Владимир Григорьевич Колычев
Не возжелай

– Что ты здесь делаешь? – холодно спросил он.

И Люба оцепенело застыла, потрясенно глядя на него. Она, казалось, не верила своим ушам. Неужели она действительно думала, что Олег распахнет перед ней объятия? Или это часть какой-то игры?

– Они сказали, что ты должен им какие-то алименты за меня, – хныкающим голосом сказала она.

– Кто сказал? – глянув на Савелия, спросил Олег.

– Ну, Дорофей… Он сказал, или ты женишься на мне, или будешь выплачивать двести тысяч долларов в месяц.

– Когда он это сказал? – спросил Савелий.

– Ну, сегодня… Пришел к нам, сказал…

– А разве его не закрыли? – спросил Олег.

Интересное дело, сначала Дорофей запросил пятьдесят штук, теперь вот ему нужно двести. Он что, с ума сошел?.. Или это просто игра на публику? Может, он просто хотел блеснуть перед Любой своей крутостью… Но в любом случае с ним нужно решать. Иначе он Олега в покое не оставит.

– Разберемся.

– Не надо разбираться! – просияла Люба, влюбленно глядя на Олега. – И платить ничего не надо!.. Ты просто женишься на мне, и все?

– Всего-то? – возмущенно протянул он, оторопев от такой наглости.

– А что? – Люба обиженно захлопала глазами. – Я буду хорошей женой!.. Лучше меня ты никого не найдешь!

– А я что, жену себе ищу?

– Жену не ищут! Любовь сама находит! – парировала она.

– Какая еще, на фиг, любовь?

– Я Любовь! Люба-Любовь!.. Ты со мной спал, значит, я твоя Любовь!

– Иди ты знаешь куда!.. – не выдержал Олег. И широким нервным шагом направился к дому.

– Я ее отвезу, – сказал Савелий.

– Дорофею верни. И с процентами.

– Будут проценты. Я организую.

Савелий забрал с собой всех своих бойцов, даже Родика прихватил. Олег остался в доме один. Снял пистолет с предохранителя, передернул затвор. На охрану у ворот он не надеялся. Вроде бы там и свои люди, но Любу они пропустили.

Время шло, напряжение нарастало. Когда стемнело, Олег свет включать не стал. Дом был окружен забором, но через него не трудно было перемахнуть. Олег переходил от окна к окну, наблюдая за подступами к забору.

Время шло, ничего не происходило, но напряжение только усилилось. А в половине двенадцатого позвонил Родик. Из больницы. Оказывается, они нарвались на засаду. В них не стреляли, но избили жестоко – битами, арматурой, кастетами. Савелию досталось больше всего: ему проломили голову, и он находился при смерти.

Олег понимал, что засаду могли устроить и на него, поэтому в больницу он не поехал. Он позвонил Кадомцеву, тот организовал людей из службы безопасности комбината. Но подъехали они поздно, под утро. Впрочем, Олег не мог нормально спать и под их присмотром. Стоило ему закрыть глаза, как через забор к нему начинали лезть головорезы Дорофея. С битами, арматурой, кастетами…

На завод он приехал с головной болью. И первым же делом позвонил отцу. Или он высылает очередную группу поддержки, или Олег возвращается в Москву. Он не собирался капитулировать перед местными отморозками, но и голову свою на больничную подушку класть не хотел.

Глава 4

Клуб серьезных людей жесток и опасен, как банка с пауками. Слабым и мягкотелым там делать нечего. И если Олег Шустов решил вступить в этот клуб, пусть не обижается. Захар готов был играть по-крупному, а сможет ли этот московский щегол выдержать удар?

Игра началась, газопровод выведен из строя, московские «быки» в полном нокауте. Если Шустов поймет все правильно и выбросит белый флаг, Захар примет капитуляцию и даже не осудит его. Если нет, последует новая провокация. Которая, возможно, вызовет войну не на жизнь, а на смерть. Захар готов и к этому. А сможет ли Шустов пожертвовать своей жизнью ради семейного бизнеса?..

Захар стоял у окна своего кабинета. Офис охранного предприятия «Восток-Охрана» переместился в другое место, а его место заняла штаб-квартира компании «Горохрана». Захар так и остался в своем кабинете.

Он помнил, как они арендовали у военных заброшенную базу хранения на окраине города, как превратили ее в крепость. Место здесь глухое, территория большая, забор высокий, прочный. Эта база стала петлей, в которую сунул голову главный авторитет Восточного района. Сарай приехал разбираться с Захаром, так здесь и сгинул. Здесь же пропал и главный бандит Западного района. Джин угодил в ловушку, из которой выбраться так и не смог. Но здесь же погибли и четыре классных пацана из команды Захара. Мурза упокоил их очередью из автомата. Он же взял в оборот и самого Захара – прострелил ему ноги, увез с собой, пытал. Сначала хотел сжечь, затем облить ледяной водой на лютом морозе. Пацаны вовремя пришли на помощь. Но вместе с ним приехала и Жанна. Она также искала Захара. Потому что любила. Да и он сам к ней неровно дышит. Но чертовы обстоятельства мешают быть им вместе…

Помнил Захар, как они с Зойкой и Жаком убегали от ментов. Тогда их штаб-квартира не могла выдержать натиск спецназа, им пришлось спасаться бегством. Зато сейчас сюда так просто не попадешь. Высокий забор, колючая проволока под напряжением, система наблюдения, собаки, ловушки, сигналки… А если вдруг враг застигнет врасплох и прорвется, есть поземные ходы. Как в любой волчьей норе.

Здесь Захар чувствовал себя безопасно, но в город выезжать не боялся. У него много могущественных врагов, и все они могут его убить, а раз так, он просто должен был привыкнуть к мысли, что жизнь может оборваться в любой момент. Должен был и привык… Никто не тянул его в клуб серьезных людей, он сам сделал свой выбор.

На столе зазвонил телефон, он взял трубку и услышал голос, который невозможно было не узнать.

– Привет!

Жанна знала номер его телефона, но практически никогда не звонила. И даже ни разу не навестила его в больнице, когда он лежал с простреленными ногами. Она боялась обострения отношений между ним и Патриком, которое могло привести к полномасштабной войне. Патрик, правда, все равно заказал Захара и был за это наказан…

– Надо встретиться.

Захар хотел придать фразе вопросительную интонацию, но голос дрогнул, и она прозвучала как предложение.

– Да, дело очень важное… Давай в «Альфе», прямо сейчас…

В трубке послышались короткие гудки. То ли Жанна куда-то спешила, то ли боялась услышать отказ.

Захар пожал плечами. Он, конечно, хотел увидеть Жанну, но что скажет Зойка?.. К тому же Жанна опасна сама по себе. Было время, когда она обвиняла Захара в покушении на жизнь своего отца. И даже пыталась отомстить. Могла она спросить и за смерть своего мужа.

Но и с телохранителями Захар ехать к Жанне не мог. И дело не в том, что кто-то из них мог стукнуть Зойке. Жанна оскорбительно усмехнется, если увидит его с охраной. Неужели он боится женщину, которая любит его? И которую должен любить он…

Захар немного подумал, взял деньги, открыл створки шкафа, зашел внутрь и спустился вниз. Подземный ход тянулся под всей территорией базы, проходил под дорогой и заканчивался в гаражном кооперативе. Захар вышел в гараж, в котором стояла старенькая, но полностью готовая к выезду «копейка».

Он не стал брать машину, просто вышел из гаража и тормознул проезжающую мимо «Ладу». Захар предложил хорошую цену, и водитель не смог ему отказать.

Клуб «Альфа-Гамма» имел свою, не очень хорошую, историю. Фактически из-за него Джин ополчился на Ставра, заказал его и подставил Захара. В конечном итоге клуб отошел Ставру, и Жанна здесь была полной хозяйкой.

Но клуб находился на территории Западного района, подконтрольного Захару. Начальник охраны выскочил навстречу, расшаркался перед ним. И проводил в кабинет, откуда открывался прекрасный вид на большой, но пустующий зал.

Жанна стояла у стола и смотрела на него взглядом, переливающимся как цветная картинка с двойным объемным изображением. И радость встречи в глазах, и злость на разлуку. Здесь же и чары, которыми она пыталась околдовать Захара. Чары, красота, загадочность…

Жанна ни разу не навестила его в больнице, но потом они все же встретились. И Захар потерял голову. Он даже собирался бросить все, чтобы остаться с ней. Бросить Зойку, оставить свое дело… Он тогда предупредил Жанну, что Патрик ведет игру против нее. Но Жанна отказалась ему верить, между ними снова пробежала черная кошка. И он остался с Зойкой.

– Целоваться не будем, – сказал он, приближаясь к ней.

– Конечно, нет. – Жанна подалась к нему и, чтобы остановиться, вытянула руку.

this