Берта Свон
Невеста – такая работа


Собеседница слушала внимательно, судя по сосредоточенности, запоминала сказанное. Что ж, Витор не солгал здесь практически ни в чем. Когда он замолчал, невеста кивнула:

– С этим понятно. Теперь что касается нашего знакомства. В таких условиях вариантов немного.

– Вы приехали с отцом или братом из провинции, – Витор уже думал на эту тему, и несколько заготовок у него было. – Всепоглощающей любви между нами нет, но симпатия, по которой многие заключаю брак, существует.

Предыстории Алиса так и не услышала. Жених тщательно скрывал все, что касалось его прошлого. О причинах рассказал, и то с видимым трудом. В принципе, Алиса могла его понять. Она сама не любила говорить о себе, а уж тем более – раскрывать душу первому встречному. Но у нее все больше складывалось ощущение, что играть придется на чужом поле, в полной темноте. И попробуй тут изобрази даже не любовь, а хотя бы симпатию, когда из всех желаний росло и процветало лишь одно – желание собственноручно прибить Эльнара.

– На чем основывается симпатия? Я могу понять брак по договору. Если я из провинции, то имя и деньги мне не помешают. Но симпатия… Вы помогли мне в чем-либо? Спасли от кого-нибудь? – пыталась нащупать почву Алиса. – Мне нужно знать, от чего отталкиваться, чтобы достоверно сыграть роль.

Глаза жениха недовольно блеснули. Но ответил он вежливо. Пока.

– Не думаю, что это так уж важно. Вряд ли мать и сестры станут расспрашивать вас об этом.

Алиса скрыла усмешку. Нелюдимый затворник. Может, как алхимик он и состоялся, но в психологии, особенно женской, понимает мало. Не станут расспрашивать. Да их в первую очередь заинтересует эта деталь. А если тот образ матери, который Алиса успела себе нарисовать, верен хотя бы на десять процентов, то ее игру раскроют в два счета.

– Вы не общаетесь с родственниками, – не спросила, констатировала она, – мало бываете в обществе, а потому не можете утверждать, что правы. Женщинам свойственно любопытство. И если вы хотите увидеть невесту-стерву, способную внушить матери и сестрам отвращение к вашему браку, то нужно продумать все детали. Иначе меня раскроют. И вам придется жениться, и уже не на мне.

Все оказалось не таким уж простым, как последние сутки рисовал в своем воображении Витор. Заготовки не годились, невеста слишком многое брала на себя и постоянно умничала, но в ее словах Витор чувствовал правоту. Он не привык к общению с равными, не переносил людей и старался видеться с родными не чаще одного раза в несколько лет. Теперь же… Теперь ему предстояло серьезное испытание.

Повод для симпатии. Витор такого повода не видел. Сам он считал, что довольно титула и состояния, чтобы простушка из провинции согласилась на брак с ним. Но… Проклятое но… И здесь невеста была права. В этом случае и мать, и сестры, скорее всего, действительно увидят договорной брак. Ни любви, ни даже симпатии, как оказалось, деньги принести не могли.

Витор выругался. Пока про себя.

– Хорошо, пусть так. Ваше предложение? От чего я вас могу спасти? Или не вас? От разорения вашего отца?

– Опять деньги, – покачала головой невеста. – И снова мы приходим к договорному браку.

Желание выругаться вслух возросло. Да что ж такое! Всего-то и надо, что продержаться три недели. И все! Нет, сиди придумывай никому не нужные мелочи, трать драгоценное время, которое мог бы провести с большим толком!

Затея с невестой Витору больше не нравилась. Да и она сама тоже, кроме желания уложить ее в постель, никаких других положительных чувств не вызывала.

Глава 6

День отошел, и все с ним отошло:

Сиянье глаз – и трепет льнущих рук —

Ладоней жар – и мягких губ тепло —

И томный шепот, нежный полузвук.

И вот мои объятия пусты,

Увял цветок, и аромата нет,

Прекрасные затмилися черты;

Блаженство, белизна, небесный свет —

Все, все исчезло на исходе дня,

И догорает страсти ореол,

И, новой, тайной негою маня,

Ложится ночь; но я уже прочел

Все – до доски – из требника любви;

Теперь уснуть меня благослови.

Джон Китс. «День отошел, и все с ним отошло»

Алису воспитывала посторонняя тетка. Никто и никогда не рассказывал ей о родителях. Постоянно замученная несколькими работами, кормившими саму тетку, ее двоих детей и Алису, тетка была скупа на эмоции и редко удостаивала ласки «мелюзгу», как она ласково звала троицу, не делая особой разницы между родными и приемной. Алиса с детства привыкла держать чувства под контролем, а потому прекрасно понимала ощущения, которые должен был испытывать жених. Понимала, но не принимала. На что-то же он рассчитывал, когда обращался в агентство? Какой-то план у него был, пусть и сырой? Почему же теперь, когда дошло дело об обсуждения стратегии поведения, он строит из себя древнего Сфинкса напополам с вытащенной из воды рыбой?!

«Скотина ты, Эльнар, – тоскливо подумала Алиса. После командировки в этот мир ей придется потратить значительную сумму на психолога, если не на психиатра, потому что жить под одной крышей с таким угрюмым типом и не разнести все здесь на второй день, сродни чуду, – ничего, я когда-нибудь вернусь, и тогда ты у меня попадешь в ближайший женский гарем. Будешь ублажать хозяйку, урод».

Взбодрив себя подобным способом и в красках представив начальника в образе постоянного мальчика для секса, Алиса с чистой душой вернулась к разговору.

– Если у вас нет ни единой мысли насчет нашего знакомства, я могу сыграть восторженную дурочку, – предложила она. – От стервы там останется мало, но вопросов к провинциалке возникнуть не должно.

На лице жениха отобразилось явное облегчение.

– Пусть так, – кивнул он. – Пусть будет дурочка. Главное, сыграйте так, чтобы родственники от меня отстали.

«Тогда мне придется разнести этот замок по камешку, – мрачно усмехнулась про себя Алиса, – потому что ничто другое, боюсь, этих самых родственников не переубедит».

Впрочем, карт-бланш был получен, осталось в одиночку продумать план действий. А к этому Алисе уже было не привыкать.

– Если разговор закончен и мы все обсудили, то я лучше пойду, – предложила она.

Жених снова кивнул, на этот раз с бОльшим энтузиазмом.

Оказавшись в своей комнате, Алиса встала у окна, задумчиво взглянула на скалы.

– Интересно, – пробормотала она, рассматривая унылый пейзаж снаружи, – сколько проживет один конкретный эльф, если его выбросить из этого окна?

Напряженный член легко и неспешно входил в широкий полный зад служанки. Она, уже возбужденная, не стесняясь, громко стонала и змеей извивалась под Витором. Он снова и снова доставлял удовольствие им обоим, чувствуя скорое приближение разрядки.

Витору нужно, просто жизненно необходимо было сбросить напряжение, а потому сразу после ужина он позвал в свою спальню одну из любительниц постельных игр. Он бездумно помял вывалившуюся из форменного платья пухлую грудь минутной любовницы. Еще несколько резких движений, и Витор, наконец, кончил. Он вытащил обмякший член, и сперма полилась по покатым белоснежным бедрам служанки.

Струи прохладной воды взбодрили размякшее тело, смыли с него и усталость, и грязь, и раздражение, вызванное не совсем удачным ужином с невестой. Тщательно вытираясь широким банным полотенцем, Витор вспоминал их разговор, снова и снова. Он не мог не признать, что в чем-то невеста оказалась права. Мать и сестры жили эмоциями. Им надо было показать красивую картинку хорошо поладивших между собой будущих жениха и невесты. Что оставалось за таким ярким фасадом, никого не интересовало.

– Рорршагр оргоррррнорт торраннотрр! – выдал недовольный сложившейся ситуацией Витор любимое ругательство троллей, надел темно-коричневый домашний костюм и отправился в дальнюю часть замка, туда, где его ждали колбы с ретортами. Они уж точно проблем не доставят.

С алхимическим оборудованием Витор обращаться умел и любил. Бессловесные вещицы никогда не доставляли столько проблем, сколько живые существа. С ними можно было провести хоть несколько часов бок о бок, ни разу не расстроившись и не обидевшись. А еще рядом с ними было тихо и спокойно. Именно это и требовалось в настоящий момент уставшему от общения с невестой Витору.

Ночь прошла спокойно и даже без сновидений, что было редкостью для Алисы. «Вы излишне эмоциональны, при этом постоянно подавляете свои чувства и не выплескиваете эмоции наружу», – сообщил ей в свое время психолог-андроид, объяснив, почему ее чуть ли не с самого рождения преследуют кошмары. Рекомендации были просты и незатейливы: частый секс, физические упражнения, экстремальные ситуации. С ненормированным графиком работы Алисы позволить она могла себе разве что первое, и то далеко не всегда. Но кто ж спорит с дипломированным психологом. Ему уж точно неинтересно знать, по какой причине не выполняется ни одна из его рекомендаций.