Татьяна Александровна Грачева
Колючка и стихоплёт


После занятий, Малика загрузилась книгами для следующего экзамена у Кирилла и направилась на Гребную базу.

Кирилл заметил подругу и в знак приветствия взмахнул веслом. Малика нагнала на лицо строгость и приподняла стопку учебников, намекая на обязательства перед сессией. Прогульщик не торопился на берег, скользил вдалеке, периодически поглядывая на подругу, упрёк в её глазах читался даже с такого расстояния.

Но Малика не привыкла так просто сдаваться. Дождалась друга, и когда он переоделся в сухую одежду, материализовалась рядом. Пока Кирилл качал пресс, она зачитывала ему выдержки из учебника, а между подходами требовала повторить то, что запомнил. Он сбежал от неё на турник, но Малика и тут его настигла. Пришлось отвечать, глотая воздух рывками, восстанавливая дыхание.

Вытерпев полчаса, Кирилл, опустившись на траву, разложился звездой, устало прикрыл глаза. Малика легла рядом, устроив голову на плече друга. Солнце слепило глаза, пришлось зажмуриться и даже прикрыть лицо ладонью.

Предупреждая пытки учебником, Кирилл первый нарушил недолгую тишину:

– Кирюха, балбеска, что ты там опять натворила?

– Ничего, – поспешно отозвалась Малика.

Кирилл приподнялся на локте, скидывая голову подруги на траву и навис над ней, заслоняя солнце.

– Тогда почему тебя вызывали к декану?

– Мы делились с ним рецептами сырников. – Малика нащупала стопку книг, сверху которых лежали её очки. Надела их на друга, закрыв осуждение в глазах непроницаемыми стёклами. – Ты же всё знаешь?

– Спасибо. – Кирилл медленно кивнул. – Я сам не мог избавиться от этой болезненной привязанности, затягивало всё глубже с каждым её приходом. – Он на мгновенье замолчал и добавил уже другим тоном: – ты же обещала не распускать руки.

Малика потянулась к лицу друга и криво сдвинула очки, открывая вид на зелёный глаз.

– А декан, кстати, прикольный мужик.

Кирилл ухмыльнулся.

– Везёт тебе на педагогов-мужчин.

– Везёт. – Малика села и притянула к себе учебник. – Помнишь Молекулу?

– Конечно. – Кирилл тоже сел и, сняв очки, заглянул в лицо подруге. – Ещё бы не помнить. Он воровал у меня твою дружбу. Что за отношения у вас с ним сложились, никто не понимал, но он явно выделял тебя среди других учеников.

Малика шутливо стукнула книгой Кирилла по голове.

– Он со всеми дружил, его даже Танечка любила, а София Премудрая пыталась окольцевать. Такой уж он человек, неравнодушный и приятный.

Кирилл забрал учебник, чтоб не получить по голове повторно и рискнул на следующее замечание.

– Но у вас по-другому было.

– Только не говори, что я подсознательно ищу в каждом учителе-мужчине любовь, которой мне не досталось от родного отца.

Кирилл снял очки и нарочно повернулся так, чтоб Малика видела его чёрный глаз.

– Именно так я и думаю.

Малика задумалась и через секунду весело рассмеялась.

– Всё гораздо проще, Эдька. С вами, мужиками, нормально общаться можно, когда вам за тридцать, только к этому возрасту мозг созревает достаточно, чтоб генерировать предложение больше трёх слов, второе из которых не мат. – Она раскрыла учебник на теме следующего билета. – А пока учись, студент.

***

На выпускном, посвященном окончанию начальной школы, Танечка рыдала, Кирилл сдержанно грустил, а Малика ликовала оттого, что в её жизни больше не будет регулярных встреч с Софией Премудрой. Отношения с молодой учительницей не заладились с первого же дня. Не ожидала вчерашняя студентка, что в первый же год ей придётся сражаться с мелкой языкатой пигалицей. Ни один из мальчишек не доставлял ей столько хлопот и не подрывал её авторитет так беззастенчиво.

За четыре года их вынужденного сосуществования она нашла лишь один действенный способ усмирения Малики – вызов отца в школу. Профессор от этих вызовов не уклонялся, приходил исправно после каждой проделки или драки дочери. Тактично, но от этого не менее обидно, намекал о профнепригодности Софии и уходил, оставляя её в расстроенных чувствах с тягостным ощущением бесполезности. Как бы тяжело ни давались эти посещения самой учительнице, после вызова отца Малика на время затихала, не трогала даже Камарицкого – свой вечный объект раздражения.

Окончание четвёртого класса Малика ощутила как переход из тюрьмы на условно-досрочное освобождение. Новым надзирателем и мучеником по совместительству был назначен Пётр Петрович Кашинский, известный среди учеников как Молекула. Учитель физики несколько лет увиливал от классного руководства под предлогом излишне привязчивой натуры. Он долго отходил от расставания с предыдущим классом, тосковал по ним, как по родным детям, которых у него, кстати, не было.

На вечера встреч выпускников бывшие ученики Петра Петровича приходили исправно, почти полным составом. Некоторые, даже не местные, появлялись в коридорах школы и вне этого праздника. Забегали повидать классного руководителя, угоститься чаем и обсудить жизненные перипетии.

Малика ещё не успела протестировать классного руководителя на уровень терпимости к её выкрутасам. Год начался с непривычной миграции по предметным классам, нужно было привыкнуть к новым учителям и разведать, с кем лучше не воевать, а кого можно дразнить по мелочам. После окончания начальной школы состав класса немного изменился. К неописуемой радости Кирилла Наташа оказалась в «Б» классе. Об этом позаботился её отец, прослышавший о том, что классным руководителем будет заслуженный учитель и учитель года Кашинский Пётр Петрович.

Уже почти месяц как Малика придумала источник дохода: на большой перемене за деньги она раскладывала карты и пророчила будущее всем желающим расстаться с небольшой суммой. Сегодня сразу после столовой она планировала разбогатеть вдвойне. Ещё на первом уроке ей передали записку, в которой две девятиклассницы просили её погадать. Местом встречи выбрали скамейку под лестницей.

Малика пришла первая, девушки прибежали запыхавшиеся и взволнованные, но не от быстрой ходьбы, а от предстоящего погружения в таинственные глубины колдовства.

Первым делом гадалка протянула карты одной из учениц.

– Та, что девственница, должна посидеть на колоде около минуты.

Девушки переглянулись, лицо светленькой девушки, которой предназначались карты, густо покраснело до самой шеи.

– Без этого никак?

Малика хитро прищурилась.

– Если вам нужна правда, то никак.

За этот месяц в роли гадалки она узнала много тайн старшеклассниц, удивили её даже некоторые представители средней школы. Компромат так и плыл в руки, только запоминай.

Вторая школьница не выглядела смущенной и обратилась к Малике несколько начальственно.

– Сама можешь посидеть?

Малика ухмыльнулась и молча подсунула под себя колоду. Едва она успела достать карты, как в их закуток вбежала Наташа.

– Малика, тебя к директору вызывают. Молекула отправил меня на твои поиски.

Наташа сделала вид, что не заметила старшеклассниц и смотрела только на подругу.

Гадалка недовольно сощурилась.

– Иди. Найдёшь меня через десять минут.

– Но…

– Иди. Я знаю дорогу в кабинет директора.