Владимир Григорьевич Колычев
Чужая жена

– Три шкуры – это тридцать процентов, да? А одна, стало быть, десять, – спросил и сам же себе ответил Тимоха.

– Вот и как с ними договоришься, когда они удила закусили? Вы же сами видели. Раньше Виктор нормальным парнем был.

– Просто Виктор?

– Кличка у него Ветряк.

– Большая у него команда?

– Не знаю. Они тут весь наш район держат. Солнцевскими себя называют. Денис говорит, что ерунда все это. Никакие они не солнцевские. Только говорят так, страху нагоняют.

– А у страха глаза велики, – сказал Тимоха и усмехнулся.

– Не знаю.

– Ветряк на двух машинах подъехал, – сказал Стас. – Он всегда с одними и теми же людьми тут бывает?

– Да, всегда с одними и теми же, – подтвердил Марковец.

– Не так уж их и много, – решил Тимоха.

Стас качнул головой и с осуждением глянул на него. Не стоило бы озвучивать такие выводы. Кое у кого это вот любопытство могло вызвать подозрения.

Стас взял сахарницу, открыл дверь и снова нос к носу столкнулся с Аллой.

– Ваш сахар.

Она кивнула, забрала сахарницу и вернулась к своему столу.

Эта женщина, вне всякого сомнения, подслушивала их разговор. Но значило ли это, что она работала на братву? Может, следила за своим боссом в пользу того же Коротилова? Скорее всего, так оно и было. Но в любом случае эта Алла – подводный камень, который нужно обходить стороной.

– А как у нас тут с работой? – спросил Стас, возвращаясь на свое место. – Как тут у вас все крутится, вертится?

– Не скажу, что процесс очень сложный, – ответил Марковец. – Но разобраться в нем вам будет не так уж и просто.

– Да мы уж как-нибудь, – сказал Стас и усмехнулся.

– А зачем вам это? – неожиданно спросил директор базы и смело глянул на него. – Чего ради вам вникать в тонкости? Для этого есть я и бухгалтерия. Поверьте, все работает как часики.

– А за стрелки их никто не держит? – осведомился Тимоха.

– В том то и дело, что держат. Будет хорошо, если вы поможете решить этот вопрос.

– А мы на это способны?

– Денис Петрович сказал, что да, вполне.

Стас и Тимоха переглянулись. Да, для того Коротилов и отправил их сюда, чтобы они разобрались с бандитами Ветряка. Но почему он не пожелал сказать об этом прямо?

Глава 4

Дверь не открывалась долго. Стас и Тимоха уже собирались уходить, когда щелкнул замок.

Пузырь стоял на пороге в обнимку с Ириной. Он сытый, довольный, она распаренная, ублаженная. Глядя на них, нетрудно было догадаться, чем они сейчас занимались. В глазах у Ирины столько тихого женского счастья! И одета она совсем не так, как обычно. Халат на ней короткий, домашние тапочки, растрепанные волосы распущены.

От ревности душа Стаса свернулась в трубочку. Как бы в бараний рог не изогнулась.

– Пузырь, братан! – напоказ обрадовался Тимоха.

– Я не Пузырь! – заявил Паша и нахмурился.

– А кто ты? – спросил Стас, переступая порог.

Пузырь не выдержал напора, посторонился, увлекая за собой Ирину.

– Пузырь, с тебя пузырь! – заявил Тимоха и глумливо хмыкнул.

– Все готово! – умиленно прощебетала Ирина.

Стас с досадой глянул на нее. Рядом с Пузырем она смотрелась так же нелепо, как синица в паре с лягушкой. Никак не должна эта красавица любить такого мужа!

– Паша, проводи гостей! А я сейчас!

В гостиной был накрыт стол. Мясо под сырной корочкой, салаты, откупоренная бутылка вина, два пустых бокала. Ирина встретила мужа, посадила за стол, они выпили, завелись и унеслись в спальню. Да, так оно и было. А может быть, Пузырь начал свое грязное дело прямо здесь, в гостиной?

Стас едва не заскрипел зубами, представив себе эту картину. Ну почему подобным чмошникам в этой жизни так везет?

Тимоха бухнулся на диван, Стас опустился в кресло. Пузырь сходил на кухню, принес бутылку коньяка, рюмки, чистые тарелки.

– Пузырь, а ты нам не рад, – сказал Тимоха.

– Я не Пузырь! – опять вспылил Паша.

– Ты не был на войне. Поэтому Пузырь.

– При жене не надо, – сквозь зубы процедил Паша.

– Под юбкой у жены решил спрятаться? Не выйдет, – донимал его Тимоха.

– От кого спрятаться?

– От чего? От войны.

– Война уже закончилась.

– Для тебя она только начинается.

В ответ Пузырь закатил глаза, изображая психиатра, который разочаровался в своем пациенте. Достал его Тимоха, но у Паши не было никакого желания с ним говорить.

Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск