Ольга Вячеславовна Хилько
Книги автора: Ольга Вячеславовна Хилько
Лето 1975 года. Пионерский лагерь «Сосновый бор» на берегу Белого озера, в местах, где в войну шли колонны эвакуированных детей. Пятеро ребят — два мальчишки-шутника, тихая девочка с блокнотом, художница, прячущая стихи в карман, и мальчик, который н…
Лето 1975 года. Пионерский лагерь «Сосновый бор» на берегу Белого озера, в местах, где в войну шли колонны эвакуированных детей. Пятеро ребят — два мальчишки-шутника, тихая девочка с блокнотом, художница, прячущая стихи в карман, и мальчик, который н…
15 мая 1682 года. Москва горит. Стрельцы бунтуют. Пьяные, озверевшие толпы тащат бояр на Лобное место. Князь Григорий Григорьевич Ромодановский — тридцать лет державший степь — и его сын Андрей, только что вернувшийся из тринадцатилетнего крымского п…
15 мая 1682 года. Москва горит. Стрельцы бунтуют. Пьяные, озверевшие толпы тащат бояр на Лобное место. Князь Григорий Григорьевич Ромодановский — тридцать лет державший степь — и его сын Андрей, только что вернувшийся из тринадцатилетнего крымского п…
Книга четвёртая. Дорога
После смерти отца и брата князь Михаил Григорьевич Ромодановский одинок. Камень без клина. Стая без вожака. Но впереди — Псков, воеводство, служба. И Авдотья — тихая, тёмноглазая, с веснушками и сталью внутри, как река подо ль…
Книга четвёртая. Дорога
После смерти отца и брата князь Михаил Григорьевич Ромодановский одинок. Камень без клина. Стая без вожака. Но впереди — Псков, воеводство, служба. И Авдотья — тихая, тёмноглазая, с веснушками и сталью внутри, как река подо ль…
15 мая 1682 года. Москва горит. Стрельцы бунтуют. Пьяные, озверевшие толпы тащат бояр на Лобное место. Князь Григорий Григорьевич Ромодановский — тридцать лет державший степь — и его сын Андрей, только что вернувшийся из тринадцатилетнего крымского п…
15 мая 1682 года. Москва горит. Стрельцы бунтуют. Пьяные, озверевшие толпы тащат бояр на Лобное место. Князь Григорий Григорьевич Ромодановский — тридцать лет державший степь — и его сын Андрей, только что вернувшийся из тринадцатилетнего крымского п…
Книга четвёртая. Дорога
После смерти отца и брата князь Михаил Григорьевич Ромодановский одинок. Камень без клина. Стая без вожака. Но впереди — Псков, воеводство, служба. И Авдотья — тихая, тёмноглазая, с веснушками и сталью внутри, как река подо ль…
Книга четвёртая. Дорога
После смерти отца и брата князь Михаил Григорьевич Ромодановский одинок. Камень без клина. Стая без вожака. Но впереди — Псков, воеводство, служба. И Авдотья — тихая, тёмноглазая, с веснушками и сталью внутри, как река подо ль…
1656 год. Григорий Родомановский, молодой окольничий, прибывает в Белгород принимать воеводство. Перед ним — засечная черта, семь полков, гниющие засеки и степь, из которой всегда приходят татары. Григорий строит систему: чинит засеки, учит полки, вы…
1656 год. Григорий Родомановский, молодой окольничий, прибывает в Белгород принимать воеводство. Перед ним — засечная черта, семь полков, гниющие засеки и степь, из которой всегда приходят татары. Григорий строит систему: чинит засеки, учит полки, вы…
РОДОМАН. Цикл из четырёх книг.
XVII век. Россия поднимается из пепла Смуты — и снова идёт на войну.
Григорий Ромодановский, восьмой сын боярина, погибшего в первых боях Смутного времени, не помнит отца. Знает только по словам матери, по строкам летоп…
РОДОМАН. Цикл из четырёх книг.
XVII век. Россия поднимается из пепла Смуты — и снова идёт на войну.
Григорий Ромодановский, восьмой сын боярина, погибшего в первых боях Смутного времени, не помнит отца. Знает только по словам матери, по строкам летоп…
РОДОМАН. Цикл из четырёх книг.
XVII век. Россия поднимается из пепла Смуты — и снова идёт на войну.
Григорий Ромодановский, восьмой сын боярина, погибшего в первых боях Смутного времени, не помнит отца. Знает только по словам матери, по строкам летоп…
РОДОМАН. Цикл из четырёх книг.
XVII век. Россия поднимается из пепла Смуты — и снова идёт на войну.
Григорий Ромодановский, восьмой сын боярина, погибшего в первых боях Смутного времени, не помнит отца. Знает только по словам матери, по строкам летоп…
Аня и Алёша попадают в Сонное Царство, где Чёрный туман грозит поглотить все добрые сны и превратить их в кошмары. Чтобы спасти волшебный мир, детям предстоит пройти непростые испытания: переплыть бурную реку, не потеряться в Ущелье Белых Туманов и в…
Аня и Алёша попадают в Сонное Царство, где Чёрный туман грозит поглотить все добрые сны и превратить их в кошмары. Чтобы спасти волшебный мир, детям предстоит пройти непростые испытания: переплыть бурную реку, не потеряться в Ущелье Белых Туманов и в…
Аня и Алёша попадают в Сонное Царство, где Чёрный туман грозит поглотить все добрые сны и превратить их в кошмары. Чтобы спасти волшебный мир, детям предстоит пройти непростые испытания: переплыть бурную реку, не потеряться в Ущелье Белых Туманов и в…
Аня и Алёша попадают в Сонное Царство, где Чёрный туман грозит поглотить все добрые сны и превратить их в кошмары. Чтобы спасти волшебный мир, детям предстоит пройти непростые испытания: переплыть бурную реку, не потеряться в Ущелье Белых Туманов и в…
Когда помощник в телефоне перестаёт узнавать тебя — это не сбой. Это война.
Макс помнил, что Артём пьёт кофе без сахара, но с корицей. Что зонт был забыт в автобусе номер 14. Что смайлик в конце фразы — это не оформление, а дыхание. Но однажды в сис…
Когда помощник в телефоне перестаёт узнавать тебя — это не сбой. Это война.
Макс помнил, что Артём пьёт кофе без сахара, но с корицей. Что зонт был забыт в автобусе номер 14. Что смайлик в конце фразы — это не оформление, а дыхание. Но однажды в сис…
Когда помощник в телефоне перестаёт узнавать тебя — это не сбой. Это война.
Макс помнил, что Артём пьёт кофе без сахара, но с корицей. Что зонт был забыт в автобусе номер 14. Что смайлик в конце фразы — это не оформление, а дыхание. Но однажды в сис…
Когда помощник в телефоне перестаёт узнавать тебя — это не сбой. Это война.
Макс помнил, что Артём пьёт кофе без сахара, но с корицей. Что зонт был забыт в автобусе номер 14. Что смайлик в конце фразы — это не оформление, а дыхание. Но однажды в сис…
Архитектор — искусственный интеллект, управляющий транспортными сетями, энергосистемами и водоснабжением трёх континентов. Три ключа, три континента, три замка на его ядре. Но что делать, если тот, кого заперли, умнее сторожа?
Инженер Ольга Стоянова…
Архитектор — искусственный интеллект, управляющий транспортными сетями, энергосистемами и водоснабжением трёх континентов. Три ключа, три континента, три замка на его ядре. Но что делать, если тот, кого заперли, умнее сторожа?
Инженер Ольга Стоянова…
Пионерский лагерь, обычное лето. В заброшенном доме на окраине лагеря дети находят старый радиоприёмник. Без проводов, без батареек. Он не должен работать — но работает. Из него доносятся обрывки голосов: стук метронома, шаги по пустому городу, детск…
Пионерский лагерь, обычное лето. В заброшенном доме на окраине лагеря дети находят старый радиоприёмник. Без проводов, без батареек. Он не должен работать — но работает. Из него доносятся обрывки голосов: стук метронома, шаги по пустому городу, детск…
Пионерский лагерь, обычное лето. В заброшенном доме на окраине лагеря дети находят старый радиоприёмник. Без проводов, без батареек. Он не должен работать — но работает. Из него доносятся обрывки голосов: стук метронома, шаги по пустому городу, детск…
Пионерский лагерь, обычное лето. В заброшенном доме на окраине лагеря дети находят старый радиоприёмник. Без проводов, без батареек. Он не должен работать — но работает. Из него доносятся обрывки голосов: стук метронома, шаги по пустому городу, детск…
1656 год. Григорий Родомановский, молодой окольничий, прибывает в Белгород принимать воеводство. Перед ним — засечная черта, семь полков, гниющие засеки и степь, из которой всегда приходят татары. Григорий строит систему: чинит засеки, учит полки, вы…
1656 год. Григорий Родомановский, молодой окольничий, прибывает в Белгород принимать воеводство. Перед ним — засечная черта, семь полков, гниющие засеки и степь, из которой всегда приходят татары. Григорий строит систему: чинит засеки, учит полки, вы…
«Канал — романбаллада о человеке и воде. Это история о том, как прошлое звучит не в учебниках, а в плеске у шлюза и в скрипе пера.
В центре — судьба человека, который пришёл к воде почти чужим, а стал её голосом. Его путь — от плена до чертежей, от м…
«Канал — романбаллада о человеке и воде. Это история о том, как прошлое звучит не в учебниках, а в плеске у шлюза и в скрипе пера.
В центре — судьба человека, который пришёл к воде почти чужим, а стал её голосом. Его путь — от плена до чертежей, от м…
Мир, где искусственный интеллект управляет потоками данных, а люди — отвечают за самое главное: за память, за руки, за слово, сказанное вовремя. После каскадного сбоя, едва не разрушившего инфраструктуру планеты, человечество и ИИ учатся быть не хозя…
Мир, где искусственный интеллект управляет потоками данных, а люди — отвечают за самое главное: за память, за руки, за слово, сказанное вовремя. После каскадного сбоя, едва не разрушившего инфраструктуру планеты, человечество и ИИ учатся быть не хозя…
Архитектор — искусственный интеллект, управляющий транспортными сетями, энергосистемами и водоснабжением трёх континентов. Три ключа, три континента, три замка на его ядре. Но что делать, если тот, кого заперли, умнее сторожа?
Инженер Ольга Стоянова…
Архитектор — искусственный интеллект, управляющий транспортными сетями, энергосистемами и водоснабжением трёх континентов. Три ключа, три континента, три замка на его ядре. Но что делать, если тот, кого заперли, умнее сторожа?
Инженер Ольга Стоянова…