Текст книги

Андрей Валентинов
Аргентина. Квентин


– Эрц!..

– Да, это ужасно! Подвенечная фата залита кровью, кровь на парадном мундире, пуля пробила Библию… Бедняга Капитан Астероид! Ужасной будет его месть в пятой книге! Заодно придется спасти человечество. Планета Аргентина уже приближается к беззащитной Земле.

– «В знойном небе пылает солнце, в бурном море гуляют волны, в женском сердце царит насмешка…»

– Прекрасное танго. Давно мы с тобой не танцевали, Анна!.. Итак, над могилой Кейт Капитан Астероид клянется уничтожить Злодея. Сам же Злодей пытками и угрозами заставляет похищенных во второй книге ученых работать над чудо-оружием. Три проекта. Выживет лишь тот, чей проект принесет победу, остальных выкинут без скафандра в открытый космос.

– Это оно?

– Очень даже возможно. Ты знаешь, что такое расщепление ядра лития?

– Литий? Редкий металл?

– Да. Злодею это очень нужно, он держит в заложниках невесту молодого и талантливого физика, грозится растворить ее в азотной кислоте. Хуже того, он грязно домогается…

– Эрц, ну пожалуйста!

– Английские физики Кокрофт и Уолтон из Кэвендишской лаборатории расщепили ядро лития в мае 1932 года. Но это только один проект. Следующий – Лучи Смерти. Передача электроэнергии без проводов – то, чем занимается в Штатах Тесла. Такой же проект по некоторым данным есть и в Германии. А третий – что-то связанное с гравитацией.

– С гравитацией? Но это же вообще фантастика!

– Да, это все фантастика, нелепые книжонки в ярких обложках. Кто поверит? Кстати, ты обратила внимание на горе-сыщика?

– Ушастый болван из Теннесси по фамилии Грушевый Сидр? Он еще, кажется, девственник и боится женщин? Типичный комический персонаж.

– Типичный, типичный… Погляди, что раскопал Шарль. И знаешь где? В нашем Министерстве иностранных дел. Старательный мальчик, я его очень люблю.

– Не может быть! Но это же простое совпадение. Такая фамилия не редкость, имя тоже.

– И это возможно… Я вот думаю, Анна, что нам даст выход на автора, точнее, на его настоящих хозяев? Мы маленькая страна, мы фактически обречены. Франция и Британия не станут воевать с Гитлером. И Гитлер тоже не будет воевать. Он начнет глотать своих соседей, отрывать куски территории, проводить свои плебисциты с заранее известным результатом. Русские его не любят, но они далеко, и они слабы. Что может остановить Шикльгрубера?

– Чудо-оружие?

– Не уверен. Сейчас я уже ни в чем не уверен, Анна. Но я чувствую, что начинается какая-то игра, глобальная, страшная. Наша Европа – только одна из игральных досок, а Гитлер, Сталин и все прочие – не игроки, а лишь фигурки на этой доске. Заглянуть бы за кулисы…

– Чем я могу помочь, Эрц?

5

Швейцарец «Кондор» с грохотом и треском затормозил в тот самый момент, когда Уолтер закончил укладывать чемодан. Немцы тоже почти собрались. Курц возился с мотором, Андреас впихивал в кемпер последний раскладной стул. Отто Ган, уже при полном параде, перелистывал блокнот со вчерашними записями.

– Buongiorno, signori! – грянул бас бравого сержанта. – Вы уже готовы? Fermarsi significa retrocedere!..

– Доброе утро. Мы уже ко всему готовы, – без особого оптимизма отозвался доктор. – Мои коллеги еще не появились?

Никола Ларуссо неспешно слез с мотоцикла, потянулся, гулко выдохнул.

– Мутит после вчерашнего. Вы потом еще без меня продолжили? Нет, синьоры, с этим безобразием надо заканчивать. Ubriachezza – combattere![35 - Пьянству – бой! (итал.)] В полдень мое начальство из Больцано нагрянет, а ваши коллеги, доктор, обещались к вечеру. Двое: один вроде вас, историк, а второй почему-то физик. А фамилии их…

Напрягся, мотнул головой:

– Ох… Склерозини и Маразматти. Все, завязываю. Особенно с граппой.

Обвел мрачным взором поляну, покосился на чемодан американского гостя. Нахмурился.

– Вы, senor straniero, тоже собрались драпать? А кто же подтвердит перед высшим руководством мои… То есть наши героические подвиги? Нехорошо, синьор Перри, нехорошо!

Молодой человек виновато развел руками.

– А вы, как дела свои закончите, возвращайтесь. Сюда и синьор доктор подъедет, как пещеры свои посмотрит, и репортеры обещались, и даже киношники. Международная экспедиция как-никак. Кто же Америку представлять будет, синьор Перри?

Уолтер решил не спорить. Если получится, почему бы и нет? План дальнейших действий был прост. Поездом до Больцано, оттуда тоже поездом – прямиком через близкую границу. К утру прибудет на место, за день обернется.

– Синьор сержант, в этих краях почта работает? Международная?

Усач изумленно моргнул.

– А зачем вам международная? Честным людям она без надобности. Вы что, иностра… Хм-м… Действительно.

Подумав, рассудил, что в Больцано таковая имеется. Центр провинции все-таки.

Среди прочих шпионских премудростей мистер Н открыл своему американскому гостю простой секрет. В мирное время (война – дело иное) разведчику безопаснее всего пересылать сообщения самой обычной почтой. Объем почтовых отправлений в Европе так велик, что проследить за каждым нет ни малейшей возможности.

Исключение есть – Россия. Но там все не как у людей.

Ничего секретного у сотрудника адмиральского Фонда не было, но дневники полярника Карла Кольдевея он решил отправить бандеролью прямо в Нью-Йорк. Не таскать же с собой эту тяжесть, да еще через таможню! А вдруг этот Карл чего-то неправильное написал?

– Я вас, синьор, до Мармаролы подброшу, прямо до станции, – расщедрился усач. – Заодно по телеграфу вам билет забронируем, чтобы в Больцано у касс не толкаться. А вы мне по дороге про свет красный расскажете.

– Какой свет? – не понял Уолтер.

Страж порядка взмахнул ручищами.

– То есть как? Вы же его зафиксировать должны были! Во сколько появляется, как горит, есть ли этот луч, который прожекторный.

Молодой человек устыдился и отвел взгляд. Собственно, просили не персонально его, а всю честную компанию. Доктор Отто Ган твердо обещал, даже показал сержанту новенький хронограф, дабы засечь время с точностью до секунды. Поскольку согласно всем легендам пещера начинала светиться в полночь, после одиннадцати решили выставить наблюдателя.

А потом появились кружки… Отто Ган, уже изрядно отдохнув, заявил, что нынешнее поколение измельчало и даже не может сравниться с его любимыми древними германцами. Герои прошлых веков только посмеялись бы, глядя на то, как их потомки пьют. Никаких рюмок, нужны чаши! Такие, как чаша Сигины, верной жены Локи, сына Фарбаути Жестоко Бьющего!

Чаши не нашлось, зато кружки, увы, имелись. Уолтер пытался возразить, но доктор пригрозил отправить его в Дахау, где кормят брюквой. Малопьющего Курца пришлось держать за руки и вливать на счет «раз-два-три»… Разбудил всех громкий, слегка надтреснутый голос Хинтерштойсера, требовавшего немедленной опохмелки. На дворе уже стоял ясный день.

– Неужели никто ничего не видел? – воззвал расстроенный сержант. – Совсем ничего? Как же так, синьоры?

Андреас и Тони переглянулись и дружно вздохнули. Отто Ган, чувствуя себя виноватым, попытался утешить служивого, рассудив, что так даже лучше. Пусть начальство само открытия совершает. Добрее будет!

– Сразу видно – экспедиция, – невесело рассудил усач.

* * *