Сборник
Тайные письма великих людей

Терни, 27 октября 1786 г., вечеромъ.

Сидя снова въ пещер?, пострадавшей годъ тому назадъ отъ землетрясенiя, обращаюсь къ теб? съ мольбою, дорогой мой генiй-хранитель! До чего я избалованъ, я теперь только чувствую! Десять л?тъ жить съ тобою, быть тобою любимымъ, и вдругъ – очутиться въ чуждомъ мiр?! Я это представлялъ себ? заран?е, и только высшая необходимость могла заставить меня принять это р?шенiе.

Пусть не будетъ у насъ иныхъ мыслей, какъ окончить жизнь вм?ст?!

23 декабря, вечеромъ.

Позволь мн? еще поблагодарить тебя за твое письмо! Позволь забыть на минуту, что есть въ немъ бол?зненнаго! Любовь моя! Любовь моя! Прошу тебя на кол?няхъ, умоляю, облегчи мн? мое возвращенiе къ теб?, чтобы я не оставался изгнанникомъ среди безпред?льнаго мiра! Прости мн? великодушно, въ чемъ я предъ тобою провинился, и помоги мн? подняться! Разсказывай мн? почаще и побольше о томъ, какъ ты живешь. Скажи, что здорова, и что любишь меня! Въ ближайшемъ письм? сообщу теб? планъ моего путешествiя, которое я предпринялъ, и которое да благословитъ небо! Прошу тебя объ одномъ: не смотри на меня, какъ на разлученнаго съ тобою! Ничто въ мiр? не можетъ зам?нить мн? того, что я утратилъ бы, потерявъ тебя и мою тамошнюю обстановку. Если бы я привезъ съ собою силы мужественн?е переносить вс? непрiятности! Не открывай ящиковъ, прошу тебя, и не безпокойся! Поклонись Штейну и Эрнсту! Фрица поблагодари за письмо! Пусть пишетъ мн? чаще. Я уже началъ собирать для него. Онъ долженъ получить все, что хочетъ, и даже больше, ч?мъ хочетъ.

То, что ты была больна, и больна по моей вин?, такъ удручаетъ мое сердце, что я не могу этого выразить. Прости мн?! Я самъ боролся между жизнью и смертью, и никакiя слова не могутъ выразить того, что во мн? происходило. Это паденiе вернуло меня къ самому себ?. Любовь моя! Любовь моя!

Палермо, 18 апр?ля 1787 г.

Любовь моя! Еще прощальное слово изъ Палермо! Я могу только повторить теб?, что здоровъ и доволенъ, и что путешествiе мое принимаетъ н?кiй образъ. Въ Неапол? оно оборвалось черезчуръ тупо. Изъ моихъ записокъ ты увидишь кое-что подробн?е; о ц?ломъ, о моемъ душевномъ состоянiи, о счастливыхъ сл?дствiяхъ, которыя я ощущаю, ничего не могу сказать и не скажу. Это – неописуемо прекрасная страна, хотя сейчасъ я знаю всего лишь кусочекъ ея берега. Сколько радостей доставляетъ мн? ежедневно мое малое знанiе естественныхъ наукъ, и насколько больше долженъ бы былъ я знать, если бы моей радости суждено было стать полной. То, что я готовлю вамъ, удается мн?. Я уже проливалъ слезы радости при мысли о томъ, что обрадую васъ. Прости, дорогая. Сердце мое съ тобою, и теперь, когда разстоянiе и разлука очистили все, что стояло въ посл?днее время между нами, прекрасное пламя любви, в?рности и воспоминанiй снова ярко горитъ и св?титъ въ моемъ сердц?. Поклонись Гердерамъ и вс?мъ, и не забывай меня!

(Веймаръ), 1 iюня 1799 г.

Благодарю тебя за письмо, оставленное для меня, хотя многое въ немъ меня огорчило. Я медлилъ отв?чать на него, такъ какъ въ подобныхъ случаяхъ трудно быть искреннимъ и не оскорбить.

Какъ сильно я тебя люблю, какъ глубоко сознаю мои обязанности по отношенiю къ теб? и къ Фрицу, – я доказалъ моимъ возвращенiемъ изъ Италiи. Герцогъ хот?лъ бы, чтобы я былъ еще тамъ, Гердеръ по?халъ туда, и такъ какъ я не вид?лъ, что могу быть ч?мъ-нибудь полезнымъ насл?дному принцу, то у меня едва ли могло быть что-нибудь на ум?, кром? тебя и Фрица.

О томъ, что я покинулъ въ Италiи, не буду повторять, ты достаточно недружелюбно встр?тила мое дов?рчивое признанiе объ этомъ.

Къ сожал?нiю, ты была въ странномъ настроенiи, когда я прi?халъ, и, признаюсь чистосердечно, то, какъ ты меня приняла, и какъ меня приняли другiе, было мн? крайне чувствительно. Я проводилъ Гердера, герцогиню, оставилъ незанятымъ настойчиво предлагавшееся мн? м?сто въ экипаж?, остался для радости, какъ для радости и прi?халъ, и въ ту же минуту долженъ былъ позволить упорно повторять себ?, что могъ бы и не прi?зжать, что не сочувствую людямъ и т. д., и все это раньше, ч?мъ р?чь могла зайти о той связи, которая тебя, повидимому, такъ оскорбляетъ.

И что это за близость? Кому она вредитъ? Кто выражаетъ притязанiя на ощущенiя, которыя я доставляю несчастному созданiю? Кто претендуетъ на часы, которые я провожу съ нею?

Спроси Фрица, Гердеровъ, спроси каждаго, кто мн? близокъ, сталъ ли я мен?е участливъ, мен?е сообщителенъ, мен?е д?ятеленъ въ отношенiи моихъ друзей, ч?мъ раньше? Разв? теперь я не принадлежу имъ и обществу гораздо больше?

Было бы чудомъ, если бы мн? суждено было утратить самое лучшее, самое сердечное отношенiе мое къ теб?.

Какъ сильно почувствовалъ я, что оно во мн? еще живо, когда однажды засталъ тебя расположенною бес?довать со мною объ интересныхъ предметахъ.

Но признаю, что не могу больше переносить того, какъ ты до сихъ поръ со мною обращалась. Когда я бывалъ разговорчивъ, ты закрывала мн? ротъ, когда я бывалъ сообщителенъ, ты обвиняла меня въ равнодушiи, когда я бывалъ д?ятеленъ въ отношенiи друзей, ты обвиняла меня въ холодности и небрежности. Ты сл?дила за мал?йшимъ выраженiемъ моего лица, порицала каждое мое движенiе, мою манеру держать себя, и всегда приводила меня въ дурное расположенiе духа. Гд? было сохраниться дов?рiю и чистосердечiю, когда ты отталкивала меня отъ себя умышленными капризами?

Я хот?лъ бы прибавить еще многое, если бы я не боялся, что это тебя, при твоемъ состоянiи духа, скор?е оскорбитъ, ч?мъ примиритъ со мною.

Къ несчастью, ты давно уже пренебрегла моимъ сов?томъ относительно кофе и ввела такую дiэту, которая чрезвычайно вредно отражается на твоемъ здоровь?. Мало того, что трудно превозмогать морально иныя впечатл?нiя, – ты усиливаешь еще муку и мрачность грустныхъ представленiй физическимъ средствомъ, вредъ котораго въ теченiе н?котораго времени ты понимала, и котораго изъ любви ко мн? ты одно время изб?гала, и чувствовала себя хорошо. Дай Богъ, чтобы л?ченiе и путешествiе принесли теб? пользу. Я не отказываюсь отъ надежды, что ты когда-нибудь снова меня признаешь. Прости. Фрицъ веселъ и прилежно пос?щаетъ меня. Принцъ чувствуетъ себя св?жимъ и бодрымъ.

Бельведеръ, 1 iюня 1789 г.

Г.

Гёте – Христiан? Вульпiусъ

Сегодня, дорогая крошка, я у?зжаю изъ Франкфурта и ?ду въ Майнцъ. Долженъ сказать теб?, что чувствовалъ себя хорошо, пришлось только черезчуръ много ?сть и пить. Но я буду находить пищу еще вкусн?е, когда готовить ее будетъ мн? моя душечка. Разная мелочь отходитъ также сегодня, и прибудетъ вскор? посл? этого письма. Я хот?лъ бы быть мышкой и присутствовать при распаковк?. Укладка доставила мн? большое удовольствiе. Сохрани все въ порядк?. До свиданiя, дорогое дитя. Все было довольно безсодержательно. Люби меня, какъ я люблю тебя. До свиданья, поклонись г. Мейеру, поц?луй малютку и пиши мн? скор?е.

Франкфуртъ, 21 августа 1792 г.

Г.

Я написалъ теб? уже не одно письмецо, и не знаю, когда они до тебя мало-по-малу дойдутъ. Я проз?валъ перенумеровать листки и лишь теперь съ этого начинаю. Ты опять узнаешь, что я себя чувствую хорошо, и что я люблю тебя отъ всего сердца. Если бы ты была сейчасъ со мною! Зд?сь повсюду огромныя, широкiя кровати, и теб? не пришлось бы с?товать, какъ иногда случается дома. Ахъ, дорогая! Н?тъ ничего лучше, какъ быть вм?ст?! Мы будемъ в?чно твердить это другъ другу, когда снова будемъ вм?ст?. Подумай! Мы такъ близко къ Шампани, но не можемъ достать ни одного стакана вина. Во Фрауэнплан? будетъ лучше, когда моя дорогая крошка будетъ зав?дывать кухнею и погребомъ.

Будь хорошей хозяйкой и приготовь мн? уютное жилище. Ухаживай за мальчикомъ и люби меня.

Люби меня! Ибо порою мысленно я бываю ревнивъ и представляю себ?, что теб? можетъ больше понравиться кто-нибудь другой, такъ какъ я нахожу многихъ мужчинъ красив?е и прiятн?е меня. Но ты не должна этого вид?ть, а должна считать лучшимъ меня, потому что я тебя ужасно люблю, и, кром? тебя, мн? никто не нравится. Я часто вижу тебя во сн?, вижу разную путаницу, но всегда вижу, что мы любимъ другъ друга. Пусть такъ это и останется.

Моей матери я заказалъ дв? перины и подушки изъ перьевъ, и еще много хорошихъ вещей. Сд?лай такъ, чтобы домикъ нашъ былъ въ порядк?, остальное будетъ устроено. Въ Париж? будетъ всякая всячина, во Франкфурт? есть еще разная мелочь. Сегодня отослана корзинка съ ликеромъ и тючекъ бисквитовъ. Буду постоянно присылать что-нибудь въ хозяйство. Только люби меня и будь в?рною крошкой, остальное приложится. Пока у меня не было твоего сердца, на что мн? было все остальное? Теперь, когда оно принадлежитъ мн?, я хочу удержать его. Зато и я – твой. Поц?луй малютку, поклонись г. Мейеру и люби меня.

Лагерь подъ Верденомъ, 10 сентября 1792 г.

Г.

Беттина фонъ-Арнимъ – Гёте

Беттина фонъ АРНИМЪ (1785—1859), н?мецкая писательница, восторженная поклонница Гёте, пробралась въ 1807 г., переод?тая въ мужское платье, въ Веймаръ, чтобы увид?ть Гёте, о которомъ много слышала въ д?тств?. Романъ свой съ Гёте она описала въ произведенiи: «Переписка Гёте съ ребенкомъ». Въ 1811 г. Беттина вышла замужъ за Арнима.

Вартбургъ, 1 августа, ночью.

Другъ, я одна; все спитъ, а мн? м?шаетъ спать то, что я только что была съ тобою. Гёте, быть можетъ, то было величайшимъ событiемъ моей жизни; быть можетъ, то былъ самый полный, самый счастливый мигъ; лучшихъ дней у меня не будетъ, я ихъ не приняла бы.

То былъ посл?днiй поц?луй, съ которымъ я должна была уйти, а, между т?мъ, я думала, что должна слушать тебя в?чно; когда я про?зжала по аллеямъ и подъ деревьями, въ т?ни которыхъ мы вм?ст? гуляли, то мн? казалось, что я должна уц?питься за каждый стволъ, – но исчезли знакомыя зеленыя пространства, отступили вдаль милыя лужайки, давно исчезло и твое жилище, и голубая даль одна, казалось, хранила загадку моей жизни; наконецъ, исчезла и она, и у меня ничего не осталось, кром? моего горячаго желанiя, и слезы лились у меня изъ глазъ отъ этой разлуки; ахъ, въ ту пору вспомнила я все, – какъ ты въ ночные часы бродилъ со мною, какъ улыбался, когда я гадала теб? по облакамъ, разсказывала про мою любовь, про мои прекрасные сны, какъ ты внималъ со мною шелесту листьевъ, колеблемыхъ ночнымъ в?тромъ, тишин? далекой, широко раскинувшейся ночи. И ты любилъ меня, знаю; когда за руку ты велъ меня по улицамъ, я чувствовала по твоему дыханiю, по звуку твоего голоса, по тому (какъ это объяснить), что меня словно обв?вало, – я чувствовала, что ты допускаешь меня въ твою внутреннюю, сокровенную жизнь, что въ эту минуту ты обращенъ ко мн? одной, и ничего не желаешь, какъ только быть со мною; кто можетъ отнять у меня это? Что мною утрачено? Другъ, я влад?ю вс?мъ, что когда-либо получила.


Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу
this