Мария Куприянова
Власть последнего Хранителя

– Тот ворон! Это был ты?! – воскликнул Коля.

– Да, признаться, я опасался, что по прошествии стольких лет я мог не узнать тебя и пройти мимо, но ты очень похож на своего отца, только вот глаза у тебя необычные, наверное в какого-нибудь предка. Наведя более подробные справки, я окончательно убедился, что ты тот, кого я ищу. После нашего разговора в кафе я не был уверен, что когда-нибудь вновь увижу Анделор, однако ты поверил мне, и я очень благодарен тебе за это.

– А что, ты не мог сам взять кристалл и отправиться назад без меня?

– Это, мой мальчик, невозможно. Ты забыл, что я как гипнос всего лишь усилю свои способности – и все ограничится лишь чтением чужих мыслей. Нет, ты единственный, кто может использовать кристалл по своему усмотрению. Теперь скажи, хочешь ли ты немного попутешествовать? Повидать родной дом? Познакомиться с семьей?

– Да, пожалуй, я хочу увидеть Анделор. Да любой на моем месте захотел бы. Единственно, я не хочу становиться Хранителем кристалла, даже ради высоких целей. Я воспитан в других традициях и совершенно в другой обстановке. Я привык быть свободным и жить без всякой магии, без чьего бы то ни было вмешательства в мои мозги.

Федор заулыбался:

– Да ты рассуждаешь как истинный Хранитель кристалла! Ты бескорыстен в своих поступках и мыслях, – и, увидев выражение лица Коли, захохотал. – Я думаю, что твои родители так будут рады видеть тебя, что не станут обременять этой ответственностью, учитывая твою неподготовленность. К тому же кто знает, что там произошло за четырнадцать лет моего отсутствия. Ну что? Ты готов к отправлению?

– Сейчас, ночью? – Коля зевнул. – Может, лучше сначала поспать?

– А ты посмотри в окно.

Верхушки деревьев золотились под первыми лучами восходящего солнца.

– Мы что же, всю ночь проговорили?

– Да, за приятной беседой время пролетело очень быстро.

– Все равно будет прикольно по прибытии в новый мир завалиться спать, нет уж, лучше я здесь отдохну.

– Я, конечно, не настаиваю, но ты можешь при помощи кристалла снять с себя усталость.

– А мне казалось, что его нельзя использовать в личных целях, – улыбнулся Коля.

– Мы об этом никому не скажем, – заговорщически подмигнул Федор. – К тому же это на благо народа, желающего скорее увидеть пропавшего принца.

Николай закрыл глаза и представил себя совершенно выспавшимся, отдохнувшим и набравшимся сил. Возможности камня не переставали удивлять его, потому что, открыв глаза, он ощущал себя так, как будто проспал несколько суток.

– Главное, Коля, не злоупотреблять этим. Тебе сейчас кажется, что ты полон сил, однако это не совсем так, и твой организм может не выдержать больших нагрузок и многократных «обновлений».

Они вышли из бани.

– Почему мы отправляемся именно с этого места, ведь, как я понимаю, «окно» можно открыть везде?

– Здесь тебе легче будет сосредоточиться; к тому же, как я тебе говорил, здесь больше магии, чем в других местах.

– Ты не хочешь захватить с собой какой-нибудь сувенир на память о Земле? – хитро спросил Коля.

– Не имею такого желания, к тому же тебе следует помнить, что любые вещи, прекрасно работающие здесь, в том мире действовать не будут. Своеобразная защита против вторжения технологий из других миров. Так что можешь оставить здесь мобильный телефон, часы, зажигалку и прочие изобретения этого мира.

– Почему?

– Ну стрелки часов будут крутиться в разные стороны, что сделает их совершенно бесполезными, зажигалка запросто может взорваться. Трудно предположить, что может случиться с телефоном. Один путешественник между мирами привез с собой на память бутылку с джинном. Об этом узнали только тогда, когда обнаружили горе-туриста в уменьшенном виде в этом сосуде, а джинн сбежал, и никто его с тех пор не видел.

– Да уж, не очень хочется оказаться запертым в сотовом телефоне, – проговорил Коля, перекладывая содержимое карманов в пакет, который отнес в баню. Вернувшись, он сказал: – Что нужно делать, чтобы открыть «окно»?

– Необходимо очень хорошо представить себе Анделор. Кристалл ведь показал тебе его, к тому же ты помнишь что-то из снов. Чтобы взять меня с собой, ты должен держать меня за руку и действительно пожелать, чтобы я перенесся с тобой.

Николай, оглядев последний раз дачу, произнес:

– Дурная слава этого дома будет отпугивать воров и бомжей, особенно после того как здесь пропадет один молодой человек. Надеюсь, машину они не тронут.

– Не успеют, – сказал Федор и пояснил: – Ты можешь вернуться в тот самый день и час, когда отправишься отсюда, если хорошенько сосредоточишься не только на месте, но и на дате. Или попросишь сделать это отца или брата, не знаю, кто отправит тебя сюда, если ты расстанешься с кристаллом.

– А как же быть с Анделором? Я помню его таким, каким он был пятнадцать лет назад, не окажемся ли мы там, когда я был еще маленьким ребенком?

– Коля, Коля… Я устал тебе повторять. Все зависит от твоих желаний. Если ты захочешь вернуться в современный Анделор, ты должен об этом думать. Понял? К тому же для перемещений во времени необходима длительная подготовка и масса энергии, так что не бойся, мы попадем туда в нужное нам время.

– Ну что же, тогда в путь!

Николай взял за руку Федора и закрыл глаза. Он представил себе родной дом, с его синими морями, быстрыми реками. Представил серебристый замок с остроконечными башнями. Он твердил себе: «Анделор, я хочу вернуться туда после пятнадцатилетнего отсутствия, в настоящее время, вместе с Федором». Он повторял и повторял это, пока кристалл на его груди не засиял ярким светом, а вокруг них не образовалось свечение, переливающееся всеми цветами радуги. Открывшееся «окно» поглотило их, и Николай почувствовал поднявшиеся вокруг его тела воздушные завихрения, земля внезапно ушла из-под ног, а потом вернулась снова. Свечение погасло так же, как и камень. Они перенеслись в другой мир.

Глава 7

Первое, что Николай почувствовал в новом мире, это запах прелой, мокрой листвы, смешанный с дымом. Так всегда пахло осенью за городом, когда дачники жгли кучи собранных листьев. Но на дворе стояла не осень, а он находился не в родном Подмосковье, а в незнакомом мире. К тому же там явно что-то горело. Он открыл глаза и огляделся.

Они с Федором стояли на лужайке неподалеку от леса. Николай не сразу смог разглядеть окружающий пейзаж, потому что после яркого света глаза с трудом привыкали к царящему вокруг полумраку. Спустя некоторое время круги в глазах прошли, и, привыкнув к новому освещению, Коля присвистнул:

– Мрачно-то как здесь! И не поймешь, то ли утро, то ли вечер.

– Сейчас, должно быть, уже позднее утро. Посмотри наверх.

Николай поднял голову и некоторое время удивленно рассматривал странное светило размером чуть больше Луны.

– Это Абер, он светит утром, – сказал Федор. – Помнишь, я тебе говорил, что здесь не нужны часы, чтобы знать время суток, – все зависит от освещения. Только вот что странно, сейчас все вокруг должно было бы переливаться зелеными тонами. Ты уверен, что думал именно об Анделоре? Может, это другой мир? Можно я посмотрю на кристалл?

– Да, конечно, – сказал Коля и, сняв с шеи медальон, протянул его Федору. – Только я не совсем понимаю…

Закончить фразу он не успел, потому что его спутник, получив камень, тут же надел его на шею. Кристалл вспыхнул ярким зеленым светом, окутав тело Федора, отчего тот как-то странно выгнулся, запрокинув голову кверху, лицо его исказила ужасная гримаса, а потом он согнулся пополам и повалился на землю. Николая той же вспышкой света отбросило на несколько шагов в сторону. Мотнув головой, не понимая, что произошло, он встал на ноги, но ничем не мог помочь бьющемуся в конвульсиях Федору, потому что его накрыло полупрозрачным куполом, не подпускающим Колю. Наконец свет погас, он подбежал к распластавшемуся на земле Федору и потряс его за плечо:

– Эй! С тобой все в порядке? Ты жив?

Фигура зашевелилась, и Коля с облегчением вздохнул.

– Что произошло? Зачем ты надел кристалл? – спросил он, помогая Федору подняться.

Все еще пошатывающийся Федор поднял голову и посмотрел на Николая. Тот, не поверив своим глазам, отшатнулся, его горло сдавил крик, который никак не мог вырваться наружу.

С ужасом, сковавшим все тело, Коля смотрел на метаморфозу, происходящую с Федором. Его тело каким-то образом усохло, так что костюм, теперь уже рваный и грязный, болтался на нем как на вешалке. Кожа на руках покрылась волдырями, вены вздулись, ногти отросли и загнулись вниз. Но самое ужасное творилось с некогда приятным лицом. Кожа на нем стала морщинистой, бугристой и сильно обтягивала череп. Волосы отросли до плеч, наполовину выпав. Единственное, что осталось прежнего, так это черные кустистые брови и черные глаза, поблескивающие из-под полуопущенных век. Они смотрели холодно и безжалостно. Это были глаза безумного убийцы из самых страшных его сновидений.

– Ты… ты, – только и сумел выдавить он.

Существо растянуло тонкие губы в кривой ухмылке, показав даже не зубы, а клыки животного.