Cерия Сигнал
На круизном лайнере «Hondius» у берегов Кабо-Верде вспышка хантавируса. Трое пассажиров мертвы. Сто сорок шесть заперты на борту. ВОЗ говорит о «низком риске».
Аналитик Кира Соболева получает задание проверить санитарные условия на лайнере. Она быстр…
На круизном лайнере «Hondius» у берегов Кабо-Верде вспышка хантавируса. Трое пассажиров мертвы. Сто сорок шесть заперты на борту. ВОЗ говорит о «низком риске».
Аналитик Кира Соболева получает задание проверить санитарные условия на лайнере. Она быстр…
Москва, Котловка. В собственной квартире найден мёртвым бывший начальник войск радиационной, химической и биологической защиты России. Официальная версия — сердечный приступ. Но полковник Ибрагим Сиссе, бывший сослуживец генерала, уверен: это убийств…
Москва, Котловка. В собственной квартире найден мёртвым бывший начальник войск радиационной, химической и биологической защиты России. Официальная версия — сердечный приступ. Но полковник Ибрагим Сиссе, бывший сослуживец генерала, уверен: это убийств…
Пустыня Сахара, север Мали. Золото здесь дороже человеческой жизни.
Здесь, среди барханов, люди умирают от неизвестной болезни. Врачи бессильны. Власти молчат. А за песчаными дюнами один за другим исчезают те, кто мог бы рассказать правду.
Команда …
Пустыня Сахара, север Мали. Золото здесь дороже человеческой жизни.
Здесь, среди барханов, люди умирают от неизвестной болезни. Врачи бессильны. Власти молчат. А за песчаными дюнами один за другим исчезают те, кто мог бы рассказать правду.
Команда …
На круизном лайнере «Hondius» у берегов Кабо-Верде вспышка хантавируса. Трое пассажиров мертвы. Сто сорок шесть заперты на борту. ВОЗ говорит о «низком риске».
Аналитик Кира Соболева получает задание проверить санитарные условия на лайнере. Она быстр…
На круизном лайнере «Hondius» у берегов Кабо-Верде вспышка хантавируса. Трое пассажиров мертвы. Сто сорок шесть заперты на борту. ВОЗ говорит о «низком риске».
Аналитик Кира Соболева получает задание проверить санитарные условия на лайнере. Она быстр…
Где-то в иранской пустыне у корней древнейшего дерева Азии закапывают смертельный порошок. Через девятнадцать дней кипарис Абаркух начнёт умирать. И он не один. В списке целей — ещё шестнадцать священных мест по всему континенту. Таймер запущен.
Жур…
Где-то в иранской пустыне у корней древнейшего дерева Азии закапывают смертельный порошок. Через девятнадцать дней кипарис Абаркух начнёт умирать. И он не один. В списке целей — ещё шестнадцать священных мест по всему континенту. Таймер запущен.
Жур…
Где-то в иранской пустыне у корней древнейшего дерева Азии закапывают смертельный порошок. Через девятнадцать дней кипарис Абаркух начнёт умирать. И он не один. В списке целей — ещё шестнадцать священных мест по всему континенту. Таймер запущен.
Жур…
Где-то в иранской пустыне у корней древнейшего дерева Азии закапывают смертельный порошок. Через девятнадцать дней кипарис Абаркух начнёт умирать. И он не один. В списке целей — ещё шестнадцать священных мест по всему континенту. Таймер запущен.
Жур…
Остановить поставки лекарств в Африку. Заблокировать гуманитарные грузы. Парализовать целые регионы, не сделав ни одного выстрела. Алгоритм «Хамелеон» делает это с пугающей точностью. Его документы безупречны. Его подписи реальны. Его печати... почти…
Остановить поставки лекарств в Африку. Заблокировать гуманитарные грузы. Парализовать целые регионы, не сделав ни одного выстрела. Алгоритм «Хамелеон» делает это с пугающей точностью. Его документы безупречны. Его подписи реальны. Его печати... почти…








