Cерия Шоу-бизнес
В Советском Союзе существовало три способа разбогатеть: украсть, унаследовать или придумать что-то такое, чего ещё не успели запретить. Герои нашего повествования выбрали четвёртый — они решили торговать музыкой в стране, где музыка принадлежала госу…
В Советском Союзе существовало три способа разбогатеть: украсть, унаследовать или придумать что-то такое, чего ещё не успели запретить. Герои нашего повествования выбрали четвёртый — они решили торговать музыкой в стране, где музыка принадлежала госу…
История о том, как в эпоху хаоса двое абсолютно разных людей строили бизнес-империю в опасной и денежной сфере — шоу-бизнесе.
Где каждый контракт подписывался с риском для жизни, а главным партнером мог стать вчерашний бандит. В хаосе России конца 8…
История о том, как в эпоху хаоса двое абсолютно разных людей строили бизнес-империю в опасной и денежной сфере — шоу-бизнесе.
Где каждый контракт подписывался с риском для жизни, а главным партнером мог стать вчерашний бандит. В хаосе России конца 8…
Россия. Середина девяностых. Эпоха принятия решений и причинения вреда. Эпоха, в которой петь, зарабатывать и стрелять учились примерно в одно и то же время и примерно с одинаковой виртуозностью. В которой улыбка уже не означала доверия, деньги уже н…
Россия. Середина девяностых. Эпоха принятия решений и причинения вреда. Эпоха, в которой петь, зарабатывать и стрелять учились примерно в одно и то же время и примерно с одинаковой виртуозностью. В которой улыбка уже не означала доверия, деньги уже н…
Девяносто первый год был годом великих надежд и великих афёр. В России это часто одно и то же. Вчерашние чиновники называли себя бизнесменами и мечтали о миллионах. Фарцовщики открывали банки. Уголовники пересаживались в депутатские кресла. Страна пе…
Девяносто первый год был годом великих надежд и великих афёр. В России это часто одно и то же. Вчерашние чиновники называли себя бизнесменами и мечтали о миллионах. Фарцовщики открывали банки. Уголовники пересаживались в депутатские кресла. Страна пе…
Девяносто второй год. Страна, где вчера нельзя было ничего, а сегодня можно всё. Инженеры торгуют в переходах. Учёные челночат в Турцию. Профессора считают копейки. А кто-то скупает заводы, гостиницы и чужие жизни.
Народу, у которого отняли работу, д…
Девяносто второй год. Страна, где вчера нельзя было ничего, а сегодня можно всё. Инженеры торгуют в переходах. Учёные челночат в Турцию. Профессора считают копейки. А кто-то скупает заводы, гостиницы и чужие жизни.
Народу, у которого отняли работу, д…
Предательство — штука интимная. Оно требует близости, как любовь, и невозможно без доверия, как кредит. Враги убивают в лицо — больно, но хотя бы честно, к этому можно подготовиться, этому можно даже по-своему отдать должное. Свои бьют в спину — нежн…
Предательство — штука интимная. Оно требует близости, как любовь, и невозможно без доверия, как кредит. Враги убивают в лицо — больно, но хотя бы честно, к этому можно подготовиться, этому можно даже по-своему отдать должное. Свои бьют в спину — нежн…