Владимир Иванович Токарев
Книги автора: Владимир Иванович Токарев
АННОТАЦИЯ К РОМАНУ «РОЖДЁННЫЕ В ИМПЕРИИ»
Роман «Рождённые в империи» — это не просто книга. Это голос поколения, которое застало и оттепель, и застой, и перестройку, и развал страны, в которой родилось.
Мы жили в огромной стране, где ковыльные степи…
АННОТАЦИЯ К РОМАНУ «РОЖДЁННЫЕ В ИМПЕРИИ»
Роман «Рождённые в империи» — это не просто книга. Это голос поколения, которое застало и оттепель, и застой, и перестройку, и развал страны, в которой родилось.
Мы жили в огромной стране, где ковыльные степи…
Зарисовка из жизни, быть может - да, быть может - нет, что было бы, чего не было бы... Вам судить. Жду отзывов.
Зарисовка из жизни, быть может - да, быть может - нет, что было бы, чего не было бы... Вам судить. Жду отзывов.
Пять лет после «Возвращения». Мир не взорвался — он покрылся шрамами. Стабильный «Рубеж» между реальностями стал источником новой напасти: «Эхо» — материализованных кошмаров, выползающих из прошлого. Учёные Олеся Воронцова и Артём ведут холодную войн…
Пять лет после «Возвращения». Мир не взорвался — он покрылся шрамами. Стабильный «Рубеж» между реальностями стал источником новой напасти: «Эхо» — материализованных кошмаров, выползающих из прошлого. Учёные Олеся Воронцова и Артём ведут холодную войн…
На станции «Каньон», выросшей вокруг таинственной аномалии «Песочные Часы», живёт по своим жестоким законам. Здесь торгуют артефактами-«осыпями», которые иногда выпадают из аномалии, и не задают лишних вопросов. Всё меняется, когда «Часы» впервые за …
На станции «Каньон», выросшей вокруг таинственной аномалии «Песочные Часы», живёт по своим жестоким законам. Здесь торгуют артефактами-«осыпями», которые иногда выпадают из аномалии, и не задают лишних вопросов. Всё меняется, когда «Часы» впервые за …
Она лежала на спине. Над ней вместо потолка зиял чёрный космос, усыпанный холодными, незнакомыми звёздами. Между ней и вечностью — лишь искорёженная паутина ферм, остатки обшивки и слабо мерцающее синим силовое поле, которое, судя по тревожному гулу,…
Она лежала на спине. Над ней вместо потолка зиял чёрный космос, усыпанный холодными, незнакомыми звёздами. Между ней и вечностью — лишь искорёженная паутина ферм, остатки обшивки и слабо мерцающее синим силовое поле, которое, судя по тревожному гулу,…
Она просыпалась по ночам от запаха снега. Он приходил к ней во сне — огромный белый волк с жёлтыми глазами. Алиса думала, что сходит с ума. Но это был не бред. Это была стая.
Алиса — солистка хард-рок-группы «Ржавая мораль». Она пишет песни, которые …
Она просыпалась по ночам от запаха снега. Он приходил к ней во сне — огромный белый волк с жёлтыми глазами. Алиса думала, что сходит с ума. Но это был не бред. Это была стая.
Алиса — солистка хард-рок-группы «Ржавая мораль». Она пишет песни, которые …
Она просыпалась по ночам от запаха снега. Он приходил к ней во сне — огромный белый волк с жёлтыми глазами. Алиса думала, что сходит с ума. Но это был не бред. Это была стая.
Алиса — солистка хард-рок-группы «Ржавая мораль». Она пишет песни, которые …
Она просыпалась по ночам от запаха снега. Он приходил к ней во сне — огромный белый волк с жёлтыми глазами. Алиса думала, что сходит с ума. Но это был не бред. Это была стая.
Алиса — солистка хард-рок-группы «Ржавая мораль». Она пишет песни, которые …
Пять лет после «Возвращения». Мир не взорвался — он покрылся шрамами. Стабильный «Рубеж» между реальностями стал источником новой напасти: «Эхо» — материализованных кошмаров, выползающих из прошлого. Учёные Олеся Воронцова и Артём ведут холодную войн…
Пять лет после «Возвращения». Мир не взорвался — он покрылся шрамами. Стабильный «Рубеж» между реальностями стал источником новой напасти: «Эхо» — материализованных кошмаров, выползающих из прошлого. Учёные Олеся Воронцова и Артём ведут холодную войн…









