Текст книги

Берта Свон
Любовь в цепях


Двести пятьдесят лет назад человечество исполнило свою мечту и наконец-то вышло в космос, начало осваивать безграничное пространство. Разумных форм жизни пока не обнаружили, но и искать их не пытались. А вот планеты, более-менее пригодные для жизни, активно заселяли. Землю, планету-прародитель, разгрузили, избавили от перенаселения – многие мечтали выбиться в люди, причем делали это разными, не всегда законными способами. Большинство переселенцев наивно считало, что там, на далеких, незнакомых планетах, их ждут с распростертыми объятиями. Первые три волны погибли почти полностью, не справившись с тяготами существования в иных, непривычных условиях. Зато выжившие стали называться «старцами», их семьи теперь составляли верхушку аристократии.

Хлоя принадлежала к такой семье. И отец, и мать имели в роду сразу нескольких первооткрывателей. Если бы они сошлись во взглядах на жизнь, то их вновь образованный клан стал бы одним из мощнейших кланов Альянса. Не сошлись. Родили детей, поняли, что далеки друг от друга, разбежались, и каждый зажил своей жизнью. В детстве Хлоя обижалась на родителей, мечтала увидеть брата. Потом переросла, решила, что мачеха практически идеальна в роли матери, забыла о родственниках и зажила своей жизнью. В восемнадцать она встретила своего парня. Отец выбор не одобрил, посчитав Джейка чересчур легкомысленным. Мачеха пожала плечами, отвела Хлою к медикам, которые поставили ей медчип, предохранявший от беременности и гинекологических заболеваний, посоветовала чаще и думать головой, а не задницей, и обстоятельно поговорила с отцом. Тот снял дочери квартиру в престижном районе и в её дела не вмешивался.

С Джейком они жили уже третий год, часто ссорились, пару раз даже хотели расстаться. Хлоя все больше склонялась к мнению отца. Джейк не желал заниматься ничем, не имел цели в жизни. Он жил на деньги родителей, и единственной его страстью было путешествие. Он мечтал когда-нибудь открыть очередную планету, пригодную для жизни, поселиться там, стать одним из правителей того места. В общем, детские мечты, как считала Хлоя. Сама она учила право, изучала юриспруденцию, думала через пару лет начать собственное дело и в свободное время писала за деньги колонки для разных информационных блогов. И вот теперь, сидя в удобном мягком кресле в тысячах световых лет от дома, она постепенно восстанавливала в памяти необходимые статьи Межгалактического кодекса, чтобы понять, почему из свободного дееспособного человека вдруг сделали раба. Информация не радовала. Ни одной статьи, разрешавшей подобное действие, обнаружено не было. А значит, мужчина удерживался в рабстве незаконно. Да и один ли он? Судя по всему, в Альянсе процветала незаконная торговля людьми. А раз так, то покровитель у этой торговли должен быть очень влиятельный, скорее всего, из семьи «старцев». И Хлое законными методами с ним никак не справиться.

Сколько времени прошло, Хлоя не знала. Услышав посторонний звук, она отвлеклась от сборника законов и подняла голову. Раб проснулся и теперь стоял, напряженный, возле кровати, на вытяжку, как провинившийся новобранец в армии.

«Да он боится», – догадалась Хлоя.

Случайно опустив взгляд на пах, она заметила, как напряжен член раба, выпиравший из-за эластичной ткани.

– Где туалет, ты знаешь. Если тебе туда нужно, иди. Сними эти дурацкие трусы, вымойся и надень халат, что возле полотенец, – она старалась говорит ровно и безэмоционально и давать четкие, подробные указания, необходимые для чипа.

Раб низко поклонился и направился в сторону заветной двери. У Хлои создалось впечатление, что он не поверил ее словам и каждую секунду ждал подвоха. Но вот дверь закрылась с другой стороны, и Хлоя облегченно выдохнула. Судя по фигуре, кормили раба из рук вон плохо – торчали все ребра. А вот наказывать любили: на спине и ребрах было заметно несколько шрамов.

В дверь постучали. Хлоя, задумавшись, не сразу сообразила, что стук был не из ванной. Кто-то настойчиво пытался проникнуть в комнату из коридора. Пришлось открывать. На пороге оказался Динар. Вот кто точно ел хорошо: холеное лицо, холеные кисти рук, поджарое, накаченное тело. Самец, а не мужчина. И в этот раз один, без обнаженных рабынь рядом. Видимо, для разнообразия.

– Можно войти? – он, наверное, думал, что улыбнулся обаятельно, но вот Хлоя увидела мерзкую ухмылку уверенного в себе гада.

– Да, конечно, – ответная улыбка вышла чересчур измученной.

Повернувшись, Хлоя зашла в комнату, села в кресло.

– Тебе нравится эта мебель?

Динар удивленно приподнял брови.

– Не особо. А что?

– Да вот понять не могу, откуда в наших родителях такая страсть к старому хламу…

– А отец что, тоже…

– О да…

Хлоя вспомнила свою детскую комнату и недовольно передернула плечами.

– Хорошо хоть в квартире у меня нет ничего подобного…

Помолчали.

– Ты одна? – Динар оглянулся с явным намеком.

– Отправила его мыться. Что?

– Чем ты успела его измазать?

– В смысле? – Хлоя почувствовала, как на щеках появляется румянец, и взорвалась, давая выход скопившимся эмоциям. – Динар, ты издеваешься, да? Он же грязный! Как вы так можете? Не брезгуете? Это же негигиенично, в конце концов!

– Хлоя, он раб, – терпеливо, словно маленькой, присев в кресло напротив, попытался объяснить Динар.

– И что? Где он только не ходит! У вас что, в каждый дом встроены обеззараживающие чипы? И в тротуары тоже? Везде стерильная чистота?! Нет? Вот видишь. Заразиться можно на раз-два. А у меня, между прочим, медстраховка на днях закончится! – искренне негодовала Хлоя. – Подхвачу местный вирус, и привет!

Динар расхохотался, весело, радостно, как ребенок, получивший новую, долгожданную игрушку и довольный жизнью.

– Мама и продлит, через полчаса страховка будет готова.

– В каком смысле, через полчаса? – не поняла Хлоя. – Она неделю делается.

– Ну… – неопределенно пожал плечами Динар. – Кому – неделю, кому – полчаса. Ты ужинать идешь?

Хлоя заставила себя отвлечься от информации о страховке и тоскливо вздохнула.

– А надо?

– Ты ела часа четыре назад, – бросил взгляд на пустые тарелки Динар.

«Шесть-семь как минимум», – подумала Хлоя и честно ответила.

– У меня в семье не было рабства. Мне дико всё это. Вряд ли я смогу ко всему привыкнуть.

– А, так вот в чем проблема, – хмыкнул Динар и грациозно поднялся с кресла. – Придётся привыкать. Не думай о рабах, как о людях. Они – вещи, созданные для развлечений хозяев. Всё, я пошёл, ужин через полчаса. Твой раб тебя проводит.

Закрыв дверь, Хлоя привалилась к ней спиной. В душе поселилось четкое понимание, что ужин обещает быть очень «весёлым», особенно для такой неискушённой девушки, как она.

Глава 3

Вит проснулся резко. Ещё секунду назад ему снился родной дом на Нарине, дальней, практически всегда темной, малозаселённой планете, родители, друзья, и вот уже он лежит, сжавшись в комок, в хозяйской постели. Осознав проступок, он похолодел. Теперь как минимум выпорют. Или с удовольствием унизят, заставив отсасывать у хозяина при гостях. Холодный пот ручьём заструился по измученному телу. Вит быстро подскочил со злосчастной перины и выученно вытянулся в струнку, боясь сделать лишний вдох, не поднимая глаз от пола и молясь, молясь, молясь, сам не зная, кому и о чём…

– Где туалет, ты знаешь. Если тебе туда нужно, иди. Сними эти дурацкие трусы, вымойся и надень халат, что возле полотенец, – услышал он равнодушный голос госпожи через несколько секунд и сначала не поверил своим ушам.

Но она замолчала, и Вит поспешил выполнить необычный приказ. Тем более что в туалет хотелось очень сильно, причем давно…

Сняв перед унитазом колпачок с члена, Вит поднял крышку и замер на какое-то время.

После унитаза была ванна, вернее, душ. Ванну принимать никто ему не разрешал. Он стоял под тугими струями воды и остервенело тер себя руками по всему телу, жалея, что мочалки для рабов не предусмотрены. Хотелось снять кожу, избавившись таким образом от тех унижений, что въелись в нее за месяцы рабства, вымыть всю ту грязь, налипшую на него вместе с хозяйской спермой.

Закончив мыться, он надел на член ставший привычным ненавистный колпачок, нашел длинный халат, явно мужской, накинул его на плечи и прислушался. За стеной слышались голоса. Обычно комнаты этого дома отличались отличной звукоизоляцией: ори не ори внутри, снаружи никто не услышит. Но здесь и сейчас, видимо, хозяйка забыла изменить настройки, поэтому Вит без труда распознал голос Динара. Через несколько секунд хлопнула дверь, воцарилась тишина. Вит решил, что пора выходить. Не нужно усугублять, наказание за предыдущий проступок еще никто не отменял.

Он вышел и вышколено замер у двери в ванную. Его встретило молчание. Он аккуратно взглянул исподлобья. Хозяйка стояла у входной двери, чересчур бледная и какая-то потерянная. Пока его не заметили, Вит поспешил опустить глаза и уставился в пол. Что именно сказал хозяин своей сестре, было не слышно, но его слова ее явно не обрадовали.

– Ты уже? – голос прозвучал на удивление спокойно.

Если бы Вит секунду назад сам не видел выражения женского лица, подумал бы, что все в порядке, а так лишь удивился великолепной хозяйской выдержке и почтительно ответил:

– Да, госпожа.

– Посмотри на меня.