Сергей Ходосевич
Наша осень. Проза. Издание группы авторов под редакцией С. Ходосевича


Он стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди.

– Я знал, что ты придёшь, – самодовольно ухмыльнулся он.

– Радмир!

Девушка бросилась в его объятья.

– Радмир, я люблю тебя! Эта свадьба… Она ничего не значит! – тараторила она, покрывая его лицо и руки поцелуями. – Давай всё забудем и снова будем вместе!

– Кхм! – гулкий звук мячиком отскочил от стен.

– Дэрин! – Илена отпрянула от Радмира, а он, казалось, ничуть не смутился создавшейся ситуации.

– Нам пора выступать. Проводишь? – пробасил Дэрин.

– Д-да, конечно, – виновато пробормотала девушка.

– Ты вольна делать, что хочешь. Я тебя держать не стану, – с горечью произнёс гном и вышел, столкнувшись под аркой с девушкой из таверны.

– Радмир! Вот ты где! А я тебя повсюду ищу, – недовольно поджав губки, произнесла девица. – Милый, мы же хотели поразвлечься немножко, ты забыл? – захихикала она.

– Поразвлечься? Милый? – Илена почувствовала, что над ней зло посмеялись.

– А разве для тебя это имеет значение? Ты ведь всё равно ко мне прибежишь. «Я люблю тебя… Давай всё забудем…», – передразнил её Радмир.

– Ты… Ты… Ты даже хуже демонов!!!

Со слезами на глазах Илена выбежала из пещеры, слыша за спиной издевательский смех мужчины.

Через неделю завал на перевале Хьялмара расчистили, и Радмир покинул горы. Илена осталась у гномов ждать вестей от Дэрина и Эльбринана. Эльф отправился с воинами, убедив Старейшин, что его магия может помочь в битве.

В тот вечер она сидела в таверне за столиком, который обычно занимал Дэрин. Весь день она не находила себе места, какое-то смутное, недоброе предчувствие терзало её. Но она списывала всё на обычное беспокойство о муже и друге.

Народу в таверне было немного: десяток гномов-горняков да девушка, подносившая им пиво.

Дверь таверны отворилась, и вошёл Эльбринан, запорошенный снегом.

– Пить! – произнёс он хриплым голосом.

Тавернщик тут же поставил на стол кружку с элем. Эльф выпил её залпом и молча протянул тавернщику. Кружку снова наполнили, и через мгновение она вновь опустела. Все молча следили за бардом. И лишь тогда, когда была выпита третья кружка, эльф сказал:

– Получилось! Мы запечатали все порталы!

Раздались радостные возгласы, а Илена бросилась обнимать друга.

– Эльбринан, как я рада тебя видеть! Значит, мы победили? Это так здорово! – щебетала она. – А где Дэрин? Он вернулся вместе с тобой?

Эльбринан лишь устало посмотрел на неё и покачал головой.

Башня Совета… Казалось, она поднимается к самим богам. Здесь Дэрин сделал ей предложение, и она приняла его, чтобы отомстить Радмиру. Как глупа она была, не видя истины! Радмир был ей безразличен, в ней говорила лишь уязвлённая гордость. А Дэрин, милый Дэрин (если «милый» можно применить к гному) был дорог ей, но она этого не замечала.

Илена стояла на краю башни, держа в руках цветок, который на свадебном алтаре составлял пару нефриту. Она вспоминала свой разговор с Эльбринаном. Эльф рассказал ей, как погиб её муж. Во время битвы что-то пошло не так, и Дэрин прыгнул в один из демонских порталов, разя врагов своим топором, стараясь выиграть время, чтобы другие могли исправить ошибку. Он не смог уйти от взрыва, запечатавшего порталы, но он пал героем, и многие века его подвиг будут воспевать барды.

Она вспоминала всё, что произошло с ней в гномьих горах: как она выиграла у Дэрина в поединке с выпивкой, как он заступился за неё перед Радмиром, как спас её от демонов, как он смотрел на неё перед битвой. В её голове проносились фразы: «…Дэрин влюблённый… Просто скажи „да“… Он не смог уйти от взрыва… А с чего ты решила, что это слухи?.. Я тебя держать не стану… А, по-моему, ты просто глупа… Он не смог уйти от взрыва…»

«Он не смог уйти от взрыва! Он не смог уйти от взрыва! Он не смог уйти от взрыва!» – стучало у неё в висках. И, больше не имея сил терпеть эти удары, она шагнула вниз. Лишь цветок с пятью лепестками янтарного цвета остался лежать на полу…



Тёплая летняя ночь была напоена ароматами трав, цветов, вина и веселья. Был Минамар – пир в честь Кермины. На её праздники всегда собирались не только богатый, но и простой люд. Этим балы богини отличались от других праздников. Кермина дарила свою любовь и благосклонность всем, не делая различия в нарядах и происхождении. Её пиры сопровождались множеством огней, музыкой и танцами, большим количеством различных угощений, великолепными нарядами гостей и сверкающей красотой храмов и замков. Даже простолюдины старались надеть самое лучшее и красивое из того, что хранилось в их сундуках. В такие вечера все были равны и веселились до самого утра. А когда пир заканчивался, люди с нетерпением ждали следующего года, чтобы вновь повеселиться от души.

Была на пиру и Златея, двадцатилетняя жрица Кермины, обладательница больших зелёных глаз и пышной копны светлых волос, поблескивающих медью. Она стояла у стены и смотрела на танцующие пары. Девушка видела всё, что было скрыто в глубине их сердец. «Вот парочка безумно любит друг друга, но у них нет будущего, ибо один из них не доверяет другому. А вот у следующей пары всё только начинается. Здесь любви нет, только страсть, а вон та бедняжка страдает от безответной любви…»

Музыка всё играла, не останавливаясь, пары всё кружились и кружились в бесконечном танце.

– Златея! Златея! Ты чего столбом стоишь? Пойдём с нами танцевать! – Шумной толпой, хихикая и перешёптываясь, к девушке подбежали служители Кермины.

В этой многообразной и пёстрой толпе адептов богини легко было узнать по их зелёным одеждам. Девушки были облачены в короткие туники, перехваченные изумрудного цвета поясами, юноши носили светло-зелёные рубашки и штаны.

– Ну же, давай! – Один из жрецов потянул её за руку.

– Нет! Я не хочу!

– Ну и бука же ты! – засмеялась одна из девушек. – Тогда тебе и факелы у алтаря проверять!

Смеясь, они убежали, оставив Златею в одиночестве. А Златея, тяжело вздохнув, начала пробираться к двери, лавируя среди танцующих. Иногда ей приходилось замирать на месте, чтобы ни с кем не столкнуться, или протанцовывать несколько шагов, пристроившись к какой-нибудь парочке. Какой-то мужчина с большими густыми усами схватил жрицу за талию, привлёк её к себе и начал кружить в танце. Оказавшись у дверей, девушка с трудом высвободилась из его объятий и остановилась спиной к выходу. А её партнер по танцу, найдя себе другую спутницу, продолжил кружить по залу.

Златея повернулась на каблучках, намереваясь покинуть бальный зал, но получилось у неё это так резко и неуклюже, что она начала падать прямо в объятия юноши, секундой ранее вошедшего в комнату.

– Осторожнее, прелестница! Не стоит падать, тем более на незнакомцев. Последствия могут быть непредсказуемыми, – сказал тот с легкой усмешкой.

Высвобождаясь из его объятий, Златея невольно задержала взгляд на его мускулистой груди, видневшейся через широко распахнутый косой ворот шёлковой рубашки кремового цвета.

– О, извините меня, тан, прошу вас. Я… такое со мной редко случается. – Щёки девушки запылали от смущения.

– Антон. – Незнакомец склонился в лёгком поклоне.

Каштановые волосы упали ему на глаза, но он небрежным жестом откинул их назад.

– Златея, жрица Кермины.

– Жрица Кермины? – Он слегка прищурил свои карие глаза, в которых бегали весёлые искорки. – Значит вы, прелестница, знаете всё о любви?

– Не совсем, – улыбнувшись, ответила жрица. – Всё о любви знает богиня, а я лишь её скромная послушница.

– А я – воин, наёмник, и многое знаю о страсти и похоти. А вот с любовью сталкиваться не приходилось. Не могла бы ты, милая Златея, просветить меня на эту тему?

– Каким же образом?