Дмитрий Геннадьевич Сафонов
Сокровище


Пройти путь отца – что может быть лучше?

– Вы можете пока присесть. Там, – Валентин указал на столик в углу.

Марина и Митя сели за столик. Митя подался вперед и прошептал.

– Ты так и не сказала, что там было написано.

Марина – тоже понизила голос.

– Ибо я уже становлюсь жертвою, и время моего отшествия настало, – тихо сказала она.

Именно это было написано на последней странице дневника Павла Первого.

«Мальтийцы» собрались в мастерской Кима. Помещение было не слишком просторным; большую часть комнаты занимали верстаки, миниатюрные станки, печь для обжига, стол с реактивами и стеллажи с инструментами.

– Ибо я уже становлюсь жертвою, и время моего отшествия настало, – прочитал командор и отдал страницу Виктору.

– Библейский текст, – Виктор передал листок Анне.

Анна мельком глянула на четкие ровные буквы и протянула страницу месье Жану. Тот, конечно, не упустил случая покрасоваться; немедленно сложил листок вчетверо и картинно порвал в клочки. Впрочем, ни на кого это впечатления не произвело. Обиженный вор достал из рукава целую и невредимую страницу и вручил Киму.

– Ким! Проверь бумагу и чернила, – сказал Виктор. – Возможно, там есть скрытая запись.

Ким отошел к столу с реактивами.

– Что мы будем делать с девушкой? – спросил Виктор.

Командор медлил с ответом.

– Я не вижу смысла привлекать ее к работе.

– Но она уже знает! – возразил Виктор.

– Знает – что? – командор повернулся к Виктору всем корпусом. – Про нас? Кто ей поверит? Анна!

– Глаза были завязаны. У обоих. Я ручаюсь, что дорогу сюда они не найдут.

– Вот и хорошо, – командор выглядел довольным.

– А мы – не найдем другого такого аналитика, – сказал Виктор. – На поиск страницы у нее ушло не больше часа.

Анна кивнула.

– Габриэль! Девочка, определенно, вся в отца. От нее будет толк.

– Командор! – обратился Виктор. – Не забывайте! За ней следят. Мы пока не знаем, кто. Но это – факт. Я считаю, лучше, если она будет на нашей стороне.

– А еще, у нее – красивые ножки, – задумчиво обронил месье Жан. – Хотя она дурно пахнет, – добавил он.

– Последний аргумент я бы не стала принимать во внимание, – вмешалась Анна. – Месье Жан! Вы прекратили пить таблетки, которые я вам прописала?

– Они – невкусные.

– Ну да. Они – не горькие, не кислые и не соленые. Они – вообще без вкуса!

– В этом и проблема.

– Мы отвлеклись, – мягко сказал Виктор. – Командор! Решение – за вами!

Командор повернулся к корейцу.

– Ким!

– Никаких следов тайнописи, – отозвался Ким. – Написано только то, что написано.

Габриэль да Сильва расправил плечи. В комнате стало тесно.

– Вот что мы решаем, – пророкотал величественный бас. – Я проверю ее в деле. А от мальчишки – нужно избавиться.

Марина и Митя сидели за столиком.

– Ибо я уже становлюсь жертвою, и время моего отшествия настало, – повторял Митя. – Вот умели же раньше говорить!

Марина кивнула.

– Эта фраза говорит только об одном. Автор знал, что через несколько минут его ждет мучительная смерть.

– Как он погиб?

– Заговорщики нашли Павла Первого в спальне. Их было много, около сорока. И все – пьяные. А он – один. Они стали требовать от императора, чтобы он отрекся от престола. А он отказался. Тогда Зубов…

– Тот самый, муж Суворочки? – перебил Митя.

– Тот самый подонок! – уточнила Марина. – Ударил императора золотой табакеркой в висок. Павел упал. Все навалились и стали его топтать. А потом – кто-то увидел белый шелковый шарф императора…

– Шарф?

– Да. Не тот, который носят на шее. В то время шарф был частью обмундирования для высших офицеров. Надевался на талию, под мундиром. Заговорщики накинули шарф на шею государю. Сделали петлю и тянули в разные стороны. Пока не задушили.

– Жестко! – покачал головой Митя.

– Жестоко! – отозвалась Марина.

Дверь мастерской открылась, и вышли мальтийцы.

Марина и Митя встали.

Командор подошел к Марине.
Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск