Сергей Ибрагимович Кузнецов
Книги автора: Сергей Ибрагимович Кузнецов
Как получается, что двое любящих людей, оказавшись под одной крышей, превращают семейный очаг в поле боя? В рассказе «Размышления. Согревать, а не сжигать» главный герой ищет ответ на этот вопрос, безжалостно срывая социальные маски. От Древней Индии…
Как получается, что двое любящих людей, оказавшись под одной крышей, превращают семейный очаг в поле боя? В рассказе «Размышления. Согревать, а не сжигать» главный герой ищет ответ на этот вопрос, безжалостно срывая социальные маски. От Древней Индии…
Сорок один год — возраст, когда накопившийся груз неслучившихся связей, старых обид и одиночества начинает давить сильнее физической усталости. Инженер Роман пытается разобраться в череде рухнувших отношений, не веря больше в дежурные психологические…
Сорок один год — возраст, когда накопившийся груз неслучившихся связей, старых обид и одиночества начинает давить сильнее физической усталости. Инженер Роман пытается разобраться в череде рухнувших отношений, не веря больше в дежурные психологические…
Как получается, что двое любящих людей, оказавшись под одной крышей, превращают семейный очаг в поле боя? В рассказе «Размышления. Согревать, а не сжигать» главный герой ищет ответ на этот вопрос, безжалостно срывая социальные маски. От Древней Индии…
Как получается, что двое любящих людей, оказавшись под одной крышей, превращают семейный очаг в поле боя? В рассказе «Размышления. Согревать, а не сжигать» главный герой ищет ответ на этот вопрос, безжалостно срывая социальные маски. От Древней Индии…
Можно ли защитить своего ребенка от агрессии внешнего мира, не выключая его из реальности? В третьей части цикла «Роман и Муза» главный герой сталкивается с невидимым вторжением: безупречная телевизионная речь становится вирусом, отравляющим домашнее…
Можно ли защитить своего ребенка от агрессии внешнего мира, не выключая его из реальности? В третьей части цикла «Роман и Муза» главный герой сталкивается с невидимым вторжением: безупречная телевизионная речь становится вирусом, отравляющим домашнее…
Эта книга — авторский литературно-философский диптих. Первая его часть («Скандал. Балансодержатель») разворачивает метафизическую притчу в декорациях коммунального абсурда, где за гротеском проступает высокая мистерия о Слове, Музыке и возвращении до…
Эта книга — авторский литературно-философский диптих. Первая его часть («Скандал. Балансодержатель») разворачивает метафизическую притчу в декорациях коммунального абсурда, где за гротеском проступает высокая мистерия о Слове, Музыке и возвращении до…
Можно ли привезти душевный покой из поездки, как обычный сувенир?
Роман — успешный профессионал, чья жизнь превратилась в туго сжатую пружину стресса. Очередной срыв на жену и ребенка из-за брошенного кроссовка заставляет его бежать за сотни километр…
Можно ли привезти душевный покой из поездки, как обычный сувенир?
Роман — успешный профессионал, чья жизнь превратилась в туго сжатую пружину стресса. Очередной срыв на жену и ребенка из-за брошенного кроссовка заставляет его бежать за сотни километр…
Остановка секундной стрелки. Незнакомец в строгом костюме с золотыми весами на лацкане. И человек просто исчезает из мира — вместе со всеми воспоминаниями близких.
«Delete» — это ледяной, хирургически точный триллер о Высшем аудите. Муза больше не ра…
Остановка секундной стрелки. Незнакомец в строгом костюме с золотыми весами на лацкане. И человек просто исчезает из мира — вместе со всеми воспоминаниями близких.
«Delete» — это ледяной, хирургически точный триллер о Высшем аудите. Муза больше не ра…








