Евгений Алехин
Книги автора: Евгений Алехин
«Девственность» – поэтичное повествование, детектив памяти. Узнав о смерти своей первой девушки, рассказчик отправляется в медитативное путешествие по собственному прошлому, пытаясь разгадать, кем он был до того, как потерял невинность, и что, собств…
«Девственность» – поэтичное повествование, детектив памяти. Узнав о смерти своей первой девушки, рассказчик отправляется в медитативное путешествие по собственному прошлому, пытаясь разгадать, кем он был до того, как потерял невинность, и что, собств…
Герой «Рутины» вырос на бесплодной земле. Он – тень богов прошлого, депрессивная эманация, блуждающая по развалинам в поисках следов пиршества. Но все пирушки оборачиваются мрачным трансгрессивным опытом, любовные похождения оставляют только пустотны…
Герой «Рутины» вырос на бесплодной земле. Он – тень богов прошлого, депрессивная эманация, блуждающая по развалинам в поисках следов пиршества. Но все пирушки оборачиваются мрачным трансгрессивным опытом, любовные похождения оставляют только пустотны…
Герой «Рутины» вырос на бесплодной земле. Он – тень богов прошлого, депрессивная эманация, блуждающая по развалинам в поисках следов пиршества. Но все пирушки оборачиваются мрачным трансгрессивным опытом, любовные похождения оставляют только пустотны…
Герой «Рутины» вырос на бесплодной земле. Он – тень богов прошлого, депрессивная эманация, блуждающая по развалинам в поисках следов пиршества. Но все пирушки оборачиваются мрачным трансгрессивным опытом, любовные похождения оставляют только пустотны…
По мнению автора (литератора и музыканта), самые важные жанры – это верлибр и эмбиент. До них нужно было дорасти, и в настоящей подборке стихи впервые публикуются не под псевдонимом. Чтобы без дебильной ухмылки назвать себя поэтом, автору понадобилас…
По мнению автора (литератора и музыканта), самые важные жанры – это верлибр и эмбиент. До них нужно было дорасти, и в настоящей подборке стихи впервые публикуются не под псевдонимом. Чтобы без дебильной ухмылки назвать себя поэтом, автору понадобилас…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Проза Евгения Алехина заставляет нас думать о себе в друго…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
Проза Евгения Алехина заставляет нас думать о себе в друго…
Бывает в жизни каждого человека время, когда он всюду чувствует себя лишним. Одиноким, непонятым, брошенным. Он – как третья штанина в мире парных брюк, третий ботинок в компании парных туфель.
И если никто не разделит с ним его одиночество, может сл…
Бывает в жизни каждого человека время, когда он всюду чувствует себя лишним. Одиноким, непонятым, брошенным. Он – как третья штанина в мире парных брюк, третий ботинок в компании парных туфель.
И если никто не разделит с ним его одиночество, может сл…
«Девственность» – поэтичное повествование, детектив памяти. Узнав о смерти своей первой девушки, рассказчик отправляется в медитативное путешествие по собственному прошлому, пытаясь разгадать, кем он был до того, как потерял невинность, и что, собств…
«Девственность» – поэтичное повествование, детектив памяти. Узнав о смерти своей первой девушки, рассказчик отправляется в медитативное путешествие по собственному прошлому, пытаясь разгадать, кем он был до того, как потерял невинность, и что, собств…
Этот сборник – альбом снимков, роман в этюдах, попытка по стоп-кадрам собрать картину уникальной человеческой жизни. Здесь искусство еще имеет значение вопреки прогрессу; тот случай, когда наскальная живопись сообщает больше, чем гигабайты видео с ка…
Этот сборник – альбом снимков, роман в этюдах, попытка по стоп-кадрам собрать картину уникальной человеческой жизни. Здесь искусство еще имеет значение вопреки прогрессу; тот случай, когда наскальная живопись сообщает больше, чем гигабайты видео с ка…
«Можно писать только о том, что знаешь», – твердят мастера пера, но никто не знает о себе толком, поэтому жанр автобиографии сложнее, чем кажется. В трех повестях, вошедших в эту книгу, предельная откровенность Евгения Алехина выходит на доселе непок…
«Можно писать только о том, что знаешь», – твердят мастера пера, но никто не знает о себе толком, поэтому жанр автобиографии сложнее, чем кажется. В трех повестях, вошедших в эту книгу, предельная откровенность Евгения Алехина выходит на доселе непок…
«Можно писать только о том, что знаешь», – твердят мастера пера, но никто не знает о себе толком, поэтому жанр автобиографии сложнее, чем кажется.
В трех повестях, вошедших в эту книгу, предельная откровенность Евгения Алехина выходит на доселе непок…
«Можно писать только о том, что знаешь», – твердят мастера пера, но никто не знает о себе толком, поэтому жанр автобиографии сложнее, чем кажется.
В трех повестях, вошедших в эту книгу, предельная откровенность Евгения Алехина выходит на доселе непок…