Вадим Юрьевич Панов
Кардонийская петля

– Какие? – Выстрел, загратийская ругань, число солдат не поменялось.

– Друзья, – хладнокровно объяснил Помпилио.

– Верно! – расхохотался Гуда. – Ты смотришь в корень.

– Сейчас – в прицел.

Выстрел, ещё один солдат захлёбывается кровью – промахивался бамбадао редко, – ещё одно тело покинуло поезд, но как долго они смогут сдерживать приотцев?

Обнаружив, что последний вагон переполнен землеройками, адигены среагировали молниеносно и единственным разумным способом: резко захлопнули дверь и бросились наутёк. Из-за хромоты Помпилио не мог действовать с привычно высокой скоростью, а потому не разглядел обитателей второго уровня – Нестор оказался на площадке раньше, – однако громкая ругань благородного дара не оставила сомнений в том, что весь третий класс забит солдатнёй.

– Ещё выше!

– Понял!

Дер Даген Тур прохромал мимо удерживающего дверь Гуды и торопливо выбрался на крышу – подтягиваться на руках получалось у Помпилио гораздо лучше бега или ходьбы.

– До багажного!

– Ага!

Пять вагонов наперегонки с поднятой тревогой. К счастью, просыпались приотские рекруты неспешно, за всё время путешествия на крышу попытались выбраться лишь три солдата, и каждый получил увесистого пинка. Добравшись до багажного, выбранного адигенами в качестве рубежа, они уселись на край вагона, сняли с плеч длинностволы и завели беседу на предмет ближайших планов, изредка уменьшая количество приотских смельчаков.

– Тебе это покажется странным, но я садился в поезд не ради перестрелки на крыше.

Помпилио прищурился, но высунувшийся было солдат юркнул обратно с поспешностью спятившей манявки, и выстрела не случилось.

– Ты отправил за борт пятерых рекрутов, кузен, их дружки от нас не отстанут.

– Нужно отцепить вагоны.

– А ты умеешь?

И адигены, воспользовавшись паузой, дружно посмотрели вниз. Переход между последним вагоном третьего класса и багажным был открытым, сцепка на виду, но ни Помпилио, ни Нестору ни разу не доводилось управляться с нею.

– Лезь и разберись, – предложил дару дер Даген Тур.

– Почему я?

– Потому что стреляешь ты отвратительно. – Выстрел. Вскрик. Минус ещё один смельчак. Помпилио напоминал стрелка по тарелочкам, спокойно выжидающего появления цели, а затем хладнокровно уничтожающего её. И помешать ему не могли ни тряска, ни ветер. – Ещё вопросы есть?

– Откуда им взяться? Ты так хорошо всё объяснил. – Нестор усмехнулся, закинул карабин за спину и ловко спустился вниз.

– Поторопись!

– Я знаю…

Со страховочными цепями Гуда совладал без труда, но клин сцепки-буфера застрял, и через несколько секунд неудачных попыток его выдернуть Нестор признал поражение.

– Заклинило.

– Лезь наверх!

– Но…

– Нестор!

– Ладно, ладно. – Гуда попытался дернуть ещё раз, плюнул и вернулся на крышу. – У тебя есть план?

– Разумеется.

Воспользовавшись тем, что пыл приотских рекрутов окончательно остыл, дер Даген Тур достал из кармашка патронташа чёрную коробочку размером со спичечный коробок, осторожно извлёк чеку, досчитал до трёх и бросил коробочку на сцепку. Последовавший взрыв вышиб клин, и осиротевшие вагоны третьего класса принялись неспешно терять скорость.

– Нитробол? – с уважением поинтересовался Нестор.

– Ага.

Самую мощную из известных взрывчаток терпеть не могли за нестабильность, и то, что Помпилио таскал с собой гранаты на её основе, вызвало у Гуды законное удивление.

– Ты ещё безумнее, чем я предполагал, кузен.

– У меня был отличный алхимик.

– Где он теперь?

– Я отправил людей на его поиски, – непонятно ответил Помпилио. Но уточнить Нестор не успел. – Через пару минут машинисты сообразят, что остались без последних вагонов. Тебе нужно добраться до них и не позволить остановить поезд.

– Мне?

– Я не могу, я – калека. Составлю тебе компанию только до люксов.

Адигены поднялись на ноги и побежали к голове поезда.

Больше всего на свете Орнелла Григ ненавидела опаздывать: на свидания, на деловые встречи, в оперу – Орнелла всегда прибывала вовремя или чуть раньше и тем отличалась от подавляющего большинства женщин. Или вообще – от всех женщин. Удивительная точность порой наводила на мысль о психическом расстройстве, служила поводом для шуток, но все – и начальство, и подчиненные, – сходились во мнении, что пунктуальность капитана Григ была её большим достоинством.

Орнелла ненавидела опаздывать. Особенно – на работе.

– Слышали взрыв? – Григ резко остановилась и посмотрела на подчиненных.

– Взрыв?

Последние несколько минут диверсанты занимались прочёсыванием вагонов второго класса. Трое шли по первому уровню, четверо по второму, встречались в нижнем тамбуре, молча переходили в следующий вагон, и всё начиналось сначала. Подозрительный грохот застал их как раз в переходе.

– Взрыв?

– Тихо! – Капитан прислушалась, не уловила продолжения и приказала: – Эбби, окно!

Колотушка торопливо проскочила в тамбур, выглянула в окно двери и присвистнула: