Ирина Наумова
Книги автора: Ирина Наумова
В ночь перед Рождеством старинное зеркало показало мне чужое лицо, а моей лучшей подруге — моего жениха. Мы посмеялись и забыли. Но судьба ничего не забывает. На выпускном моя лучшая подруга украла у меня любимого, разрушив все мечты. Я сбежала, выче…
В ночь перед Рождеством старинное зеркало показало мне чужое лицо, а моей лучшей подруге — моего жениха. Мы посмеялись и забыли. Но судьба ничего не забывает. На выпускном моя лучшая подруга украла у меня любимого, разрушив все мечты. Я сбежала, выче…
— Глядите, Павловский висит на балконе! Матерь божья, да он в панталонах! — раздался под окнами дружный гогот соседей.
Я подняла голову и почувствовала, как мир, который я строила двадцать лет, разлетается в щепки. На кованой решетке балкона, вцепивш…
— Глядите, Павловский висит на балконе! Матерь божья, да он в панталонах! — раздался под окнами дружный гогот соседей.
Я подняла голову и почувствовала, как мир, который я строила двадцать лет, разлетается в щепки. На кованой решетке балкона, вцепивш…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
— Ты пустая, Тома. И внутри, и снаружи, — слова мужа удари…
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
— Ты пустая, Тома. И внутри, и снаружи, — слова мужа удари…
— Я всё знаю, Стас. Твое «совещание» закончилось в постели моей лучшей подруги? Муж даже не вздрогнул. Его лицо оставалось маской благородства, которой он обманывал меня десять лет. — Ты бредишь, Кира. Это паранойя. Ты обязана мне всем: домом, статус…
— Я всё знаю, Стас. Твое «совещание» закончилось в постели моей лучшей подруги? Муж даже не вздрогнул. Его лицо оставалось маской благородства, которой он обманывал меня десять лет. — Ты бредишь, Кира. Это паранойя. Ты обязана мне всем: домом, статус…
Он был моим секретом. Нищий сторож с глазами падшего ангела, которому я носила домашние котлеты в подсобку. Я была его секретом. Единственной женщиной в огромном холдинге, которая не знала, как выглядит его президент. Днем я дрожала перед «грозным Ва…
Он был моим секретом. Нищий сторож с глазами падшего ангела, которому я носила домашние котлеты в подсобку. Я была его секретом. Единственной женщиной в огромном холдинге, которая не знала, как выглядит его президент. Днем я дрожала перед «грозным Ва…
— Надя, это не то, что ты думаешь! Я просто проверял... несучесть! — орал мой благоверный, пытаясь вылезти из корзины с битыми яйцами. Брюки спущены, любовница визжит, гости снимают на телефоны. — Несучесть ты свою проверил, Юра, — ответила я, поудоб…
— Надя, это не то, что ты думаешь! Я просто проверял... несучесть! — орал мой благоверный, пытаясь вылезти из корзины с битыми яйцами. Брюки спущены, любовница визжит, гости снимают на телефоны. — Несучесть ты свою проверил, Юра, — ответила я, поудоб…
— Это мои дети, Василиса. Твоё вранье больше не работает, — его голос звучит как приговор. — Собирайся. Вы едете в мой дом. — Ты ошибаешься, Кирилл. У тебя никогда не будет детей. Уходи, пока я не вызвала охрану. — Попробуй, — он делает шаг в моё про…
— Это мои дети, Василиса. Твоё вранье больше не работает, — его голос звучит как приговор. — Собирайся. Вы едете в мой дом. — Ты ошибаешься, Кирилл. У тебя никогда не будет детей. Уходи, пока я не вызвала охрану. — Попробуй, — он делает шаг в моё про…
— Вызов к ребенку, десять лет, тяжелый приступ! — голос диспетчера бьет по нервам, но я привыкла. Я — врач детской реанимации, и мои чувства давно под замком.
Но когда дверь обшарпанной квартиры открывает ОНА — моя бывшая свекровь, мир рушится. — Док…
— Вызов к ребенку, десять лет, тяжелый приступ! — голос диспетчера бьет по нервам, но я привыкла. Я — врач детской реанимации, и мои чувства давно под замком.
Но когда дверь обшарпанной квартиры открывает ОНА — моя бывшая свекровь, мир рушится. — Док…
— Подпиши здесь, Зоя. И здесь, — Владимир небрежно бросил ручку на стол. — Это заявление в ЗАГС о смене фамилии. — О чем ты? — я нахмурилась, глядя на бумаги. — Я Вильмор по отцу. Это моя фамилия. — Была твоей. Теперь это мой бренд. Моё имя на афишах…
— Подпиши здесь, Зоя. И здесь, — Владимир небрежно бросил ручку на стол. — Это заявление в ЗАГС о смене фамилии. — О чем ты? — я нахмурилась, глядя на бумаги. — Я Вильмор по отцу. Это моя фамилия. — Была твоей. Теперь это мой бренд. Моё имя на афишах…
— Пятнадцать лет брака, Глеб! И ты променял их на эту пищащую вокалистку в дешевых стразах? — Ира, ну не будь ребенком. Гастроли, нервы... Это просто физиология. Ты же сама понимаешь: я творческая личность, мне нужна подзарядка. — «Подзарядка»? Отлич…
— Пятнадцать лет брака, Глеб! И ты променял их на эту пищащую вокалистку в дешевых стразах? — Ира, ну не будь ребенком. Гастроли, нервы... Это просто физиология. Ты же сама понимаешь: я творческая личность, мне нужна подзарядка. — «Подзарядка»? Отлич…
— У вашего мужа золотые руки, Валерия, — Стелла поправила бриллиантовую сережку, не сводя с меня торжествующего взгляда. — Моя Зефирка просто расцвела после его... процедур. — Влас — лучший ветеринарный хирург в городе, — ответила я с профессионально…
— У вашего мужа золотые руки, Валерия, — Стелла поправила бриллиантовую сережку, не сводя с меня торжествующего взгляда. — Моя Зефирка просто расцвела после его... процедур. — Влас — лучший ветеринарный хирург в городе, — ответила я с профессионально…
— Получай, изменник! — я сжала челюсти так, что они хрустнули, и с размаху выплеснула содержимое тяжелого пожарного ведра прямо на сплетенные в полутьме тела. Ледяная забортная вода обрушилась на кровать. Тишину каюты разорвал оглушительный женский в…
— Получай, изменник! — я сжала челюсти так, что они хрустнули, и с размаху выплеснула содержимое тяжелого пожарного ведра прямо на сплетенные в полутьме тела. Ледяная забортная вода обрушилась на кровать. Тишину каюты разорвал оглушительный женский в…













