Дмитрий Геннадьевич Сафонов
Клиника Икс-1


Отец нахмурился.

– Ты что, меня контролируешь?

– Я думала, между нами нет секретов.

– А я думал, что каждый из нас имеет право на личную жизнь.

– Конечно! – согласилась Анна. – Но зачем тогда говорить, что едешь на работу?

Отец замолчал. Подошел к Анне, примирительно погладил по плечу.

– Анна! Пойми! Я не хотел тебя травмировать.

Анна сбросила его руку, резко встала и отошла на пару шагов.

– Папа! Мама пятнадцать лет, как умерла. И я – далеко уже не маленькая девочка. Если у тебя есть женщина – никаких проблем. Но, по-моему, это неправда. И ты от меня что-то скрываешь.

– Анна!

Отец развел руками, словно хотел сказать: зачем ссориться из-за ерунды? Но у Анны было другое мнение.

– Вот что самое обидное, – закончила она и ушла, хлопнув дверью.

Профессор остался на веранде один. Он вздохнул. Плеснул в бокал вина и с наслаждением выпил: залпом, не отрываясь. После чего – немного повеселел.

Профессор поставил бокал на стол и отправился в ванную. Он включил свет, подошел к раковине и пустил воду.

Плеск воды действовал успокаивающе, но внезапно к нему добавился какой-то посторонний звук. Тихий, еле уловимый, звенящий шум, похожий на звон благородного хрусталя.

Шум нарастал. Вместе с громкостью появилось чувство непонятной тревоги. Профессор огляделся, пытаясь найти источник звука, но ничего не заметил.

Профессор скользнул взглядом по зеркалу и замер. Глаза остановились. Он уже не мог оторваться. Увиденное потрясло его.

Профессор, закрыв лицо руками, подался назад и закричал.

5

Крик! Это кричал отец, сомнений быть не могло. Но она никогда прежде не думала, что у него может быть такой страшный голос: наполненный болью, тоской и отчаянием.

Анна вскочила с кровати и выбежала из спальни. Где он?

Анна бросилась в коридор. Из-под двери, ведущей в ванную, пробивалась полоска света. Слышался шум льющейся воды. Анна постучала в дверь.

– Отец!

Ответа не было.

– Папа!

И снова – тишина.

Анна попробовала открыть дверь, но она была заперта изнутри. Анна бросилась в чулан и вернулась с небольшим топориком в руках.

Она попыталась вставить лезвие между дверью и косяком и отжать язычок замка, но это не помогло. Тогда Анна отступила, замахнулась и опустила топорик на дверное полотно. Крак!

Тонкая филенчатая дверь подавалась легко. От фанеры летели во все стороны щепки. Наконец Анне удалось прорубить в двери небольшое окошко на уровне лица.

Анна заглянула в ванную. Отец лежал на кафельном полу, ногами к двери. Голову не видно. Что с ним? Инфаркт? Инсульт?

Времени на раздумья не было. Анна снова принялась крушить дверь. Она расширила дыру в филенке – настолько, что смогла запустить руку и нащупать шпингалет. Щелк!

Анна распахнула дверь и ворвалась в ванную. Отец лежал, опрокинувшись навзничь. Глаза его были закрыты.

Анна действовала машинально. Правой рукой нащупывала пульс на сонной артерии отца, а левой – набирала на клавиатуре мобильиного 112.

6

Голубые сполохи проблесковых маячков играли на стене гостиной. Усталый врач «Скорой» сидел на краю кушетки, где лежал отец. Врач с хрустом оторвал липучку, снял с его руки манжету тонометра.

– Давление нормальное. Пульс – тоже, – сообщил он.

– Спасибо, доктор! – ехидно сказала Анна. – Мы это знаем.

Врач пожал плечами.

– Могу предложить госпитализацию, – он посмотрел на отца. – Побудете пару деньков под наблюдением.

Отец улыбнулся.

– Коллега! Прошу вас, не беспокойтесь! Я и так – под наблюдением, – он показал на Анну.

Анна покачала головой.

– Папа! Не отказывайся! Ты потерял сознание.

– Кратковременная гипогликемия, – отец посмотрел на врача. – Извините, что потревожили!

Врач встал и собирался уйти, но Анна преградила путь.

– Везите его в больницу!

Врач замер в нерешительности: кого слушать? Потом – повернулся к отцу.

– Профессор! А как бы вы поступили на моем месте?

– Дал бы пациенту сладкого чаю с лимоном. И отправил спать, – заверил отец.

– С каких это пор мнение больного стало решающим? – возмутилась Анна.
Новости
Библиотека
Обратная связь
Поиск