А. Лобинцев
Книги автора: А. Лобинцев
Лес — это не просто деревья. Это единый живой организм, связанный подземной сетью сигналов, где боль одного отзывается в корнях другого. Когда на поляну вторгается агрессивный чужак — борщевик Сосновского, — лес вступает в неравную борьбу. Яд отравля…
Лес — это не просто деревья. Это единый живой организм, связанный подземной сетью сигналов, где боль одного отзывается в корнях другого. Когда на поляну вторгается агрессивный чужак — борщевик Сосновского, — лес вступает в неравную борьбу. Яд отравля…
В элитном посёлке «Сосны» все дома одинаковые: красные крыши, белые колонны, идеальные газоны. И только один участок выбивается из строя. Там живёт дядя Миша — бывший заводской сторож, который не читал книг по ландшафтному дизайну и не знает латыни. …
В элитном посёлке «Сосны» все дома одинаковые: красные крыши, белые колонны, идеальные газоны. И только один участок выбивается из строя. Там живёт дядя Миша — бывший заводской сторож, который не читал книг по ландшафтному дизайну и не знает латыни. …
На заводе Федю считали дурачком. Добрым, исполнительным — и абсолютно непроходимым. Начальник цеха шутил: «Пока начальство поймёт, что ты дебил, ты уже майор». Цех гоготал. Федя тоже смеялся — и мотал на ус.
Потому что Федя не был дураком. Он был кое…
На заводе Федю считали дурачком. Добрым, исполнительным — и абсолютно непроходимым. Начальник цеха шутил: «Пока начальство поймёт, что ты дебил, ты уже майор». Цех гоготал. Федя тоже смеялся — и мотал на ус.
Потому что Федя не был дураком. Он был кое…
Тихий день. Пироги, старая пластинка Утёсова, разговоры о лете и коте. Бабушка, дедушка и внучка сидят за столом, и кажется, что счастье — вот оно, рядом. Но один вопрос, заданный девочкой, разрушает этот уют: «Мама придёт?»
Этот рассказ — о том, как…
Тихий день. Пироги, старая пластинка Утёсова, разговоры о лете и коте. Бабушка, дедушка и внучка сидят за столом, и кажется, что счастье — вот оно, рядом. Но один вопрос, заданный девочкой, разрушает этот уют: «Мама придёт?»
Этот рассказ — о том, как…
Весна в причерноморском городе наступила резко. Марья Ивановна, 73-летняя женщина с прямой спиной и бодрым шагом, возвращается из магазина. В пакете — молоко, хлеб и одна помидорка на ужин. Всё как обычно. Но на тротуаре — молодая хозяйка собаки оста…
Весна в причерноморском городе наступила резко. Марья Ивановна, 73-летняя женщина с прямой спиной и бодрым шагом, возвращается из магазина. В пакете — молоко, хлеб и одна помидорка на ужин. Всё как обычно. Но на тротуаре — молодая хозяйка собаки оста…
Перед вами - честная, зрелая и лишённая фальшивого лоска проза. Герои этих пятнадцати рассказов не ищут лёгких путей и не пытаются казаться святыми. Они совершают ошибки, упрямятся, идут напролом и проверяют этот мир на прочность - пока сама жизнь не…
Перед вами - честная, зрелая и лишённая фальшивого лоска проза. Герои этих пятнадцати рассказов не ищут лёгких путей и не пытаются казаться святыми. Они совершают ошибки, упрямятся, идут напролом и проверяют этот мир на прочность - пока сама жизнь не…
Сергей Иванович, 53-летний сторож, десять лет не выезжал дальше областного центра. Но однажды утром он получил письмо от умирающего брата, с которым не виделся тридцать лет. Не сказав никому, он собрал рюкзак и ушёл на трассу.
Этот рассказ — о дороге…
Сергей Иванович, 53-летний сторож, десять лет не выезжал дальше областного центра. Но однажды утром он получил письмо от умирающего брата, с которым не виделся тридцать лет. Не сказав никому, он собрал рюкзак и ушёл на трассу.
Этот рассказ — о дороге…
Перед вами - честная, зрелая и лишённая фальшивого лоска проза. Герои этих пятнадцати рассказов не ищут лёгких путей и не пытаются казаться святыми. Они совершают ошибки, упрямятся, идут напролом и проверяют этот мир на прочность - пока сама жизнь не…
Перед вами - честная, зрелая и лишённая фальшивого лоска проза. Герои этих пятнадцати рассказов не ищут лёгких путей и не пытаются казаться святыми. Они совершают ошибки, упрямятся, идут напролом и проверяют этот мир на прочность - пока сама жизнь не…
Четыре месяца идеального романа в сети, общие плейлисты и разговоры до двух ночи. Она была уверена, что встретила «того самого» — заботливого программиста из соседнего города. Но романтические выходные в уединенном загородном домике оборачиваются кош…
Четыре месяца идеального романа в сети, общие плейлисты и разговоры до двух ночи. Она была уверена, что встретила «того самого» — заботливого программиста из соседнего города. Но романтические выходные в уединенном загородном домике оборачиваются кош…
Сорок минут в заведенной машине. Дождь барабанит по лобовому стеклу, а Сергей не может решиться: заглушить мотор и войти в подъезд или сдать назад и сбежать. На пятом этаже старой хрущевки умирает его отец. Тот самый человек, который тридцать пять ле…
Сорок минут в заведенной машине. Дождь барабанит по лобовому стеклу, а Сергей не может решиться: заглушить мотор и войти в подъезд или сдать назад и сбежать. На пятом этаже старой хрущевки умирает его отец. Тот самый человек, который тридцать пять ле…
Вы когда-нибудь покупали квартиру в новостройке и обнаруживали, что балкон спроектирован для великанов? У героя этой истории перепад между полом комнаты и балконной плитой составлял 35 сантиметров. Не порог — пропасть. И это стало началом войны, в ко…
Вы когда-нибудь покупали квартиру в новостройке и обнаруживали, что балкон спроектирован для великанов? У героя этой истории перепад между полом комнаты и балконной плитой составлял 35 сантиметров. Не порог — пропасть. И это стало началом войны, в ко…












