Дженнифер Ли Арментроут
Из крови и пепла

Я убрала чутье, но слишком долго была открытой и теперь настроилась на ее страдание.

– Кто это? – Ее голос был хриплым от слез, глаза опухли.

– Та, кто может тебе помочь, – ответил Виктер очень знакомым мне тоном.

Он всегда говорил так спокойно, когда я готова была действовать в порыве гнева и натворить что-нибудь совершенно безрассудное. По мнению Виктера, такое случалось слишком часто.

– Пожалуйста. Впусти нас.

Ее пальцы застыли на пуговице под горлом, она коротко кивнула и отступила. Я вошла следом за Виктером, изучая тускло освещенную комнату, которая оказалась одновременно кухней и жилым помещением. В доме не было электричества, только масляные лампы и жирные восковые свечи. Ничего удивительного, хотя в Нижний квартал электричество было проведено, чтобы освещать улицы и некоторые деловые здания. В домах оно есть только у богатых, а таких в Нижнем квартале не водилось. Богачи живут ближе к центру Масадонии, около замка Тирман и как можно дальше от Вала.

Но здесь Вал маячил совсем рядом.

Я старалась не дышать глубоко и не замечать того, как горе женщины раскрасило маслянисто-черным стены и пол. Ее боль собралась здесь, среди безделушек и глиняных тарелок, стеганых одеял с обтрепанными краями и старой мебели. Сцепив руки под плащом, я сделала очередной вдох, на этот раз глубже, и огляделась.

На деревянном столе – фонарь и горящие ароматические палочки. Несколько кресел перед кирпичным камином. Я обратила внимание на закрытую дверь рядом с камином. Присмотрелась, склонив набок голову в капюшоне. На ближайшей к двери каминной полке лежало узкое лезвие. В слабом свете оно казалось бордовым.

Кровокамень.

Женщина приготовилась управиться сама. Судя по тому, что она чувствует, у нее ничего не выйдет.

– Как тебя зовут? – спросил Виктер, откинув капюшон.

Он всегда так делал. Показывал лицо, чтобы успокоить семью или друзей, снять напряжение. На его лоб упал светлый локон. Он повернулся к женщине.

Я же не стала раскрывать себя.

– А… Агнес, – ответила она, сглотнув. – Я… я слышала о белых платках, но я… я сомневалась, что кто-то придет. Думала, это какая-то выдумка или обман.

– Это не обман. – Виктер был одним из самых опасных гвардейцев в городе, если не во всем королевстве, но я знала, что Агнес видит в его голубых глазах только доброту. – Кто болен?

Агнес сглотнула еще раз и на мгновение зажмурилась так, что кожа вокруг глаз сморщилась.

– Мой муж, Марлоу. Он следопыт с Вала и… и он вернулся домой два дня назад… – У нее перехватило дыхание, и она тяжело выдохнула. – Его не было несколько месяцев. Я так ему обрадовалась. Я сильно по нему скучала и каждый день боялась, что он погиб на дороге. Но он вернулся.

Мое сердце сжалось, словно его стиснули в кулаке. Я подумала о Финли. Был ли он следопытом из той же группы, что и Марлоу?

– Поначалу казалось, что ему немного нездоровится, но в этом не было ничего необычного. У него выматывающая работа, – продолжала Агнес. – Но позапрошлой ночью… начали появляться признаки.

– Позапрошлой? – В голос Виктера пробрались нотки тревоги, и мои глаза расширились от ужаса. – И ты ждала до сих пор?

– Мы надеялись, это что-то другое. Простуда или грипп. – Она опять схватилась за пуговицы. Из деревянных кругляшков уже торчали нитки. – Я… я до прошлой ночи не знала, что это не просто простуда. Он не хотел, чтобы я знала. Марлоу – хороший человек, понимаете? Он не пытался скрыть. О-он собирался позаботиться о себе, но…

– Но проклятие этого не позволит, – закончил за нее Виктер, и она кивнула.

Я глянула на дверь. Проклятие у всех развивается по-разному. У одних за считаные часы, у других – за день или два. Но я не знала случаев, чтобы ушло больше трех дней. Когда он уступит – это вопрос времени, возможно, нескольких часов… или даже минут.

– Все хорошо, – заверил ее Виктер, но на самом деле хорошо не было. – Где он сейчас?

Прижав ладонь ко рту, она дернула подбородком в сторону закрытой двери. На рукаве ее блузки виднелись темные пятна.

– Он все еще он, – ее слова прозвучали немного приглушенно. – Он… он все еще здесь. Вот так он хочет уйти к богам. Самим собой.

– В доме есть еще кто-нибудь?

Она покачала головой, испустив еще один прерывистый вздох.

– Вы попрощались? – спросила я.

Женщина дернулась на мой голос, и ее глаза расширились. Плащ на мне довольно бесформенный, так что она удивилась, услышав женский голос. Очень неожиданно увидеть женщину в такой ситуации.

– Это ты, – прошептала она.

Я улыбнулась.

Виктер не улыбался. Краем глаза я заметила, что его рука опять легла на рукоять меча.

Внезапно Агнес начала двигаться. Виктер бросился было вытаскивать меч из ножен, но прежде чем он или я успели среагировать, женщина рухнула на колени передо мной. Склонив голову, она сложила руки под подбородком.

Я вытаращила глаза под капюшоном и медленно перевела взгляд на Виктера.

Он выгнул бровь.

– О тебе говорят, – прошептала она, коротко и резко раскачиваясь. У меня чуть не остановилось сердце. – Говорят, что ты – дитя богов.

Я заморгала, по коже поползли мурашки. Мои родители были из плоти и крови. Я определенно не дитя богов, но в Солисе многие так думают о Деве.

– Кто такое сказал? – спросил Виктер, взглядом предупредив меня, что об этом мы поговорим позже.

Агнес покачала головой, ее щеки были залиты слезами.

– Я не хочу никого втягивать в неприятности. Пожалуйста. Так говорят не со зла и не ради сплетен. Просто… – Она осеклась, посмотрела на меня и почти шепотом договорила: – Говорят, у тебя есть дар.

Определенно кто-то разболтал. У меня по спине пробежала дрожь, но я проигнорировала ее. Боль женщины пульсировала и горела.

– Я не важная персона.

Виктер шумно вдохнул.

– Агнес, пожалуйста.

Я сняла перчатки и положила в карман. Украдкой глянув на Виктера, протянула ей руку из тяжелых складок плаща.

Она уставилась на меня.

Позже мне придется многое выслушать, но любая нотация стоит этого.

Агнес медленно прижала свою ладонь к моей. Пока она вставала, я обхватила пальцами ее холодную руку, думая об искрящемся золотистом песке вокруг моря Страуд, о тепле и смехе. Представила своих родителей, их черты со временем стали нечеткими и расплывчатыми. Ощутила теплый влажный бриз в волосах и песок под ногами.