Джутовая веревка свернулась на дне сумки кольчатой змеей. Хью выудил ее, содрал этикетку, и в руках оказался тонкий,невесомый шнур — слишком длинный для того, что предстояло сделать. Вокруг стихали птицы, а небо — пронзительно-синее, неестественное для этого времени суток — слепило глаза. Любуясь проясненным, словно назло, небом, он терял время. Он долго взвешивал это решение, вымучивал его бессонными ночами, и теперь время вышло. Наступило «сейчас». «Веревка в руке: когда ее следует применить? "Когда?" И чем дольше он выжидал, тем, больше веревка походила на пуповину, связывающую его с грехом. Отчаявшиеся не колеблются. Пора уходить! Последние минуты перед точкой невозврата, в голове всплывали лица близких. Ни Келли, ни Лэнс не поняли бы его, не разделили бы нервозность последних лет. Пора свести счеты. Он наделал много ошибок, но совершаемая сейчас — невосполнимая. Чтобы действовать, придется распрощаться с душой, и слава богу с этими проклятыми ботинками на 4 размера больше.
