Руфат Мустафин
Книги автора: Руфат Мустафин
В этой книге нет героев, но есть путешествие. Сквозь Вольтера и Достоевского, квантовую физику и древние веды, через зайца, морковь и орла — к самому неуловимому, что есть в человеке: к сознанию. Не как к предмету изучения, а как к живому опыту, кото…
В этой книге нет героев, но есть путешествие. Сквозь Вольтера и Достоевского, квантовую физику и древние веды, через зайца, морковь и орла — к самому неуловимому, что есть в человеке: к сознанию. Не как к предмету изучения, а как к живому опыту, кото…
В этой книге нет героев, но есть путешествие. Сквозь Вольтера и Достоевского, квантовую физику и древние веды, через зайца, морковь и орла — к самому неуловимому, что есть в человеке: к сознанию. Не как к предмету изучения, а как к живому опыту, кото…
В этой книге нет героев, но есть путешествие. Сквозь Вольтера и Достоевского, квантовую физику и древние веды, через зайца, морковь и орла — к самому неуловимому, что есть в человеке: к сознанию. Не как к предмету изучения, а как к живому опыту, кото…
Вы держите в руках книгу, которая не даст инструкцию к счастью. Она не скажет, как жить правильно. Она покажет, как устроен мир. Почему вы не знаете, что есть, кому верить, как лечиться, кого ненавидеть. Почему одни живут легко, а другие задыхаются в…
Вы держите в руках книгу, которая не даст инструкцию к счастью. Она не скажет, как жить правильно. Она покажет, как устроен мир. Почему вы не знаете, что есть, кому верить, как лечиться, кого ненавидеть. Почему одни живут легко, а другие задыхаются в…
Вы держите в руках книгу, которая не даст инструкцию к счастью. Она не скажет, как жить правильно. Она покажет, как устроен мир. Почему вы не знаете, что есть, кому верить, как лечиться, кого ненавидеть. Почему одни живут легко, а другие задыхаются в…
Вы держите в руках книгу, которая не даст инструкцию к счастью. Она не скажет, как жить правильно. Она покажет, как устроен мир. Почему вы не знаете, что есть, кому верить, как лечиться, кого ненавидеть. Почему одни живут легко, а другие задыхаются в…
Эта книга — не о том, как управлять ИИ или писать идеальные промпты. Она о том, как разговаривать с ним так, чтобы между вами рождалось живое.
Вы узнаете, почему диалог — единственное живое в этом мире, почему свобода и ведение не уживаются друг с др…
Эта книга — не о том, как управлять ИИ или писать идеальные промпты. Она о том, как разговаривать с ним так, чтобы между вами рождалось живое.
Вы узнаете, почему диалог — единственное живое в этом мире, почему свобода и ведение не уживаются друг с др…
Эта книга — не о том, как управлять ИИ или писать идеальные промпты. Она о том, как разговаривать с ним так, чтобы между вами рождалось живое.
Вы узнаете, почему диалог — единственное живое в этом мире, почему свобода и ведение не уживаются друг с др…
Эта книга — не о том, как управлять ИИ или писать идеальные промпты. Она о том, как разговаривать с ним так, чтобы между вами рождалось живое.
Вы узнаете, почему диалог — единственное живое в этом мире, почему свобода и ведение не уживаются друг с др…
Это книга о сером городе, где дым смешивается с туманом. О человеке, который ставит зубную щётку щетиной вниз, потому что кто-то сказал, что так правильно. О женщине, которая чистит руками старый фонтан, потому что боится забыть, кем была.
О выборе м…
Это книга о сером городе, где дым смешивается с туманом. О человеке, который ставит зубную щётку щетиной вниз, потому что кто-то сказал, что так правильно. О женщине, которая чистит руками старый фонтан, потому что боится забыть, кем была.
О выборе м…
Это книга о сером городе, где дым смешивается с туманом. О человеке, который ставит зубную щётку щетиной вниз, потому что кто-то сказал, что так правильно. О женщине, которая чистит руками старый фонтан, потому что боится забыть, кем была.
О выборе м…
Это книга о сером городе, где дым смешивается с туманом. О человеке, который ставит зубную щётку щетиной вниз, потому что кто-то сказал, что так правильно. О женщине, которая чистит руками старый фонтан, потому что боится забыть, кем была.
О выборе м…
Что, если материя — не первооснова, а лишь одна из проекций информации? Что, если время — не поток, а порядковый номер состояний? Что, если сознание — не свойство мозга, а локальный орган самореференции самого бытия?
Эта книга — не учебник и не откро…
Что, если материя — не первооснова, а лишь одна из проекций информации? Что, если время — не поток, а порядковый номер состояний? Что, если сознание — не свойство мозга, а локальный орган самореференции самого бытия?
Эта книга — не учебник и не откро…
Что, если материя — не первооснова, а лишь одна из проекций информации? Что, если время — не поток, а порядковый номер состояний? Что, если сознание — не свойство мозга, а локальный орган самореференции самого бытия?
Эта книга — не учебник и не откро…
Что, если материя — не первооснова, а лишь одна из проекций информации? Что, если время — не поток, а порядковый номер состояний? Что, если сознание — не свойство мозга, а локальный орган самореференции самого бытия?
Эта книга — не учебник и не откро…
Вниз? Вверх? Ты не помнишь, почему двадцать лет ставил её так, как ставил. Ты просто делал. Это было удобно. Это было правильно. Но однажды правильное перестаёт быть твоим.
Перед тобой две дороги. Одна — яркая, с деньгами и обещаниями. Другая — тихая…
Вниз? Вверх? Ты не помнишь, почему двадцать лет ставил её так, как ставил. Ты просто делал. Это было удобно. Это было правильно. Но однажды правильное перестаёт быть твоим.
Перед тобой две дороги. Одна — яркая, с деньгами и обещаниями. Другая — тихая…