Алексей Шейко

Когда тебе двадцать восемь, в твоих планах — карьера, своя клиника и свобода. Брак по расчету точно не входит в этот список. Но что делать, если твой единственный шанс получить многомиллионное наследство и открыть клинику — это целый год изображать с…

Когда тебе двадцать восемь, в твоих планах — карьера, своя клиника и свобода. Брак по расчету точно не входит в этот список. Но что делать, если твой единственный шанс получить многомиллионное наследство и открыть клинику — это целый год изображать с…

Петербургская ночь, полумрак дорогого бара и десятое за год неудачное свидание. Успешная владелица сети салонов красоты Неля прячет старые шрамы — как физические, так и душевные — за безупречным жакетом и бокалом мартини, ожидая от тишины ответа на в…

Пронзительная проза о современной близости, где измена лишена роковых страстей, а самая глубокая рана наносится почти машинально. Это история о людях, которые слишком хорошо научились читать графики — рыночные и человеческие, — и пропустили момент, к…

Петербургская ночь, полумрак дорогого бара и десятое за год неудачное свидание. Успешная владелица сети салонов красоты Неля прячет старые шрамы — как физические, так и душевные — за безупречным жакетом и бокалом мартини, ожидая от тишины ответа на в…

Пронзительная проза о современной близости, где измена лишена роковых страстей, а самая глубокая рана наносится почти машинально. Это история о людях, которые слишком хорошо научились читать графики — рыночные и человеческие, — и пропустили момент, к…

Алексей Хоторов отказывается от игры, в которую Катю Морозову ещё никто не отказывался играть — и за этим отказом явно стоит что-то большее, чем простое равнодушие к статусу. Катя привыкла использовать людей как разменную монету в своей свите, но это…

Алексей Хоторов отказывается от игры, в которую Катю Морозову ещё никто не отказывался играть — и за этим отказом явно стоит что-то большее, чем простое равнодушие к статусу. Катя привыкла использовать людей как разменную монету в своей свите, но это…