Терри Пратчетт
Мерцание экрана


– Руль влево! – хрипло заорал Ринсмангл. – Теперь выровнять!

На несколько минут кабина наполнилась криками и стуками, пока гномы жали и тянули органы управления. Грузовик мотало из стороны в сторону, несколько раз он заезжал на тротуар, но, по крайней мере, продолжал ехать. Ринсмангл осмелел настолько, что даже отдал команду переключить передачу.

Грузовик рыскал и грохотал по темным улицам Блэкбери, иногда задевая бортами фонарные столбы. Время от времени с жутким лязгом переключались передачи.

Управлять им было не просто. К тому времени, когда до ушей нижних гномов долетала команда Ринсмангла, обычно бывало уже слишком поздно. Хорошо еще, что в это время на улицах почти не бывает машин, иначе они непременно бы попали в неприятную аварию.

Проскочив перекресток на красный свет, они выехали на главную улицу Блэкбери, сбив по дороге чей-то почтовый ящик. Перьеголовый глядел в огромное зеркало высоко над ними, в котором отражалось то, что происходит сзади.

– Там машина с большими мигающими синими фонариками, – сказал он как бы между прочим. – Слушай! Кажется, на ней воет сирена…

– Я уверен, что это для красоты, – ответил Ринсмангл, который на самом деле даже не вслушивался. – Эй, гляди! Мы выехали на прямую дорогу из города. Пора переключаться на верхнюю передачу!

Раздался глухой удар и скрежет, но гномы уже набрались опыта, так что грузовик со свистом помчался дальше, по-прежнему рыская из стороны в сторону.

– Машина с мигающими фонариками все время пытается нас обогнать, – доложил Перьеголовый. – Ух! Мы на нее чуть не наехали.

Он вытянул шею и пригляделся еще раз.

– Там внутри два человеческих существа в фуражках. Ух! Кажется, они разъярены.

– Наверное, кто-то расстроился из-за всех этих фонарных столбов, которые мы сбили. Должно быть, так делать нельзя, – предположил Ринсмангл.

К сожалению, в этот момент он отвлекся и перестал смотреть на дорогу.

Грузовик с грохотом соскочил с дороги и проехал прямо через живую изгородь. За нею оказалось вспаханное поле, и гномам пришлось крепко вцепиться в веревки, когда кабину сильно затрясло.

Полицейская машина с визгом остановилась. Двое в фуражках выскочили из нее и с криками побежали за грузовиком по полю.

Грузовик сломал еще одну изгородь и вспугнул стадо коров. Ринсмангл посмотрел в окно. Впереди был лес, а за ним тянулись к небу вересковые склоны Ровной Пустоши.

– Приготовиться покинуть грузовик! – крикнул он.

Машина углубилась в лес и заглохла посреди густых зарослей ежевики. Внезапно стало очень тихо.

В следующие очень напряженные пять минут гномы выгружали свои пожитки из кузова грузовика. К тому времени, когда до них добежали полицейские, гномы уже скрылись с глаз. Ринсмангл и Перьеголовый сидели на высокой ветке ежевики и смотрели, как вокруг брошенного грузовика ходят озадаченные мужчины. Покопавшись в кабине и не обнаружив там ничего, кроме маленьких веревок и лестниц, они побрели прочь, о чем-то споря.

Когда полицейские окончательно ушли, гномы повыползали из своих укрытий и собрались вокруг Ринсмангла.

– Отсюда до Ровной Пустоши всего несколько сотен ярдов, – объявил он. – Предлагаю день переждать здесь и следующей ночью тронуться в путь!

Гномы разожгли костры и принялись готовить завтрак. Многие задавались вопросом, каково это – снова поселиться на природе после столь долгого пребывания в городе. Конечно, многие малыши (я имею в виду тех, кто был даже меньше, чем средний гном) ждали этого с предвкушением. Но все уже понимали, что предстоит много тяжелой работы.

На следующее утро браконьер, вернувшийся домой к завтраку, рассказывал жене, что видел множество маленьких огоньков, карабкавшихся вверх по склонам Пустоши. Она не поверила ему, но, возможно, поверишь ты?

Дышите коротко и экономно

Газета Bath and West Evening Chronicle, 9 октября 1976 г.

Неумолимый поток времени размыл память о том, что именно побудило меня написать эту вещичку. Вероятно, идея возникла после того, как я прослушал слишком много незрелых идей от слишком многих незрелых политиков, которые во что бы то ни стало пытались проявить отеческую заботу, но удивительным образом все портили. Такие существуют по сей день.

Обращение достопочтенного Данкана Необузданного, члена Парламента, новоназначенного Верховного главы министерства Свежего воздуха

Добрый вечер. (делает глубокий вдох)

Как вам уже, несомненно, известно, Британия столкнулась с воздушным кризисом угрожающих масштабов. В некоторых районах запасы свежего воздуха иссякли до угрож… нет, это слово я уже говорил… до критических уровней. Почему так, спросите вы? (подходит к доске с диаграммой, стоящей за креслом)

Много лет мы были уверены в регулярных поставках свежего воздуха из Атлантики. Но, к большому сожалению, спрос уже превысил предложение. Отдельные граждане (тычет в маленькие черные цифры на диаграмме) настаивают на своем праве дышать без ограничений, лишая тем самым воздуха всех остальных людей.

(строго стучит указкой по диаграмме)

Правительство хорошо осведомлено об этой проблеме примерно с обеда, вследствие чего я обращаюсь к вам в качестве нового Верховного главы министерства Свежего воздуха вместо того, чтобы председательствовать в Подкомитете чайного столика Палаты Общин. Ведь даже нам, политикам… ха-ха… приходится дышать, хотя, конечно, некоторые из нас дышат медленнее, а другие побыстрее.

Несмотря на то что, к сожалению, жителям Южного Уэльса и промышленных районов Мидленда дозволено дышать только по восемь часов в день, в то время как Шотландия и Юг имеют достаточные запасы свежего воздуха, перераспределение воздушных масс обошлось бы нам слишком дорого.

Однако в настоящий момент рабочая группа в строгом соответствии с политикой Правительства рассматривает вопрос о принятии закона, который обяжет жителей районов с избытком свежего воздуха в строгом порядке носить противогазы, наполненные бутилированным смогом. Демократия есть демократия.

Согласно заключению метеорологов, на то, чтобы пополнить запасы свежего воздуха, нам понадобится ветер скоростью сто миль в час, дующий в течение трех месяцев подряд. Но что мы совместными усилиями можем предпринять уже сейчас?

Вот как вам надлежит поступать:

– Дышите очень медленно. Сотрудники нашего министерства уже готовят подробную инструкцию.

– Эксплуатация любых помп, вентиляторов и ветряных мельниц строго запрещена. Штраф за нарушение – 400 фунтов стерлингов. Все излишки свежего воздуха должны быть направлены в главные отрасли промышленности. Помните: для изготовления одной автомобильной шины требуется четыре миллиона кубических футов воздуха, а для производства одного кубического дюйма коврового покрытия – не менее двух тысяч микропузырьков.

– Старайтесь дышать неглубоко. Вместо этого лучше принять холодную ванну… простите… я хотел сказать, лучше обильно обтереться слюной. Министерские кошки уже готовят видеодемонстрацию.

– Засуньте в нос кусочки кирпича.

– Выдыхаемый вами воздух можно использовать для надувания шаров, шин, согрева рук и охлаждения каши.

Если мы все вместе будем следовать этим простым правилам, то уже в скором времени сможем выпятить грудь и с гордостью заявить, что британская смекалка и приспособляемость одержали очередную победу. Благодарю за внимание. (медленно выдыхает)

Сказание о Гластонбери

Газета Bath and West Evening Chronicle, 16 июня 1977 г.

На самом деле я горжусь этой вещью, в ней есть немалая доля правды. Отчетливо помню, как однажды солнечным вечером я возвращался домой из Бата и подобрал первого попутчика. А затем к нам присоединились еще несколько автостопщиков, направлявшихся в Гластонбери. Действительно, оглядываясь назад, я понимаю, что почти все мною написанное так или иначе имеет основу в реальном мире. Но, как говаривал еще Марк Твен – «я всего лишь немного подсвечиваю случившееся то тут, то там». Только сказал он это по-американски. Я определенно помню дым, валивший из-под моего фургона, и то, как поспешно опускал оконное стекло, не отводя взгляда от направлявшегося ко мне Господина Полицейского. Как бы то ни было, доехав до Гластонбери, я открыл заднюю дверь фургона и увидел там некую призрачную дымку, на которую, впрочем, никто не обратил внимания. Потом последовал ряд более приятных и лучших дней. Так что, если вдруг найдется кто-то из тех, кого я тогда подвез, то буду рад получить весточку. Впрочем, полагаю, сейчас они весьма занятые люди – работают премьер-министрами или кем-нибудь в этом роде.

Мчал фургон однажды (водителем был я),
Спешил домой к закату трудового дня.
Вдруг где-то возле Бата взметнулася рука,
И я увидел хиппи – автостопщика.
Стоял он у дороги, страдая от жары.
И вид его был жалок, и волосы мокры.
Уже он был не молод, вернее – не совсем.
И что устал он очень, внушал он видом всем.
«Мне в Гластонбери нужно». «Запрыгивай скорей!» –