Терри Пратчетт
Мерцание экрана

Сказал я, и улыбка его стала теплей.
«Ништяк! – он мне ответил. – Голосовать – отстой»,
Соорудив цигарку со странною травой.
А после он поведал, как завтра провести
День так, чтобы надолго экстаз приобрести.
И «Фестиваль семерок»[3 - Неподалеку от города Гластонбери (Великобритания) с 1970 года проводится Гластонберийский фестиваль современного исполнительского искусства (англ. Glastonbury Festival of Contemporary Performing Arts, часто сокращаемый до Glastonbury или Glasto). Мероприятие с первых лет своего существования получило репутацию «британского Вудстока» и традиционно считается одним из главных событий музыкального года в Британии. Фестиваль в Гластонбери славится прежде всего своими рок-концертами, однако в рамках его проходят также многочисленные выступления танцевальных, фольклорных, театральных и цирковых коллективов, устраиваются художественные экспозиции. «Фестиваль семерок» указывает на год написания стихотворения – 1977 г.], и Тор[4 - Гластонбери-Тор, или Холм святого Михаила, – естественный холм высотой 145 метров, над которым вздымается средневековая башня церкви св. Михаила, поврежденной землетрясением 11 сентября 1275 года. Издревле Тор связан в народных поверьях с легендами о короле Артуре. В настоящее время холм привлекает внимание оккультистов и исследователей паранормальных явлений, которые признают его за портал в потусторонние миры.], само собой –
Космических преданий там хватит с головой.
Но, пару миль проехав, вновь тормозить пришлось –
Еще четыре путника к обочине плелось.
Дорогой утомленный, печален был их вид,
И в воздухе носился уныния флюид
Промеж них. Я закинул назад их скудный скарб –
Три рюкзака, палатку и парочку гитар.
Один уфолог был, другой сказал, что сеть
Геомагнитных точек есть, и можно рассмотреть
Скопление их в Гластонбери. А девушка одна
В глубины астрологии была погружена.
«Ты же весы?». «Нет». «Овен?». «Нет». «Не верится, ведь я
Не ошибаюсь никогда», – сказала мне она.
«Наверное, ты дева?». «Нет». Затем, подумав: «Лев?
Или, быть может, скорпион?» – спросила нараспев.
«Рак?.. Рыбы ты?.. Телец?» «О да», – я отвечал.
Подобный колокольчику смех женский прозвучал.
В ладоши хлопнув, леди воскликнула: «Ура!
Опять я угадала!» Но тут еще одна
Девчоночка вся в черном остановила нас.
«Здоровья! – объявила она нам всем тотчас,
В машину забираясь. – Увы, судьба моя
Всегда машины тормозить, поскольку ведьма я».
«Ого!» – сказал искатель сокрытых тайн в земле,
Представив ведьму голой верхом на помеле.
А я подумал: «Девочка, встречал таких как ты
На многих вечеринках я, и все видал понты.
Сначала по рукам гадаешь ты и много пьешь
С надменным видом, а потом под лестницей блюешь».
Семь человек в фургоне плюс палатки, рюкзаки…
Вес для подвески старой – отнюдь не пустяки.
Колеса издавали ужаснейший скулеж,
Лишь только – пусть совсем слегка – на тормоза нажмешь.
А дальше вышло то, что я обязан рассказать:
Нам семерым чуть не пришлось взглянуть судьбе в глаза.
Послушайте, инспектор, я спокойно вел фургон,
Недоуменно слушая таинственный жаргон
Своих попутчиков, и вроде спор их о
Реинкарнации, что для меня темно.
Ибо мне кажется, что если я умру,
То только в виде трупа себя я претворю.
Но это к слову. А теперь скажу я честно вам,
Как получилось, что мы чуть не разбились в хлам.
Коровье стадо поперек дороги вдруг пошло.
Я тормозить стал, но фургон тяжел был, как назло.
Когда дорога горяча и шины – быть беде.
Нас занесло таинственно. Ну и, вы знаете,
Фургон, как будто стиснув зубы, дернулся вперед.
Все пассажиры побледнели, чувствуя исход.
Все – сумки, тапки, бусы, шнурочки, бубенцы –
Посыпалось в салоне, как в бочке огурцы.
Сносить машину продолжало, стал молиться я,
Чтоб цифра «семь» не значила приход небытия.
Вскричала ведьма: «Господи!», тем самым подтвердив:
Не следует чураться и других альтернатив.
Но, наконец, с геройским скрипом тормознули мы,
Застывши в семи дюймах от большого вымени.
И должен вам сказать как есть, нисколько не тая,
Что Гластонбери всякий раз нервирует меня.
Ужасный мелкий городок скулящих торгашей,
Битком набитый сонмом понаехавших гостей…
Я высадил их возле Тора и надеюсь, что
Нашли они и обрели кусок Земли Святой…
Священной для чего? Не ведаю сего.
Ведь Гластонбери окружает тайный ореол.
Я атеист и жизнелюб, но стал вдруг размышлять:
Что же еще, кроме коров, я должен был понять?..

Хуже дурака только старый дурак, стоящий в английской очереди

Газета Bath and West Evening Chronicle, 14 января 1978 г.

Это одна из тех вещей, которые создаются, чтобы выпустить пар. Вы подвергаетесь тому, что покойная Патрик Кэмпбелл[5 - Стелла Патрик Кэмпбелл (1865–1940) – английская актриса и близкая подруга писателя и драматурга Бернарда Шоу, известная участием в пьесах Уильяма Шекспира, Бернарда Шоу, Артура Пинеро, Мориса Метерлинка, Генрика Ибсена и др. Героиня пьесы «Милый лжец».]называла «жизненными невзгодами», но вместо того чтобы вымещать раздражение на живых людях, изливаете гнев на бумагу во время перерыва на чай – и благополучно об этом забываете. А потом эти записи оказываются здесь.

Текст телевизонного выступления достопочтенного Мориса Плясуна – новоназначенного Министра по делам очередей, которое вскоре будет представлено широкой публике.

Добрый вечер! Обратите внимание, как я решительно произнес «добрый вечер». Я не стал тянуть и откладывать на потом. Я пришел и сказал сразу, как есть: добрый вечер!

Многие из вас наверняка зададутся вопросом: зачем нужен Министр очередей? Ну, это же очевидно! В конце концов, на дворе уже (бросает взгляд на информационную доску позади камеры) 1978 год – эпоха реактивных двигателей. И мы все должны, ха-ха (ухмыляется), как-то примириться с этим фактом и по возможности не сбрендить… в смысле, не свихнуться. Не чокнуться. Не потерять разум.

Наше Правительство в своей неусыпной заботе о гражданах обратило внимание, что многие жители нашей страны слишком долго стоят в очередях. Созданная нами Комиссия Равных Скоростей обязательно примет меры, призванные решить эту проблему. Даже не сомневайтесь.

Взять, к примеру, почтовые отделения. Иногда нам нужна обыкновенная марка за десять с половиной пенни. Естественно, мы идем на почту, встаем там в очередь, но почти всегда прямо перед нами оказывается кретин, желающий отправить посылку с живыми муравьями куда-нибудь в Боливию, обновить права на управление газонокосилкой и готовый ударить любого, кто помешает ему заполнить чудовищных размеров бланк!

Естественно, все стоящие за нами в очереди немедленно перебегают к трем другим свободным кассам, а этот эгоистичный олух достает кошелек и начинает расплачиваться самыми мелкими монетами! С чрезвычайно самодовольным видом! (осознав, что до сих пор стоит, министр неловко покашливает, поправляет галстук, садится, приглаживает волосы)

Извините, немного увлекся. А теперь – банки. Вы идете к стойке быстрого обслуживания обналичить чек, скажем, на десять фунтов, как вдруг внезапно выясняется, что дама, стоящая перед вами, оказывается, желает произвести сложную финансовую транзакцию, для которой требуются множество телефонных звонков и выписки из больших учетных книг.

Естественно, вы бросаетесь к соседней стойке, но в этот момент стоящий возле нее мужчина открывает портфель и вынимает десятки маленьких мешочков с монетами, которые обязательно нужно взвесить и пересчитать!

Сколько раз вы приезжали на железнодорожный вокзал, будучи уверенными, что времени до отхода поезда вполне хватит, и тут же натыкались у кассы на какого-нибудь беззаботного человека, вступающего в длительные переговоры об обратном билете во Владивосток? Причем кассир, вместо того чтобы вежливым движением руки отправить его в конец очереди, вступает с ним в диалог, поскольку этот билет стоит намного больше, чем обычные на электричку до Лондона.

О да! Таких, как он, я примечаю в любой толпе! Он из той породы людей, кто успевает втиснуться на автозаправку вперед меня, а затем очень медленно наполняет бак машины из одной-единственной доступной колонки. Казалось бы, нам всем хорошо известно, как заставить эти приспособления для самообслуживания заливать по десять галлонов бензина за секунду, но не таков этот парень! О нет, он теребит заправочный пистолет, словно подозревает в нем попытку утаить несколько капель, а когда наступает черед оплаты, он вынимает чековую книжку, о-о-очень медленно осведомляется у продавца, какую ставить дату, а затем говорит: «Кстати, извините за беспокойство, у вас есть ремень вентилятора охлаждения для «Остин Трандлер» 1954 года?»