с буйным больным, но сам сильно пострадал. Я очнулся в больнице. Приговор врача изменил мою жизнь. Теперь у меня нет жены, работы, даже дочь не берет трубу. Только та самая медичка бесконечно повторяет: «Все будет хорошо, Ярослав».