Вадим Геннадьевич Проскурин
Небесные воины


– А… где Волков? – спросил он, немного придя в себя.

Он был так потрясен, что даже перестал материться.

– В раю Волков, – честно ответил я. – С гуриями забавляется.

Глаза Бейцалова округлились, нижняя челюсть отвисла. Я запоздало сообразил, как он воспринял мои слова.

– Не бойся, – сказал я и хлопнул его по плечу. – Ничего с твоим Волковым не случилось, жив он. Если хочешь, я тебя отвезу, сам все увидишь.

Тут Бейцалов что-то увидел за моей спиной и часто-часто заморгал. Я обернулся и обнаружил, что молодой раввин Сергей вылез из кузова и подошел к нам.

– Я таки не понимаю, – произнес он с чудовищным акцентом и с дурацкой улыбкой на лице. – Мы шо, уже приехали?

– Приехали, – подтвердил я. – Капитан, это вам, – я протянул ему конверт с долларами. – И большое вам спасибо.

Капитан быстро сунул конверт во внутренний карман полевой формы и спросил:

– А Волков-то где?

– В раю, – повторил я. – Надо ехать вон туда, – я показал пальцем. – Проход в рай отмечен бело-красными столбиками, они слева вон от той елки. Смотреть на них надо десять секунд, не отрывая взгляда, иначе не увидишь ничего. Проезжаешь между столбиками, а дальше по колее тридцать семь километров. Где-то там твой Волков с гуриями в траве кувыркается.

– А жиденок этот, – капитан указал пальцем на моего тезку, – тоже из рая?

– Жиденок – плохое слово, – строго сказал я. – Надо говорить «еврей», а еще лучше – «ребе». Сергей, скажите своим, пусть вылезают из машины, мы уже в нормальном мире. Натан! – крикнул я внутрь кабины. – Выходите!

Натан выбрался из кабины и я вручил ему другой конверт, на этот раз с рублями.

– Дальше придется ехать автостопом, – сказал я. – До Москвы этого хватит, а в Москве вы найдете израильское посольство и будете разбираться уже с ним. Это будет непросто, но вы справитесь – вам деваться некуда.

– Это будет несложно, – улыбнулся Натан. – У меня есть хорошие знакомые в вашей городской синагоге.

– Натан, я правильно поняла, что вы один из двух главных раввинов всего Израиля? – спросила Головастик.

Натан кивнул.

– Ну, так даже лучше, – сказал я. – По любому, мы с Головастиком сделали все, что могли, дальше разбирайтесь сами.

Натан хитро прищурился и уточнил:

– Не все, что могли, а все, что посчитали нужным. Я могу с вами поговорить?

– Пожалуйста.

– Нет, не сейчас. С вами можно будет потом связаться?

– Если хотите, можете помолиться Головастику, – сказал я. – Попросите ее переместить вас в рай, в дом Сергея Иванова, который раньше был антихристом. Вряд ли она откажет. Она может, конечно, пропустить молитву мимо ушей, случайно, но обычно к просьбам верующих она прислушивается.

– Мне казалось, сатанистов совсем немного, – заметил Натан.

– Можно считать, их вообще нет, – уточнил я. – А те, что есть, в основной массе – отморозки безбашенные. Но на молитвы по делу Головастик обычно отвечает. Для нее они редкость, а не надоедливый фон, как для Бомжа.

– Боюсь, это невозможно, – печально сказал Натан. – Молиться Сатане… а тем более Баалу…

Я пожал плечами.

– Как знаете, – сказал я. – Но если вдруг передумаете – милости прошу.

Кто-то подергал меня за рукав. Я обернулся и увидел, что это капитан Бейцалов.

– Вы все с ума сошли? – жалобно спросил он. – Или издеваетесь? Программу «Розыгрыш» снимаете с моим участием?

– А ты, что, звезда? – ответил я вопросом на вопрос.

Капитан тяжело вздохнул.

– Так что мне делать? – спросил он еще более жалобно. Вдруг в его голосе проснулись командные нотки: – Где мой боец?! Почему ты его оставил?!

– Я уже объяснял, – терпеливо повторил я. – Боец сбежал. Загулял с гуриями.

– Сбежал? – переспросил Бейцалов. – Тогда поедем искать. Тимофеев! – вдруг рявкнул он неожиданно мощным баритоном. – Ко мне!

Из «козла» выскочил худощавый солдатик в помятой полевой форме и побежал к нам, на ходу натягивая камуфляжную кепочку. Приблизившись метров на пять, он попытался перейти на строевой шаг, но капитан рявкнул:

– Отставить!

И добавил уже нормальным голосом:

– Отгонишь «урал» в часть, а если ваишникам попадешься – сгною. Понял?

– Так точно, – испуганно ответил солдатик.

– Выполнять! – снова рявкнул Бейцалов.

– Есть! – отозвался солдатик, четко повернулся через плечо, побежал было обратно к УАЗу, но остановился, повернулся обратно и полез в кабину.

– Подожди, – сказал я ему. – Сейчас проверю, весь ли груз сгрузился.

Натан неодобрительно зацокал языком.

Я обошел грузовик сзади, заглянул в кузов и обнаружил, что, таки да, евреи сгрузились. Брр… Что-то я даже думать начинаю с еврейским акцентам, не к добру это…

– Поехал! – крикнул я, глядя в водительское зеркало.

И на всякий случай продублировал свои слова отмашкой руки.

– Дух? – спросил я, обращаясь к Бейцалову.

– Дух, – подтвердил Бейцалов. – Только-только полгода отслужил. Ну что, поехали, что ли?