Алексей Юрьевич Дектерёв

Книги автора: Алексей Юрьевич Дектерёв

Дорога, горы и юг
3
Стихи дороги — от абхазских серпантинов и кобулетского прибоя до заброшек у моря и снежных карнизов над Красной Поляной. Юг здесь пахнет солью и хвоей, поезд уносит на восток, а горы учат смотреть дальше горизонта. Книга для тех, кто собирает рюкзак …
Стихи дороги — от абхазских серпантинов и кобулетского прибоя до заброшек у моря и снежных карнизов над Красной Поляной. Юг здесь пахнет солью и хвоей, поезд уносит на восток, а горы учат смотреть дальше горизонта. Книга для тех, кто собирает рюкзак …
Проза чеховской эпохи
5
Пять рассказов, стилизованных под русскую прозу конца XIX века: путевой очерк о народе айнов, курьёз в литературном клубе, соседка и фамилия, что решает судьбу. Ирония и грусть чеховской интонации — о нравах, которые с тех пор не так уж изменились. Е…
Пять рассказов, стилизованных под русскую прозу конца XIX века: путевой очерк о народе айнов, курьёз в литературном клубе, соседка и фамилия, что решает судьбу. Ирония и грусть чеховской интонации — о нравах, которые с тех пор не так уж изменились. Е…
Космос, наука и будущее
3
От синтеза гелия до танцев шаманов на далёких планетах: стихи, где астрофизика встречается с мифом, а будущее — с тревогой за Землю. Гаснущая Бетельгейзе, Чёрное солнце, нейросеть, что сочиняет басню Крылова, — автор смотрит в телескоп и в себя однов…
От синтеза гелия до танцев шаманов на далёких планетах: стихи, где астрофизика встречается с мифом, а будущее — с тревогой за Землю. Гаснущая Бетельгейзе, Чёрное солнце, нейросеть, что сочиняет басню Крылова, — автор смотрит в телескоп и в себя однов…
Любовь и чувства
4
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Сорок с лишним стихотворений о притяжении и разрыве: марто…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ Сорок с лишним стихотворений о притяжении и разрыве: марто…
Поэзия, поэты и классика
5
Разговор с русской классикой и цехом: Пушкин и Есенин, Маяковский и Заболоцкий, Ах Астахова и Галина Юзефович — плюс басня Крылова от нейросети и «Курочка Ряба», написанная будто Шекспиром. Стихи о том, зачем вообще нужен поэт: пародия, оммаж и самои…
Разговор с русской классикой и цехом: Пушкин и Есенин, Маяковский и Заболоцкий, Ах Астахова и Галина Юзефович — плюс басня Крылова от нейросети и «Курочка Ряба», написанная будто Шекспиром. Стихи о том, зачем вообще нужен поэт: пародия, оммаж и самои…
Природа и времена года
3
Гербарий в стихах: от аюги и цитруса под латынью до вишнёвой ласточки, осеннего свадебного ремикса и первого снега. Восемь десятков зарисовок о том, как природа проживает свой год — цветёт, отцветает и начинает заново. Тонкая пейзажная лирика с неожи…
Гербарий в стихах: от аюги и цитруса под латынью до вишнёвой ласточки, осеннего свадебного ремикса и первого снега. Восемь десятков зарисовок о том, как природа проживает свой год — цветёт, отцветает и начинает заново. Тонкая пейзажная лирика с неожи…
Проза чеховской эпохи
4
Пять рассказов, стилизованных под русскую прозу конца XIX века: путевой очерк о народе айнов, курьёз в литературном клубе, соседка и фамилия, что решает судьбу. Ирония и грусть чеховской интонации — о нравах, которые с тех пор не так уж изменились. Е…
Пять рассказов, стилизованных под русскую прозу конца XIX века: путевой очерк о народе айнов, курьёз в литературном клубе, соседка и фамилия, что решает судьбу. Ирония и грусть чеховской интонации — о нравах, которые с тех пор не так уж изменились. Е…
Детская сказка на ночь. Волшебный сад
3
Сказка на ночь для самых маленьких. Далеко в горной стране, в домике под плющом, живёт добрая волшебница, а вокруг раскинулся чудесный сад: Лилия Единорога, что светится под полной луной, Звёздная Орхидея, Ледяная Хризантема, лабиринт из туй и каменн…
Сказка на ночь для самых маленьких. Далеко в горной стране, в домике под плющом, живёт добрая волшебница, а вокруг раскинулся чудесный сад: Лилия Единорога, что светится под полной луной, Звёздная Орхидея, Ледяная Хризантема, лабиринт из туй и каменн…
Город и двор
5
Уральский бетон, дворы, подъезды и трамвайные окраины — и поэзия, которая находит нежность в индустриальном. Двадцать девять стихотворений о городе как о родном человеке: со шрамами, характером и собственной музыкой. Про место, из которого вырос и ко…
Уральский бетон, дворы, подъезды и трамвайные окраины — и поэзия, которая находит нежность в индустриальном. Двадцать девять стихотворений о городе как о родном человеке: со шрамами, характером и собственной музыкой. Про место, из которого вырос и ко…
Философия, тишина и вера
4
Стихи-остановки: о Боге и пустоте, о взрослении, тишине и цене свободы. Здесь вопрос важнее ответа, а вера идёт рука об руку с сомнением и земной, порой жёсткой правдой. Медитативная и колючая лирика для тех, кто думает по ночам. Есть резкие строки —…
Стихи-остановки: о Боге и пустоте, о взрослении, тишине и цене свободы. Здесь вопрос важнее ответа, а вера идёт рука об руку с сомнением и земной, порой жёсткой правдой. Медитативная и колючая лирика для тех, кто думает по ночам. Есть резкие строки —…
Лирическая и серьёзная проза
5
Тринадцать рассказов на грани притчи: профессор, что проносит любовь сквозь всю классификацию видов; ангелы, которые плачут; ночь на берегу Сириуса. Серьёзная малая проза о людях в пограничных состояниях — потеря, вера, выбор, — написанная сдержанно …
Тринадцать рассказов на грани притчи: профессор, что проносит любовь сквозь всю классификацию видов; ангелы, которые плачут; ночь на берегу Сириуса. Серьёзная малая проза о людях в пограничных состояниях — потеря, вера, выбор, — написанная сдержанно …
Проза чеховской эпохи
3
Пять рассказов, стилизованных под русскую прозу конца XIX века: путевой очерк о народе айнов, курьёз в литературном клубе, соседка и фамилия, что решает судьбу. Ирония и грусть чеховской интонации — о нравах, которые с тех пор не так уж изменились. Е…
Пять рассказов, стилизованных под русскую прозу конца XIX века: путевой очерк о народе айнов, курьёз в литературном клубе, соседка и фамилия, что решает судьбу. Ирония и грусть чеховской интонации — о нравах, которые с тех пор не так уж изменились. Е…
Арсений Оленин
3
Роман в стихах онегинской строфой — дерзкий современный «Евгений Онегин». Герой — московский мажор-зумер Арсений Оленин: доширак и бренды, DOTA и ночные клубы, вейпы, «Тиндер» и жизнь за родительский счёт. Пушкинская хандра настигает и его: скука, сс…
Роман в стихах онегинской строфой — дерзкий современный «Евгений Онегин». Герой — московский мажор-зумер Арсений Оленин: доширак и бренды, DOTA и ночные клубы, вейпы, «Тиндер» и жизнь за родительский счёт. Пушкинская хандра настигает и его: скука, сс…
Детская сказка на ночь. Волшебный сад
4
Сказка на ночь для самых маленьких. Далеко в горной стране, в домике под плющом, живёт добрая волшебница, а вокруг раскинулся чудесный сад: Лилия Единорога, что светится под полной луной, Звёздная Орхидея, Ледяная Хризантема, лабиринт из туй и каменн…
Сказка на ночь для самых маленьких. Далеко в горной стране, в домике под плющом, живёт добрая волшебница, а вокруг раскинулся чудесный сад: Лилия Единорога, что светится под полной луной, Звёздная Орхидея, Ледяная Хризантема, лабиринт из туй и каменн…
Юмор и сатира
5
Восемнадцать историй, злых и весёлых: крипта как новая религия, вебкам-модель, «батя года», миллион, который никто не отдаёт, и совсем современная love story. Сатира на нравы эпохи — без цензуры на язык и без пиетета к святыням. Смешно, узнаваемо и ч…
Восемнадцать историй, злых и весёлых: крипта как новая религия, вебкам-модель, «батя года», миллион, который никто не отдаёт, и совсем современная love story. Сатира на нравы эпохи — без цензуры на язык и без пиетета к святыням. Смешно, узнаваемо и ч…
Хранители леса
3
Повесть-сказка в трёх частях о хранителях леса — духах, что берегут чащу от человека и его беспамятства. Экофэнтези с фольклорным дыханием: у леса есть память, голос и защитники. Для тех, кто верит, что деревья слышат. Атмосферно и совсем не по-детск…
Повесть-сказка в трёх частях о хранителях леса — духах, что берегут чащу от человека и его беспамятства. Экофэнтези с фольклорным дыханием: у леса есть память, голос и защитники. Для тех, кто верит, что деревья слышат. Атмосферно и совсем не по-детск…
Семья, детство, память
3
Негромкая книга о своих: бабушкин дом, детские дворы, ушедшие и оставшиеся. Четырнадцать стихотворений-воспоминаний, где память работает как тёплый свет из окна — высвечивает мелочь, за которой встаёт целая жизнь. Для тех, кто нет-нет да оглянётся на…
Негромкая книга о своих: бабушкин дом, детские дворы, ушедшие и оставшиеся. Четырнадцать стихотворений-воспоминаний, где память работает как тёплый свет из окна — высвечивает мелочь, за которой встаёт целая жизнь. Для тех, кто нет-нет да оглянётся на…
Фантастика
4
Малая фантастика о больших вопросах: буря, которой нет дела до людей; разумная жизнь, совсем не похожая на нас; судьба вселенной, что решается будто между делом. Рассказы, где фантастика — способ поговорить о человеке и его месте в мироздании. Коротк…
Малая фантастика о больших вопросах: буря, которой нет дела до людей; разумная жизнь, совсем не похожая на нас; судьба вселенной, что решается будто между делом. Рассказы, где фантастика — способ поговорить о человеке и его месте в мироздании. Коротк…
Хранители леса
5
Повесть-сказка в трёх частях о хранителях леса — духах, что берегут чащу от человека и его беспамятства. Экофэнтези с фольклорным дыханием: у леса есть память, голос и защитники. Для тех, кто верит, что деревья слышат. Атмосферно и совсем не по-детск…
Повесть-сказка в трёх частях о хранителях леса — духах, что берегут чащу от человека и его беспамятства. Экофэнтези с фольклорным дыханием: у леса есть память, голос и защитники. Для тех, кто верит, что деревья слышат. Атмосферно и совсем не по-детск…