Владимир Григорьевич Колычев
Чужая жена

– Да-да, Марковец Дмитрий Степанович, – подтвердил толстячок.

– Денис Петрович сказал, что мы будем работать с вами.

– Да, он звонил. А это его машина! Конечно, она самая и есть, – сказал Марковец и улыбнулся, глядя на «семерку».

– Прокатимся? – спросил Стас, кивком показав на баню.

У бандитов своя свадьба, а у них – своя. Надо бы глянуть, как там в офисе.

– Да, конечно.

Стас сел за руль, а Марковец умостился на переднее сиденье. Стас заметил, как округлил глаза Тимоха, место которого занял этот толстяк. Вид у него был, как будто его оттеснили на обочину жизни. Пусть прочувствует. Может, отпадет желание таскать для Коротилова каштаны из огня.

– Я помню эту машину, – с улыбкой сказал Марковец. – Однажды я даже отругал Дениса за нее.

Стасу стало интересно, но он даже не изменился в лице и ничего не сказал.

– Чего так? – спросил Тимоха.

– Это было в девяносто первом году. В восемьдесят девятом Денис пришел работать к нам сюда, а через два года уже купил машину.

– Значит, хорошо работал.

– Ну да, очень хорошо.

– А отругали чего?

– Так я же тогда был его начальником. Мы приехали! – Марковец поспешил покинуть машину, которую Стас остановил напротив офиса.

Он бежал от собственного языка. Этот балабол ни в коем разе не должен был говорить о том, что за два года Коротилов смог наворовать на «семерку». Да он в общем-то и не сказал, но только потому, что вовремя хватился.

Все верно, работу свою Коротилов начинал еще при социализме, тогда же и влился в мощную струю его могильщиков. Сперва он помогал таким же типам разворовывать страну, а потом – опрокидывать ее в дикий капитализм. На неправедные деньги Денис купил эту вот базу, поднялся еще выше, замахнулся на большую нефть. Сейчас он весь в шоколаде, а база для него уже вчерашний день.

Хотя, конечно же, со счетов он ее списывать не собирался. Потому и направил сюда друзей-десантников. А вдруг они решат вопрос с бандитами-вредителями так же лихо, как это было с Динамитом?

Тимоха совсем не прочь совершить лихой рейд по вражеским тылам. Стас должен был его отговорить от такого безрассудства.

В коридоре офиса пахло солеными помидорами. Стас даже оглянулся в поисках деревянных кадушек, но ничего такого не нашел. Может, какой-то кабинет под склад приспособлен? А здесь их как минимум три. На двери одного висели таблички «Приемная» и «Директор», другой отдан был под бухгалтерию, в третьем было непонятно что.

В приемной за столом сидела секретарша с роскошными белыми волосами. Бюст такой же впечатляющий. Только вот немолодая уже. Большие синие глаза скрадывали опухлые щеки. Она корпела над бумагами.

То ли женщина действительно была чрезмерно занята, то ли привыкла не обращать внимания на своего начальника, но на Марковца она даже не глянула. Да и по Стасу лишь скользнула рассеянным взглядом. Как будто не было никаких бандитов на территории базы, некого тут было бояться.

– Алла, сообрази нам чайку, пожалуйста, – открывая дверь в свой кабинет, сказал Марковец.

Женщина даже ухом не повела. Но не прошло и трех минут, как она появилась с подносом в руках, молча поставила на стол три чашки чая и вазу с маковыми сухариками. Эта особа так ничего и не сказала и понесла свою пышную корму обратно за дверь.

– Я так понимаю, что вы теперь мое начальство.

Парням показалось, будто Марковец нарочно сказал это громко, чтобы секретарша его услышала.

– А я так понимаю, что Коротилов звонил вам по этому поводу, – заявил Тимоха.

– Да, он сказал мне, что вы можете рассчитывать на часть его доли.

– На часть?

– Ну, не на всю же. – Марковец кивком показал в сторону бани и продолжил: – Если сможете договориться с братвой, убедите этих ребят сбавить цену за свои, так сказать, услуги, то все деньги, которые они согласятся от себя оторвать, будут ваши.

– И много они берут?

– Тридцать процентов от прибыли. Это грабеж! – сказал Марковец и тяжко вздохнул.

– Как же вы выкручиваетесь?

– Да как-то ухитряемся. Себе во многом отказываем. Раньше легче было. Тогда они брали всего десять.

– А почему сейчас тридцать?

– Проблемы у Дениса начались, а эти как сговорились. Может, кто-то их попросил надавить на нас.

– Кто? Динамит? – деловито спросил Тимоха.

Вид у него был такой, как будто он знал всех бандитов Москвы.

– Ну, я не знаю.

У Стаса вид был попроще. Зато ему хватило ума тихонько подойти к двери и приоткрыть ее. Секретарша Алла стояла у самого порога с пустым подносом в руке. Увидев Стаса, она шагнула к нему так, как будто безостановочно продолжала движение, не стояла, не подслушивала.

– Сахарку бы еще, – сказал Стас и догадался улыбнуться.

– Сахарку? Да, хорошо.

Она только рада была повернуться к нему задом и спрятать хитрые глаза.

– Сахарок, – тихонько сказал Стас, закрывая дверь.

– Что там? – спросил Тимоха.

Дверь открылась, в кабинет вошла Алла с сахарницей в руках и улыбнулась с таким видом, как будто вручала Стасу олимпийскую медаль.

– Давно она у вас работает? – спросил он, когда за ней закрылась дверь.

– Алла?… Да сколько себя здесь помню. А что? – насторожился Марковец.

– А братва с вас давно снимает? – спросил Тимоха.

– Братва? Да, давно. Как только база в частную собственность перешла, так и началось. Денис Петрович договорился с ними. Они две шкуры с нас драли, а он до одной цену опустил. Это сейчас они оборзели вконец. Теперь с ними уже не договоришься.

Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск