После выбора. Роман в рассказах

Шрам между большим и указательным пальцами остался у Саши бледной полосой, которая белела, когда он сжимал кулак, и наливалась розовым от горячей воды. Елена помогала ему разрабатывать кисть, и эта близость с ним была совсем не той, что в лесу, с Игорем: там она была желанной женщиной, здесь — необходимой. Саша смотрел на неё с любовью и благодарностью, и она платила ему в ответ нежностью, похожей на любовь, и долго, очень долго не различала разницы.

Они расписались в Гагаринском загсе через три года, весной 1984-го. Когда Саша повреждённой рукой ставил свою подпись в книге, шрам натянулся между пальцами, и Елена, глядя на это движение, подумала: «Я ведь не могла его тогда бросить». Эта мысль прошла настолько тихо, что сама Елена её почти не заметила.

Игорь и Галя были среди немногочисленных гостей. Отец на свадьбу так и не приехал. Сослался на работу. Действительно ли он был занят, Елена так никогда и не узнала. Его стул так и остался пустым на свадебной фотографии, где она, немного грустная, стояла во взятом напрокат платье рядом с мужем Сашей. Поздравляя молодых, Игорь на секунду задержал руку Елены в своей. Рукопожатие вышло коротким и совершенно официальным, без единого намёка на майский лес, ветку и ладонь между лопаток.

К рождению Ивана Елена уже почти не вспоминала лес и ветку, за которую они с Игорем взялись одновременно. Зато шрам на Сашиной ладони видела каждый день: он белел, когда Саша осторожно держал новорождённого сына Ивана, и краснел от слишком горячей воды, которой Саша мыл бутылочки и стирал пелёнки.

В конце первой недели после своего рождения Иван заболел. Грудное молоко фонтаном выходило из него сразу после кормления. И вскоре она узнала это странное страшное слово: «пилоростеноз».