Полная версия
Я шла осторожно, прислушиваясь к тишине, нарушаемой лишь эхом моих шагов и далёким плеском волн. И вот в одном из ответвлений, в самом дальнем углу, куда едва проникал свет, я увидела его.
Сначала это была лишь бледная полоска кожи, резко контрастирующая с тёмным камнем. Я замерла, приняв это за обман света. Но нет. Это был человек. Мужчина. Он лежал ничком, и его тело… его тело было идеальным и абсолютно обнажённым. Свет падал на широкие плечи, сильную спину, прочерченную рельефом мышц, на мощные руки, бессильно раскинутые по сторонам. Его кожа, бледная, словно мел, была испещрена тёмными подтеками - синяками и ссадинами, а на боку зиял глубокий, уже не кровоточащий порез, похожий на след от когтя или лезвия.
Он не дышал. Или дышал так тихо, что это было неразличимо. Его лицо было скрыто в тени и в распущенных длинных волосах. Я стояла, не в силах пошевелиться, вцепившись взглядом в эту немыслимую картину: дикая, первозданная пещера, море за спиной и прекрасный, израненный незнакомец, брошенный здесь, но кем? Кто он такой? И как он сюда попал? И что - или кто, мог так жестоко обойтись с ним?!
Я тяжело выдохнула, судорожно пытаясь понять, что мне делать. Я и сама сейчас была не в том состоянии, чтобы кого-то лечить, но этому молодому мужчине было ещё хуже. Его рана… Она была свежей и, вероятно, причиняла мужчине немало боли.
Но я не знала, кто это такой и справедливо опасалась за свою жизнь. Однако и мимо чужой беды пройти равнодушно не смогла.
Приблизившись осторожно, я коснулась его лба: жар ещё только вступал в силу, но уже явно прощупывался под моей ладонью. Нужно было сбить температуру. Осмотревшись, я заметила в углу пещеры небольшое углубление в камне, наполненное дождевой водой - чистой и прохладной. Не раздумывая, я оторвала от подола своей туники длинную полоску ткани, смочила её и, вернувшись к незнакомцу, принялась осторожно обтирать его раскалённую кожу.
Вода стекала по его плечам и спине, оставляя чистые дорожки на слое пыли и запёкшейся крови. Я работала молча, сосредоточенно, стараясь не думать о том, кто он и что здесь произошло. Мои пальцы вырисовывали мокрые круги на его теле, смывая грязь с синяков и ссадин. Я почти не дышала, боясь разбудить его, но в то же время отчаянно надеясь, что он жив.
И в тот момент, когда я склонилась, чтобы промыть края его страшной раны на боку, он резко вздрогнул. Моё сердце замерло. Медленно, словно против собственной воли, его голова повернулась ко мне. Из-под тяжёлых, влажных прядей русых волос на меня уставились глаза. Не просто глаза, а бездонные озёра цвета штормового моря, полные такой дикой, животной боли и первобытного ужаса, что у меня перехватило дыхание. В них не было ни осознания, ни вопроса - лишь чистая, незамутнённая инстинктом ярость и страх загнанного зверя.
Он не закричал. Он издал низкий, хриплый, совершенно нечеловеческий звук, полный угрозы, и попытался резко дёрнуться, но слабость и боль сразу же приковали его к камню. Он просто лежал и смотрел на меня этим обезумевшим, пронизывающим взглядом, а я сидела на корточках, застыв с мокрым обрывком ткани в руке, не в силах пошевелиться, понимая лишь одно: встреча с этим новым миром только что стала гораздо реальнее и опаснее.
Глава 5
Но мужчина вновь впал в беспамятство, а я так и не решалась больше к нему прикоснуться. Он был опасен – это я уже поняла, и следовало держаться от него подальше. Однако меня почему-то тянуло к нему, хотя, как и всё прочее, я это никак не могла объяснить. Но пока что решила не испытывать судьбу.
Вдоволь напившись воды из той самой ниши, что я недавно здесь обнаружила, я решила обследовать территорию на предмет спуска. Не век же мне здесь сидеть? Наверное, стоило поискать пути, что приведут меня к людям. Мне очень хотелось верить, что всё это какая-то ошибка, нелепая случайность, и рано или поздно мне обязательно помогут.
О том, что я уже видела людей, кидавших в мою сторону копья, когда я летела на драконе, я старалась не думать. Это были какие-то… неправильные люди, дикари, одним словом. А мне бы хотелось встретиться именно с цивилизованными представителями этого мира.
Вот, кажется, я и сдалась, признав очевидное. Конечно, это был другой мир, ведь в моём родном не водились драконы и никто на них поэтому не охотился. Здесь же всё было намного иначе.
Обследовав ближайшие каменные коридоры – те, что находились поближе от отправной точки, я сделала вывод, что искать мне придётся долго. Некоторые из ответвлений заканчивались тупиком, другие сужались настолько, что мне, взрослому человеку, и на четвереньках было не преодолеть. И в какой-то момент мне стало очень даже страшно: а что, если отсюда нет выхода?
Дракон сбросил меня сюда и улетел. Возможно, тот несчастный, которого я обнаружила в этих пещерах, тоже был его жертвой, принесённой злобной фурией про запас. Конечно, я старалась не нагонять на себя страха и не накручивать, но вопрос, всё это время крутившийся в моей голове, сам собой наводил на мысль: для чего ещё ему была нужна я?
Возможно, те люди, что кидали в нас копьями, как раз хотели покончить с ним по этой причине. Но пока это были всего лишь мои предположения, и я не могла ни в чём быть уверенной.
В какой-то момент мне показалось, что я заблудилась, и мне сделалось не по себе. Я уже почти пожалела, что ушла далеко от раненого мужчины, ведь находиться в этих каменных стенах одной оказалось ещё хуже, чем в его «компании». Нужно было срочно искать путь назад. Но то ли от усталости, то ли от волнения, я всё никак не могла вспомнить, куда мне нужно было идти.
Паника подкралась ко мне внезапно, как холодная змея, обвивая горло и сжимая ледяными кольцами. Сначала это был лишь легкий трепет где-то под ложечкой, но с каждым потерянным поворотом, с каждой новой безвыходной расщелиной он нарастал, превращаясь в настоящую бурю. Я шла быстрее, почти бежала, раня кожу на руках о шершавые стены, пытаясь нащупать знакомую отметину, царапину, хоть что-то... Но всё было чужим, однотонно-серым и безысходным.
Дыхание сбилось, в ушах застучал навязчивый, панический ритм сердца. «Я никогда не выберусь. Никогда». Мозг услужливо подкидывал картинки: я, умирающая от голода в этой каменной ловушке; я, сходящая с ума в одиночестве; тот незнакомец, чьи глаза полыхали диким ужасом... Мне начало мерещиться, что из каждой тени на меня смотрят, что за спиной слышны чьи-то шаги - лёгкие, крадущиеся, словно это была чья-то злая игра, призванная свести меня с ума. Я оборачивалась, но там была лишь пустота, давящая и безмолвная.
В довершение ко всему, я увидела их... В глубокой нише, куда я свернула в надежде найти путь, лежала аккуратная груда человеческих костей. Перемешанные с истлевшей тканью и поблёкшими прядями волос, оружием из древних эпох, драгоценностями, ставшими им ненужными. А на самом верху, словно венчая это сооружение смерти, лежали настоящие черепа! Пустые глазницы смотрели на меня, открытые рты застыли в немом крике.
Всё внутри меня оборвалось. Лёд ужаса ударил в голову, по телу побежали мурашки. Я отшатнулась, споткнулась о камень и едва не упала, зажимая рот рукой, чтобы не закричать. Разум, и так висевший на волоске, окончательно отказал. Это была не просто ловушка. Это было логово. Чьё-то... или чего-то, скорее всего, того самого дракона, что притащил меня сюда. И, возможно, я была здесь следующей.
Слепая, животная потребность бежать, немедленно, куда угодно, вырвала меня из оцепенения. Я рванула наугад, не разбирая дороги, спотыкаясь и царапаясь, заливаясь беззвучными слезами. Свет! Впереди мелькнул просвет! Я побежала к нему, к этому спасительному пятну, из последних сил, не думая ни о чём, кроме спасения.
И едва не свалилась в пропасть, что расстилалась сразу же за ним, ничем не загороженная и не прикрытая.
Нога на мгновение повисла в пустоте, камни под ней обвалились и с грохотом полетели вниз. Я дико замахала руками, пытаясь удержать равновесие, глядя в бездну, зиявшую подо мной. Это был не выход. Это был обрыв, и я уже понимала, что сейчас рухну с него, потому как зацепиться хоть за что-то уже не получалось.
В этот миг чьи-то сильные руки грубо схватили меня сзади за плечи, резко отдернув от края и прижав к твёрдой, живой груди. Дыхание того, кто меня удержал, было тяжёлым и прерывистым. Я замерла, не в силах пошевельнуться, всё ещё чувствуя подошвами холод бездны и клокочущую насмешку смерти, которую мне вновь удалось провести.
Глава 6
Сильные руки не отпускали меня, продолжая держать так крепко, что на плечах уже, должно быть, проступили синяки. Я чувствовала каждое движение его грудной клетки, каждый прерывистый, хриплый выдох этого человека.
- Успокойся, - прозвучал над самым ухом низкий, чарующий голос. Он был полон не столько утешения, сколько приказа, и от этого стало ещё страшнее. - Иначе в следующий раз я не стану тебя ловить.
Я замерла, всем своим видом подтверждая, что поняла его слова. Тогда хватка ослабла и я, наконец, смогла обернуться, дабы рассмотреть того, кто меня спас.
Но этого просто не могло быть! Передо мной стоял он. Тот самый раненый незнакомец, обнаруженный мной в пещере некоторое время назад. Но теперь в его облике не было и тени беспомощности.
Его тело, которое я помнила расслабленным и истерзанным болью, теперь было напряжено, как тетива лука. Каждая мышца на его торсе, на руках и ногах играла под смуглой, идеально загорелой кожей, испещрённой старыми шрамами и свежими царапинами. Глубокая рана на боку зияла багровым пятном, но, казалось, он её просто не замечал, да и выглядела она уже куда более лучше. Он дышал глубоко и ровно, и с каждым вдохом его мощная грудная клетка расширялась, демонстрируя идеальный рельеф пресса. Он был высок, невероятно широк в плечах и поразительно прекрасен в своей дикой, необузданной силе. Первобытной и опасной.
И он был абсолютно обнажён. Это осознание ударило по мне, как физическая сила. Я чувствовала, как вспыхнуло моё лицо, но не могла отвести взгляд, манимая, как магнитом, его прекрасным телом. Мои глаза скользили по его длинным ногам, узким бёдрам, упрямо возвращаясь к тому месту, где неприкрытая ничем нагота демонстрировала внушительного размера его мужское достоинство, обрамлённое ворохом жёстких тёмных волос. Во рту пересохло, а в низу живота заныло сладкое, постыдное, неукротимое и такое неуместное сейчас желание. Оно пульсировало в такт бешеному стуку сердца, смущая и пугая своей силой.
Незнакомец следил за моим взглядом, и на его губах появилась едва заметная, хищная ухмылка. Он знал, ощущая мой страх и мой интерес, чувствовал исходящую от меня волну замешательства и влечения. Его тёмные глаза медленно поднялись от моих дрожащих рук к лицу. В них не было ни стыда, ни смущения - лишь холодная, животная уверенность и голод. Голод хищника, изучающего свою добычу, прежде чем наброситься на неё.
Он сделал шаг вперёд, и я инстинктивно отпрянула, ударившись спиной о холодную стену горы. О побеге можно было и не мечтать: с одной стороны раскинулась пропасть, с другой стоял он. Его голое тело излучало такую неукротимую, почти осязаемую сексуальную энергетику, что стало сложно дышать. Он был дикарём, богом и монстром в одном лице, и в тот миг я поняла, что его рана не делала его слабым. И я нутром почуяла: этот мужчина был опасен во всех смыслах.
- Кто ты такая? – спросил он меня, разглядывая с тем же интересом, что и я его. И, клянусь, у меня создавалось чувство, что я тоже стою перед ним голой, потому как обтягивающее и уже слегка порванное термобельё мало что от него скрывало, обтягивая все изгибы моего тела, выставляя напоказ соблазнительные бугорки и округлости моей весьма спортивной фигуры.
- Я… меня зовут… Елизавета… - мне очень не хотелось его провоцировать, но и как объяснить, откуда я здесь взялась, я просто не могла.
- Елиза… Елиса… - задумчиво просмаковал моё имя на вкус мужчина. – Можешь звать меня Драйган. Я хозяин этой пещеры. Получается, ты моя гостья?
Он произнёс это с лёгкой, хищной усмешкой, делая ещё один неспешный шаг вперёд. Расстояние между нами сократилось до опасной близости. Я чувствовала исходящее от его тела тепло. Мой взгляд снова, против моей воли, скользнул по его телу, по упругим мышцам бедер, и снова застрял на смуглой коже внизу живота, где его мужское достоинство, пробуждаемое этим странным ритуалом преследования, начинало проявлять всё более уверенный и грозный интерес к ситуации.
Драйган проследил за направлением моего взгляда, и его ухмылка стала лишь шире. Он не пытался прикрыться. Наоборот, он будто наслаждался моим смущением, моей захватывающей дух паникой, смешанной с порочным любопытством.
- Вижу, тебе нравится то, что принадлежит мне, - проворчал он, и его рука с невероятной скоростью метнулась вперёд. Но не чтобы ударить. Его пальцы обхватили моё запястье с такой силой, что стало больно, и притянули мою ладонь к своей груди. Я ощутила под пальцами горячую, влажную кожу, шрамы и бешеный стук его сердца, совпадающий с ритмом моего собственного. - Но я задал вопрос, Елиса. Что ты здесь делаешь? Ты прислана ими? Или… зачем?
Его глаза, ещё секунду назад светившиеся насмешливым голодом, внезапно потемнели от ярости. Пальцы впились в мою руку ещё сильнее, и я вскрикнула от боли. Он был силён, нечеловечески силён, и его перепады настроения были пугающими и непредсказуемыми. От дикаря-соблазнителя не осталось и следа - передо мной был разгневанный зверь, загнанный в угол и готовый к атаке.
- Я… я упала, - выдохнула я, пытаясь машинально вырвать свою руку, но его хватка была подобна стальным тискам. - С горы! Я не знаю, как я здесь оказалась! В этом мире… Меня… Кажется, меня спас дракон!
Последняя фраза сорвалась с моих губ сама собой, отчаянная попытка найти хоть что-то, что могло бы его остановить. И это сработало.
Его хватка ослабла. В глазах Драйгана мелькнуло что-то вроде интереса. Он склонил голову набок, изучая моё лицо с новой, пронзительной интенсивностью, будто пытаясь разглядеть в моих глазах следы лжи или… или истины, слишком невероятной, чтобы в неё поверить.
- Дракон? - он произнёс это слишком насмешливо, чтобы я по-прежнему чувствовала себя психически здоровым человеком. Его взгляд скользнул по моей шее, плечам, груди, и я вновь почувствовала себя абсолютно обнажённой под этим тяжёлым, анализирующим взглядом. – Ты уверена в этом, женщина?
Глава 7
Я уже ни в чём не была уверена. Сглотнув вязкий комок нервов, застрявший в моём горле, я молча уставилась на того, кто был для меня непонятно кем. Врагом? Другом? Кем-то ещё? Постыдные мысли, что подобно птицам кружили в моей голове и не давали покоя, смешивались с иной стаей «пернатых», больше похожей на сомнения, что разрывали меня на части, муки совести, что могли выставить меня перед этим мужчиной не в лучшем свете.
- Нет, - я покачала головой, потупив взор.
Тот лишь хмыкнул, презрительно и коротко, и повернулся ко мне спиной, будто давая мне момент собраться с мыслями - или демонстрируя полное пренебрежение к любой возможной угрозе с моей стороны.
И эта демонстрация была ошеломляющей. Его спина была не просто мускулистой, это было нечто! Широкие пласты мышц плавно переходили в округлые плечи, налитые такой силой, что, казалось, могли выдержать вес целого мира, чем напомнили мне знаменитых атласов, держащих на своих плечах весь земной шар. Позвоночник был словно прорезан глубокой, тёмной ложбинкой, уводящей взгляд вниз, к пояснице, где мускулы сходились двумя твёрдыми, идеально очерченными валиками по обе стороны. Кожа натягивалась над каждой выпуклостью и впадиной, блестя от лёгкой испарины и подчёркивая игру света и тени на каждой детали этого скульптурного рельефа. Старые серебристые шрамы пересекали её, как молнии, не уродуя, а лишь добавляя истории и грубой мужской эстетики.
А ниже… Ниже спина резко сужалась, чтобы тут же взмыть вверх двумя округлыми, невероятно упругими полусферами его ягодиц. Они были твёрдыми даже на взгляд, и в то же время совершенными в своей форме - мощными, соблазнительными, просто идеальными. Каждая их мышца была чётко прорисована, демонстрируя сокрушительную мощь, скрытую под гладкой, загорелой кожей. Когда он слегка переменил позу, они плавно напряглись, продемонстрировав такую силу, от которой у меня перехватило дыхание и по спине пробежала смешанная со страхом волна желания.
Это была спина не обычного человека. Мужчина скорее напоминал мне хищника в человеческом обличии, и что-то подсказывало мне, что я была недалека от истины. Он словно был существом, чья физическая сила была так же очевидна и опасна, как и его неестественная, магнетическая притягательность. И вид его со спины был едва ли не более внушительным и смущающим, чем вид спереди.
«Неужели я превращаюсь в шлюху?» - мелькнула в голове мысль, но сейчас была проблема поважнее. Можно было сколько угодно корить себя за неприличные фантазии, пока я одна в пещере. Но когда объект этих фантазий стоял в двух шагах, обнажённый и пышущий опасностью, нужно было думать о выживании.
Он вновь медленно повернулся ко мне, и его взгляд, тяжёлый и всевидящий, вновь приковал меня к месту. Казалось, он прочитал каждую постыдную из моих мыслей и заметил дрожь, что пробежала по моей коже при виде его спины.
Я сделала шаг назад, нащупывая пальцами шершавую поверхность скалы, ища опору. Но миг, и он уже оказался рядом, впиваясь взглядом в мои испуганные, но уже искушённые глаза, а языком – в мой рот, который он сразу же захватил своими ненасытными горячими губами, жадно требуя и буквально силой отнимая у меня этот поцелуй.
Вначале растерявшись, я всё же нашла в себе силы упереться ладонями в его почти каменную грудь, чтобы прекратить этот. Хотя бы попытаться… Но, как не странно это звучало, мои слабые попытки доказать мужчине хоть что-то сработали. И теперь он уставился на меня так, словно ждал объяснений, почему я прервала это безобразие, вызывающее в нас обоих столько разнообразных чувств и эмоций.
- Я не твоя пленница, - голос прозвучал хрипло и неуверенно, но я продолжила, цепляясь за остатки самообладания, в тот момент ещё не осознавая, кого я боюсь больше – Драйгана или собственных желаний. - И не твоя добыча. Я просто заблудилась. Дай мне уйти…
Драйган медленно, с наслаждением растягивая мгновение, усмехнулся мне в лицо. Его глаза, ещё минуту назад пылавшие ничем ни прикрытой страстью, теперь светились тёплым, почти ленивым развлечением. Он скосил взгляд на мои сжатые кулаки, на предательски дрожащие пальцы, и усмехнулся.
- Уйти? - он произнёс это слово тихо, растягивая гласные, словно пробуя на вкус. – Здесь некуда идти, Елиса. Там, в низу, нисколько не безопаснее, чем здесь, в горах…
Он сделал шаг вперёд. Я вжалась в каменную стену, ожидая всего, что угодно, в том числе и от себя.
- Я не возьму тебя силой, - заявил он, и в его голосе внезапно прозвучало нечто такое, что абсолютно не терпело возражений. - Мне не нужно брать силой то, что и так рано или поздно будет моим. Я не насильник. Можешь считать меня охотником. А хороший охотник умеет ждать, пока добыча сама не придёт к нему в лапы.
Его взгляд скользнул по моему лицу, шее, задержался на губах, и мне снова стало трудно дышать.
- Ты будешь умолять меня, - продолжил он тихим, вкрадчивым голосом, в котором прозвучала небывалая уверенность. - Умолять коснуться тебя. Умолять снять с тебя эту жалкую тряпку и прижать к этим камням, чтобы насытить тебя настоящей страстью. Твоё тело уже вовсю кричит об этом. Скоро и разум присоединится к нему. А я подожду. У меня много времени.
Он повернулся и, не оглядываясь, направился вглубь пещеры, оставив меня стоять у обрыва с бешено колотящимся сердцем и телом, которое, к моему стыду, отозвалось на его слова предательским трепетом.
Глава 8
Он отвернулся и зашагал прочь, а я знала, что должна пойти следом. Не потому, что он этого хотел, а потому, что я понимала, что просто не выживу здесь одна. Драйган чётко обозначил свою позицию, не скрывая правды насчёт того, что собирается переспать со мной, но лишь когда я сама захочу этого. И тем самым дав мне «гарантии безопасности» относительно моего тела, хоть и написанные вилами по воде.
Я пошла за ним не сразу, мне была нужна эта, пусть и небольшая, дистанция, чтобы выпасть из порочного круга влечения, что я внезапно испытала к этому мужчине. Наверное, сказывалось абсолютное отсутствие мужчин в моей жизни, а, вернее, в постели. Не знаю почему, но я и близко не могла подпустить к себе никого из них, хотя моё тело порой и изнывало, прося об этом, уговаривая меня уступить тому же Марку. Но разум упрямо отказывался подпускать к себе озабоченных самцов, чьей целью, без сомнения, было затащить меня в постель, чтобы потом хвастать об этом своим приятелям.
Но, признаюсь, ни к кому в жизни я не испытывала такого влечения, какое испытала к Драйгану, едва увидела его. Возможно, это произошло, потому что там, откуда я сюда попала, попросту не было мужчин, которых чисто внешне можно было сравнить с ним. Но ведь меня привлекало не только тело, это я тоже отчётливо могла понять. Но вот объяснить не могла.
Драйган ни разу не обернулся, чтобы проверить, иду ли я за ним. Конечно, ведь это мне, а не ему было нужно, а потому при видимой дистанции я старалась не упускать его из вида. А если случался резкий поворот, ориентировалась по его шагам, которые отчётливо были слышны, словно эхо, в каменных коридорах горы.
Расстояние, что я пыталась держать между нами, и впрямь помогло мозгу проветриться и ещё раз критически оценить ситуацию со стороны. Да чего он возомнил о себе, этот заносчивый красавчик, когда говорил, что я буду умолять его о сексе? Ха! Не дождётся!
Каким бы не было сексапильным его тело, это всё же не было поводом бросаться, как в омут, в его объятия и уж тем более умолять его взять меня в самом пошлом значении этого слова. Я ещё собиралась показать этому заносчивому казанове полную меру своего самообладания и ни за что не собиралась уступать.
Вскоре Драйган остановился и мы оказались в той самой каменной нише, где всё и началось. Вернее, где я впервые увидела его, раненого, лежавшего, как я тогда решила, при смерти. Но мужчина оказался крепче, чем я думала.
Драйган более не обращал на меня внимания, он извлёк откуда-то какой-то свёрток, который оказался его одеждой и, о чудо! Наконец-то облачился в рубаху и штаны, скрыв постыдную наготу своего тела.
Однако это мало что изменило. Даже в одежде он выглядел невероятно притягательным. Его фигура, скрытая тканью, манила с той же неведомой силой, заставляя меня отводить взгляд, чтобы не поддаться искушению. Нужно было думать о том, чтобы выжить и попытаться вернуться домой, если это ещё было возможно.
Заметив, что Драйган куда-то направляется, я заволновалась.
- Куда ты? – спросила его, хотя он и не обязан был отчитываться.
- Ты же хочешь есть? – ответил он вопросом на вопрос, насмешливо выгнув бровь дугой. – Но еда сама себя не принесёт…
- Но ты же сказал, что отсюда нет выхода! – я внезапно почувствовала себя не просто обманутой, но и оскорблённой до глубины души.
- Для тебя – нет, - ответил мужчина. – А я живу здесь давно и знаю, куда можно, а куда нельзя ходить.
- Давно? – растерялась я окончательно, внезапно вспомнив про груду костей, на которую я недавно наткнулась. – Тогда ты знаешь, откуда здесь все эти кости и черепа, явно принадлежащие людям?
Я жаждала и одновременно боялась услышать ответ.
Он замер у входа в узкую расщелину и каменный холод вдруг показался мне менее ледяным, чем молчание, воцарившееся между нами. Мой вопрос повис в воздухе, и я уже почти пожалела, что задала его.
Драйган медленно повернулся. Тень скользнула по его скулам, скрывая глаза, но я почувствовала, как сжимается воздух вокруг, наполняясь тихим, хищным гулом. Сама пещера, казалось, затаила дыхание.
- Я убил каждого из этих бедолаг, - наконец усмехнулся он, словно мы говорили о чём-то не слишком важном.
- Ты?.. – я вновь почувствовала холод под ложечкой, но не могла даже сдвинуться с места.
Он сделал шаг вперёд, и солнечный свет, пробивавшийся из какого-то невидимого сверху отверстия, упал на его лицо. В глазах не было ни злобы, ни гордости - лишь пугающая констатация факта.
