Истинная любовь императора драконов

– Дом посмотрим? – предложил Арис, отвлекая меня от забот о саде. – Он, вроде бы, вполне пригоден для жилья. Можно пользоваться. Временно, конечно… Пока не выстроим новый, какой захочешь ты.

И мы отправились к небольшому каменному строению с черепичной крышей, усыпанной побуревшей осенней листвой и тонким слоем первого снега. В пору моего детства на этом месте было несколько сараев и конюшня. Этот дом сложили гораздо позже.

Он, в самом деле, годился для временного пристанища. Небольшой, по сравнению с наши сгоревшим особняком, но с удобным расположением комнат. Здесь была просторная кухня и кладовая, гостиная с камином, пара спален, комната для слуг и купальня. Всё необходимое.

Правда, убранство внутри выглядело несколько неряшливо, запущенно. Первым делом хотелось тут хорошенько всё отмыть, постирать, вымести грязь и выбросить лишний хлам. Этим я намеривалась заняться в ближайшее время.

Не сама, конечно. Мне теперь по статусу не позволялось заниматься грязной работой.

Единственное, что я никому не доверяла – сад Ариса. Сама ухаживала за всеми растениями. Думаю, и здесь летом часть работ тоже буду делать сама. Моя мама не боялась замарать землёй аристократические руки, значит, и мне позволительно.

А уж уборку, так и быть, переложу на чужие плечи. Придётся сюда перенести пару служанок из дворца, а лучше нанять кого-то из местных женщин. Нам в любом случае нужно будет кого-то поселить в усадьбе, чтобы приглядывали за всем. Ведь мы с Арисом сможем появляться в моих новых владениях лишь время от времени, жить мне всё равно предстоит в Агнесаре, рядом с мужем.

Особенно, когда я стану императрицей Дхариана.

Удивительное дело, к нашей свадьбе с Арисом даже не потребовалось готовиться, всё случилось очень быстро и прошло без каких-либо сложностей. Он просто объявил меня невестой и тут же назвал женой.

Клятва, браслет, скромный праздничный ужин, и вот уже я – лора Лияра Дхар Итрис.

А вот с коронацией и признанием меня императрицей, равной в правах моему супругу, владыке Дхариана, всё оказалось куда сложнее. Для этого требовался особый день, который высчитывался по расположению небесных светил, множество гостей со всех уголков империи и долгий сложный обряд. Так что пока я всё ещё жила в ожидании и статусе «будущая императрица».

Не скажу, что я жаждала этой власти, скорее, принимала её, как нечто неизбежное. В конце концов, такая колоссальная ответственность не самая большая цена за право быть с любимым мужчиной, по крайней мере, с таким мужчиной, как мой Арис.

Размышляя так, я вышла на улицу. Дом пока не вызывал желания там задержаться. Мы немного отогрелись, пока осматривали пустые комнаты, и теперь можно было прогуляться за пределы усадьбы, на берег. Оказавшись так близко к морю, я не могла упустить шанс повидаться с ним.

Уже на побережье, Арис задумчиво глядя вдаль, снова заговорил об усадьбе:

– Нам нужно будет решить ещё один важный вопрос, Лия… Заявишь ли ты в открытую, что эта земля снова твоя? Или… быть может, лучше оставить это место твоим тайным гнездышком. Понимаю, что хочется первое, но тогда ты здесь вряд ли будешь в безопасности. Вести о том, как зовут мою избранницу, уже разлетелись по всему Дхариану. Не составит труда понять, что лора Лияра Дхар Итрис, супруга императора, и лора Лияра Итрис из Ивии – это одна и та же женщина. Если кому-то станет известно, что эти земли теперь на самом деле принадлежат императорскому дому…

– Рано или поздно об этом всё равно узнают, – пожала плечами я.

Честно говоря, не знала, как поступить лучше. Об этом стоило подумать хорошенько.

– Возможно… – согласился мой дракон. – Но ведь удавалось же до сих пор дане Сае и дану Азаху хранить их маленький секрет. Уже несколько десятилетий они изображают мнимых хозяев нашего тайного логова, и никто не догадался, кому на самом деле принадлежит их усадьба.

– Однако найти настолько надёжных людей не так-то просто, – с улыбкой возразила я. – Да и здесь меня могут помнить. Конечно, за семь лет я изменилась, но узнать всё-таки несложно. Надо всё обдумать, и сделать как лучше.

– Да, время на это у нас ещё есть, – кивнул Дхар Арис. И тут же, приобняв за плечи, заботливо спросил: – Не замёрзла? У тебя нос и щеки покраснели. Кажется, пора возвращаться в наш знойный Агнесар. И срочно тебя отогревать…

В янтарных глазах дракона на миг полыхнуло такое жаркое пламя, что я мигом забыла о пронизывающем северном ветре, трепавшем мой плащ и юбку.

С лёгким сожалением я ещё раз оглядела бесконечный морской простор. Картина открывалась мрачноватая, но величественная. Студёные волны перекатывались тяжело, лениво, сонно. Зябкая сырость проникала даже под одежду. Зима не лучшее время для прогулок по берегу. Но… ничего, я сюда ещё вернусь, вернусь и не раз.

А сейчас, и правда, пора домой.

***

В столицу мы возвращались в приподнятом настроении. Я, улыбаясь, льнула к любимому, он одаривал меня короткими нежными поцелуями. Вот так, игриво обнимая друг друга и уже мечтая о том, как будем сейчас отогревать друг друга, мы и перенеслись назад, прямо на балкон в покоях Дхар Ариса. Не размыкая рук, смеясь, вошли в комнату и… одновременно замерли на месте.

На диване в гостиной сидел Ирмэн, рядом в кресле Орхман. Заметив нас, оба торопливо вскочили. А у меня в этот миг отчего-то сердце оборвалось.

Друзьям Ариса, разумеется, не требовалось какого-то особого позволения на то, чтобы войти в покои императора. Однако с тех пор, как здесь поселилась я, они перестали бесцеремонно вваливаться к его величеству, понимая, что могут нагрянуть совсем не вовремя. И то, что сейчас оба были здесь, внутри, и ждали нас, говорило о многом. Причина должна быть веской, очень веской.

Я в страхе ждала, что скажут драконы.

И, подтверждая мои худшие опасения, генерал Орхман без лишних предисловий выдал:

– Арис, дурные вести… Вторжение на юго-западной границе Дхариана. Уже три поселения сожжены дотла. Похоже… это начало войны…

***

5

Лия

Война…

Страшная новость оглушила, разбила на осколки наше хрупкое недолгое счастье, вышибла опору из-под ног.

На несколько мгновений я провалилась обратно в жуткое прошлое, которое хотела бы забыть навсегда. Не зря сегодняшний день начался с возвращения в Ивию, с горьких и светлых воспоминаний о тех, кого уже не вернуть.

Вот и сейчас… я будто снова стояла на пепелище родного дома, задыхаясь от едкой гари, от разрывающей сердце боли, даваясь собственным криком и слезами. И, точно так, как в тот чёрный день, отчаянно не желала верить в неизбежное, просто не могла принять то, что случилось.

Война…

Я уже знала не понаслышке, что это такое. И никак не могла понять, кому и зачем понадобилось развязывать её опять. Кто посмел выпустить на волю этого ненасытного зверя? Зверя, который не остановится, пока не сожрёт всё, до чего сможет дотянуться: людей, их дома, поля и сады, целые города, семьи, жизни…

Разве есть в мире хоть что-то (будь то власть, богатство или земли) превыше жизни? Разрушенные города, искорёженные судьбы, тысячи обездоленных, сирот, калек… Неужто кто-то так жаждет оказаться на троне Дхариана, что готов оплатить путь к власти такой ценой?

О, Небо, останови это, умоляю! Только не война!

Разве нам мало бед и мятежников? Заговорщики и так без устали жалили императора своими бессмысленными и безжалостными ударами, так и норовили укусить побольнее самого Дхар Ариса и его близкий круг.

Но всё же тайные недруги были не настолько сильны. Порой они достигали целей и оставляли после себя кровавые жертвы. Но это не сравнить с тем, чем грозила нам настоящая война с вторжением чужой армии, кем бы ни был неведомый враг.

Уже несколько поселений сгинуло в её огне. А что будет дальше?

Мне было страшно даже думать об этом. Хотелось кричать от бессилия и отчаяния.

Но я не могла себе этого позволить.

Я больше не пятнадцатилетняя сиротка Лия, в одночасье потерявшее всё. Теперь я супруга императора Дхариана, его истинная, его поддержка, его сила, его крылья. И сейчас я должна дать своему мужу то, в чём он нуждается – силы бороться, защищать нас всех, противостоять врагу и не опускать руки. Я должна верить в моего дракона и нашу победу так, чтобы никто, глядя на меня, не усомнился в том, что мы выстоим всем врагам наперекор.

А для начала надо хотя бы выяснить, кто, собственно, дерзнул вторгнуться на границу Дхариана…

Уже многие годы на территории империи царил мир. Наши соседи нередко затевали междоусобицы, но во владениях императора Дхар Агниаса ди Арейна никто не смел сеять распри. Конечно, в ту пору, когда император был ещё молод и амбициозен, он и сам не гнушался покорять огнём и мечом тех, кто не желал присоединиться к Дхариану путём заключения добровольного союза. Но со временем даже жёсткий и властный Дхар Агниас осознал, что это не лучший путь, и с тех пор расширял свои владения без кровопролития.

Исключением стал мой родной Север.

Но в Ивию Дхар Агниас пришёл не как завоеватель, а, скорее, как миротворец. Только суровый дракон со своей непобедимой армией смог образумить и призвать к порядку северных лодов, сцепившихся между собой подобно своре голодных псов.

А уж его сын, мой любимый Дхар Арис, и вовсе желал лишь одного – сохранить мир и порядок в доставшейся ему так внезапно империи, подарить этим землям благоденствие и процветание. Но, видно, кого-то наш зажиточный край манил, как кусок свежеиспечённого пирога манит голодного. Кого же, интересно?

Я решила на время отложить панику и попыталась вслушаться в донесение генерала Орхмана. Это было необходимо сделать, чтобы разобраться в ситуации, ведь пока, погружённая в свои скорбные мысли, я не улавливала и половину слов дракона. А ещё я своим состоянием невольно отвлекала Ариса. Он то и дело бросал на меня тревожные взгляды. А ведь у него сейчас были дела поважнее, чем утешать перепуганную истинную.

Взяв себя в руки, я, наконец, присела рядом с любимым, и он тут же ободряюще стиснул мою ладонь. Пусть, мимолётно, тут же возвращаясь к изучению карты, которую, очевидно, принёс генерал или же Ирмэн, но на душе сразу стало теплее, и даже стылая тьма ужаса отступила на время.

Мужчины, склонившись над картой, перебрасывались короткими, резкими фразами, за которыми скрывалось слишком многое. Орхман перечислял незнакомые мне названия, вёл пальцем вдоль горного хребта, обозначенного на бумаге темным зигзагом, а я с содроганием думала, что за каждым его словом спрятано какое-то поселение, живущие там люди. Я тоже пыталась разглядеть хоть что-то и осмыслить происходящее.

Но пока поняла лишь то, что мы до сих пор не ведали, кто наш новый враг.

– Здесь тоже всё в руинах, – мрачно доложил Орхман, не поднимая светлых глаз на своего императора. На его точёных скулах так и ходили желваки. – Их видно издалека. Пока неизвестно, удалось ли выжить хоть кому-то. Мы искали беженцев в горах, но никого не обнаружили. Возможно, люди прячутся вот здесь, в ущелье. Но проверить невозможно. Ближе… не подобраться…

– Что значит не подобраться? – впился в него взглядом Арис. – Стреломёты? Громовый огонь?

– Нет, Арис… там… что-то непонятное творится. Магия… Очень сильная магия… Когда мои разведчики донесли, что там нечто вроде невидимой стены, я сам решил проверить. И знаешь, на что это похоже? – Орхман на миг поднял взгляд, вздохнул. – Помнишь, эту тварь в белом? Тогда… в Сухэри… Когда ты хотел поджарить проклятого мага, а он остановил твой огонь, будто Щитом прикрывшись. Вот, на что это похоже. И руины… они светятся… Таким бледным, тусклым, зеленоватым сиянием… Вот как тот самый магический огонь, которым тебя сбили и едва не отправили к предкам. Хорошо, что рядом с тобой в то утро оказалась лора Лияра, – генерал почтительно кивнул мне, – а иначе… Сдаётся мне, сейчас у нас бы уже не было императора.

– Неужели за этим чудовищным нападением снова стоят все те же заговорщики? – ошеломлённо покачала я головой.

– Не знаю, лора Лияра, но очень на то похоже, – сокрушённо признал генерал. – Земля выжжена до пепла, камни в прах рассыпались – такое даже драконьему пламени не по силам. Я не знаю, что за враг стоит на нашей границе. Преодолеть этот Щит невозможно.

– Не понимаю, как им это удалось?! – в ярости воскликнул Ирмэн. – Ведь каким бы могущественным ни был тот маг, про которого вы рассказывали, его сила всё равно не безгранична. Как же ему удалось накрыть своей магией три крупных поселения сразу, да ещё так далеко друг от друга, а теперь ещё держать так долго Щит?

– Не знаю, друг, – отозвался со вздохом Орхман. – Никто в одиночку не способен сделать такое!

– Значит, он действует не в одиночку… – глухо проронил Дхар Арис. Хмуро оглядел нас всех и мрачно добавил: – Ответ напрашивается сам собой: у тех, кто вторгся на наши границы, таких смертоносных магов больше чем достаточно.

***

6

Лия

– Нужно выяснить, кто за всем этим стоит. Я должен увидеть всё своими глазами! – Арис решительно поднялся, будто собирался прямо сейчас распахнуть портал и шагнуть в опасную неизвестность.

А у меня от его слов сердце оборвалось. Я едва сдержалась, чтобы не броситься любимому на шею, умоляя оставить эту затею. Понимала, что так делать нельзя, даже сейчас, когда здесь лишь те, кому мы доверяем, всё равно нельзя! Но страх за Ариса затмевал разум.

К счастью, говорить мне ничего не пришлось. Меня опередил Ирмэн.

– Об этом не может быть и речи! – отрезал так жёстко, будто это он тут всем отдавал приказы. – Даже думать не смей!

Обычно Ирмэн себе такого не позволял. Дружба дружбой, но этот дракон никогда не забывал о том, что он всё же простой воин и телохранитель, а Дхар Арис – его император. Даже когда ему не нравились какие-то распоряжения его величества, Ирмэн всегда вёл себя почтительно, оставался хладнокровен и тщательно подбирал слова, чтобы переубедить моего мужа.

И то, что сейчас он практически рявкнул на своего владыку, говорило лишь об одном – Ирмэн не меньше моего боялся за жизнь своего друга и повелителя.

Ариса так поразил этот несвойственный его телохранителю тон, что он немедленно уселся обратно.

– Ты же понимаешь, что они только этого и ждут! – смутившись своей горячности, уже намного тише добавил Ирмэн. – Наверняка это дерзкое нападение затеяли ради того, чтобы выманить тебя из столицы. Сколько покушений ты уже пережил, Арис? Думаешь, сможешь вечно играть со смертью? Пусть мы не знаем, кто этот неведомый враг, атаковавший наши границы, но мне и знать не нужно. Я уверен, что за этим стоят те же гнусные мерзавцы, которые убили твоего отца и брата. Ты хочешь повторить судьбу своей семьи? Хочешь оставить Дхариан без законного правителя? Сейчас, на пороге войны… Когда нам так нужен благоразумный и сильный правитель. Что ж, давай, вперёд! Они же нарочно выманивают тебя… Знают, что не усидишь на месте, не останешься в стороне. Но пока я отвечаю за твою жизнь, я не позволю тебе так бездумно пожертвовать собой!

Пока Ирмэн отчитывал императора как мальчишку-сорванца, у Ариса в глазах всё ярче разгорался золотой огонь гнева, но он стойко молчал. Я, разумеется, молчала тоже, но мысленно благодарила Ирмэна за каждое слово, ведь он озвучил вслух всё то, что горело в моей душе. И когда зеленоглазый дракон закончил свою пылкую речь, я поддержала его благодарным взглядом, надеясь, что он всё поймёт верно.

Я до сих пор старалась держаться от Ирмэна на расстоянии, а наедине с ним чувствовала себя неловко. Нет, он не давал никакого повода для моего смущения. После того как Арис поведал друзьям о нашей истинной связи, Ирмэн вёл себя со мной почтительно, но отстранённо, ни разу не позволил себе хоть намёка на собственную симпатию, избегал случайных прикосновений и опасной близости.

И… почти никогда не смотрел мне глаза.

Но порой я всё же чувствовала его прожигающий взгляд и замечала на его лице нечто такое, отчего мне всегда было горько и неудобно. Глупое чувство. Ведь я никогда не давала ему повода думать, что между нами что-то может быть. Но временами меня всё ещё терзала совесть, будто я нарочно сделала ему больно, предала.

Однако сейчас мы с ним были заодно, и стоило отбросить все эти глупости, и любой ценой не допустить того, чтобы Дхар Арис подвергал себя опасности.

Тем более что мой супруг, разумеется, не собирался так легко сдаваться.

– А что ты предлагаешь мне делать? – обжигающе-ледяным тоном процедил император. – Отсиживаться в столице, как в норе, пока там гибнут мои подданные? Трусливо прятаться и ждать, пока враг придёт под стены Агнесара?

– Это не трусость, это благоразумие, Арис, – я накрыла ладонь любимого своей, чуть стиснула. – Ты не можешь так рисковать собой! От тебя зависит слишком много жизней.

– Вот именно, Лия, – вздохнул муж. – Эти жизни зависят от меня. Чем раньше мы найдём способ остановить вражескую силу, тем меньше людей и драконов погибнет. Нельзя допустить, чтобы недруг проник вглубь империи. Нужно поскорее выяснить, с кем мы столкнулись.

– Арис, Ирмэн прав. Тебе там сейчас не место, – осторожно поддержал нашу сторону Орхман. – Твоё появление на границе ничего не изменит. Один ты врага не одолеешь. Даже вся Магия Рода Дхар не справится с такой силой. А если сложишь там крылья, обречёшь нас всех. Послушай! Я перебросил значительную часть войска на юго-запад, к месту вторжения. Драконы, люди, орудия – мы готовы дать отпор. По крайней мере, надеюсь, что сможем выстоять и сдержать их. Я поручил следить за всеми окрестностями, на случай, если враг попытается атаковать в другом месте.

Арис на всё это только одобрительно кивал, но продолжал хмуриться, будто уже понимал, к чему ведёт генерал.

– Теперь нам нужно подумать о защите столицы, ведь может случиться всякое… Если враг прорвётся через наше сопротивление, рано или поздно, он явится в Агнесар. Это всё, что можно сделать сейчас. Пока мы не найдём способ защищаться от этой странной магии, нам придётся действовать очень осторожно. И тебе там появляться точно нельзя!

– Чтобы защищаться от магии магов, нам нужен маг, но все маги на стороне магов… – усмехнулся Арис зло и досадливо. – Какой-то замкнутый круг!

– Не все… – вдруг загадочно улыбнулся генерал Орхман. – Я ведь тебе обещал, что найду нам союзника ничуть не слабее. Так вот… мне это удалось. Теперь у нас есть собственный маг. Ну, вернее, вот-вот будет…

***

7

Арис

– Да хватит уже ходить вокруг да около! – рыкнул я на Орхмана, теряя терпение. – Выкладывай всё! Живо!

Сегодня испытывать мою сдержанность на прочность точно не стоило. Ярость кипела внутри, как раскалённая лава в жерле вулкана.

Разумеется, я злился не на друзей. Слишком многим был им обязан. Даже сейчас, в этой чудовищной ситуации, они были моей главной опорой. Не просто давали мудрые советы, но делали всё, что требовалось, опережая мои приказы.

Орхман уже распорядился сделать всё возможное, чтобы удержать врага на границе Дхариана. Ирмэн наверняка уже поднял всю столичную гвардию и усилил охрану дворца, просто ещё не успел доложить об этом. Сколько их знаю – так было всегда. Они без раздумий приходили мне на помощь, и я старался всегда отвечать им тем же, несмотря на то, что отец такое общение на равных не одобрял.

Конечно, дело было не только в том, что я нуждался в помощи этих двоих. Нас связывали узы настоящей крепкой дружбы, взаимоуважения, привязанности. Я не представлял своей жизни без моих друзей. Орхман и Ирмэн – такие разные, но одинаково надёжные, оба были дороги моему сердцу. И я просто не мог злиться ни на дерзкий тон Ирмэна, ни на привычку моего генерала изъясняться витиевато и туманно.

Гнев, кипевший внутри меня, был направлен лишь на врагов – на тех, кто снова вторгся в нашу жизнь, так внезапно, так некстати, разрушая всё, что было дорого. Я не мог позволить кому-то уничтожить то счастье, которое с таким трудом обрёл. И не мог допустить, чтобы своё собственное маленькое счастье теряли мои подданные, ведь я обязан был защищать каждого жителя нашей империи.

Если существовал способ одолеть противника, то я хотел узнать его немедленно, а Орхман, будто издеваясь, тянул время.

К счастью, друг понял, что я уже на грани, и наконец-то заговорил о деле. Правда, в своей излюбленной манере начал с вопроса.

– Что ты знаешь о земле Каринэль и её лодах?

– Каринэль?

Орхман меня действительно удивил. Как будущий император, я, разумеется, изучал географию Дхариана и Союзных Земель, и прекрасно понимал, о чём шла речь. Но эта крохотная часть империи крайне редко упоминалась при дворе в Агнесаре.

И я тут же сказал об этом:

– Небольшой горный край на самой окраине Дхариана, довольно воинственный. На эту твердыню возложена охрана наших северных рубежей. Что касается владельца этих земель… Орхман, не понимаю… Причём здесь маги? Каринэль уже много столетий принадлежит древнему драконьему роду Алин.

– Просто расскажи, что знаешь! – гнул своё этот упрямец.

Я шумно выдохнул, но продолжил:

– Драконы рода Алин всегда отличались верностью Императорскому Дому Дхар, ни разу не были замешаны в каких-то заговорах или интригах. Насколько мне известно, глава рода Алин Ринур был на хорошем счету у моего отца, император отзывался о нём с уважением. Но при этом, что удивительно, Алин Ринур крайне редко появлялся в столице. Мне даже не доводилось с ним встречаться лично. Драконы Каринэли всегда были крайне замкнуты и необщительны. Лод Ринур не считал нужным посещать балы и приёмы императора. К себе тоже особо никого не приглашал. Наверное, всё дело в том, что земли Алин так далеко от столицы.

– Нет, причина вовсе не в этом, – лукаво усмехнулся Орхман. – Но ты продолжай! Я слушаю…

– Да, собственно, я рассказал всё. Лод Ринур, к сожалению, уже сложил крылья. Не знаю, что именно стало причиной его гибели. Но это случилось уже давно, примерно, во времена междоусобицы в Ивии. Возможно, он погиб в сражениях. После смерти лода Ринура его земли унаследовал сын. С ним мне ещё не довелось познакомиться, но я намеревался это сделать. В ближайшее время собирался добраться на Север в Каринэль и посмотреть на нового лода этих земель.

– Скоро познакомишься, – многозначительно пообещал Орхман. – А теперь позволь мне немного дополнить твой рассказ… Итак, начнём с причин, по которым лод Ринур избегал лишний раз появляться при дворе. Так было не всегда. В молодости он охотно наведывался в Агнесар, пока не соизволил прогневать императора Агниаса. Твой отец, в самом деле, ценил такого надёжного и опытного воина, но при этом часто выходил из себя из-за непокорного нрава лода Алина. Особую ярость у его величества Дхар Агниаса вызвала женитьба лода Ринура на никому не известной простолюдинке дане Марисандре. А ведь император сватал за Алина дочь одного из своих генералов. Но Ринур заботой императора пренебрёг и сделал очень странный выбор будущей супруги. Дхар Агниас, узнав об этом, в гневе заявил, что не желает видеть эту безродную нищенку при своём дворе. Вот с тех пор лод Алин здесь и не появлялся. Мол, раз тут не рады моей супруге, значит, и мне делать нечего.

– Впервые об этом слышу, – признаться, я удивился тому, как мог пропустить такую занятную историю. Добавил с грустной улыбкой: – Но… это точно в духе моего отца – всё решать за других и не прощать непокорности. Однако любовь… приказам не подчиняется.

– Угу, – согласно кивнул светлой головой Орхман, – особенно, когда это не просто любовь, а истинная связь.

Изумлённый возглас, кажется, вырвался у всех нас.

А довольный Орхман продолжал как ни в чём не бывало:

– Да, да, оказывается, ты у нас не первый такой… – генерал покосился на Ирмэна, должно быть, припомнив его скорбный рассказ о судьбе родителей. – Конечно, считается, что истинные пары – это большая редкость, но, похоже, их не так уж мало. Возможно, драконы просто скрывают правду ради собственной безопасности. Но я сейчас не об этом. Как вы понимаете, у лода Ринура, по сути, не было выбора. Он никак не мог жениться на невесте, которую предложил император, потому что истинная связь уже накрепко привязала его к единственной возможной избраннице.