Вадим Геннадьевич Проскурин
Небесные воины


10

– Вот сюда, – сказал я, указывая пальцем на два ряда красно-белых столбиков, обозначающих дорогу в рай. – Налево и между столбиками.

– Какими столбиками? – недоуменно переспросил Бейцалов.

– Поворачивай и увидишь.

Капитан нажал на тормоз и аккуратно повернул налево в узкий просвет между деревьями. Вдруг он резко ударил по тормозам.

– Ну ничего себе! – воскликнул он. – Почему я их не видел?

– Магия, – пояснил я.

Бейцалов странно посмотрел на меня и ничего не сказал. Несколько секунд он сидел неподвижно, затем пощелкал рычагами в раздаточной коробке, УАЗик тронулся и продолжил движение.

Первые триста метров дорога (если это можно назвать дорогой) петляла по густому ельнику. Головастик специально выбрала такое место, чтобы сделать переход от Земли к раю более плавным. Почему-то Головастик считает, что ставить врата в чистом поле – вульгарно и пошло, что хорошо построенный переход в параллельный мир должен быть для путешественников почти незаметным.

Ельник кончился, мы выехали в поле. Бейцалов посмотрел назад и присвистнул. Я тоже посмотрел назад и сразу понял, чему он удивился – с этой стороны ельник выглядит как маленькая рощица в чистом поле. Совсем маленькая рощица – гораздо меньше трехсот метров в диаметре.

– Шиза какая-то, – констатировал капитан.

– Это не шиза, – возразил я, – это рай. Обрати внимание – тут гораздо темнее.

– Точно, – кивнул Бейцалов, – солнце почти зашло. Не могу поверить… Погоди… Это действительно рай? Про гурий – это не шутка была?

Я саркастически ухмыльнулся.

– Дошло, – констатировал я. – А мы, по-твоему, едем бойца выручать или с гуриями забавляться?

– Вообще-то мы едем ловить дезертира, – сказал Бейцалов. – И, по-моему, одно другому не мешает.

И засмеялся.

Мне вдруг стало противно. Я принял некорпореальность и невидимость и вылетел из машины прямо сквозь крышу. Со стороны это выглядело так, как будто я растворился в воздухе.

11

УАЗик защитного цвета появился рядом с моим домом минут через десять. Я вышел на крыльцо, УАЗ затормозил рядом, Бейцалов заглушил двигатель, вылез из машины и подошел ко мне. От него ощутимо попахивало спиртным, не иначе, в дороге приложился.

– Извини, командир, не обижайся, – сказал Бейцалов. – Ты, вообще, кто? Святой?

– Антихрист, – усмехнулся я.

Бейцалов состроил обиженную физиономию, дескать, не хочешь – не говори.

– Проводишь? – спросил он.

Я отрицательно покачал головой:

– Сам доберешься. Езжай по колее «урала», от входа в рай до того места тридцать семь километров по спидометру.

– Когда доеду, стемнеет уже, – вздохнул капитан. – Эта колея хоть прямо идет? В темноте с дороги не собьюсь?

– Колея немного петляет, обходя холмы, – ответил я. – Но оврагов тут нет, так что даже если съедешь с дороги, ничего страшного не случится. Держи все время на восток, на тридцать восьмом километре увидишь большую поляну, всю вытоптанную. Там я видел твоего бойца в последний раз.

– Это там гурии обитают? – поинтересовался Бейцалов.

Мне снова стало противно. Ну почему люди все время думают только о чувственных наслаждениях? Исключения, конечно, бывают, но они только подтверждают правило.

– Уезжай, – сказал я. – Ты мне надоел.

– Ну будь мужиком! – воскликнул Бейцалов и попытался ухватить меня за локоть. – Поехали, дорогу покажешь.

С этими словами капитан Бейцалов провалился под землю. Эту магию я более-менее освоил – яма получилась в точности такая, на какую я рассчитывал. В меру глубокая, в меру узкая.

– У тебя одна минута, чтобы выбраться, – сообщил я. – Потом я закрою яму, она мне перед домом ни к чему. Прощай.

Я повернулся и ушел в дом. Ровно через минуту я закрыл яму. УАЗик к этому времени уже удалялся от дома с максимально возможной на бездорожье скоростью.

– Он не вернется, – сказала Лена.

– Вернется, – возразил я. – Гурии быстро утомляют.

– Его они не утомят, – вздохнула Лена. – Я заглянула в его мысли…

От этих слов меня покоробило. Не люблю я ковыряться в чужих душах, а еще больше не люблю, когда это делают другие. Чтение мыслей – процесс гораздо более интимный, чем секс, а когда в твоих мозгах копаются без разрешения, это более унизительно, чем обычное сексуальное изнасилование.

– Извини, – сказала Лена. – Я знаю, ты этого не любишь, но не удержалась. Он не вернется, потому что ему некуда возвращаться. На Земле его ждет комнатка в офицерской общаге, нищенская зарплата, солдаты-балбесы, а впереди – полная беспросветность и в конце пути алкоголизм. Жена от него ушла в позапрошлом году, с дочкой он видится раз в неделю, причем часто пропускает свидания, потому что ему стыдно, что от него разит перегаром. Костя Бейцалов останется во дворце до тех пор, пока не сопьется.


Конец ознакомительного фрагмента
Купить и скачать всю книгу